Сети чужих желаний - Марина Серова Страница 52

бурю, бушевавшую внутри. Повисла тягостная звенящая пауза. Ее нарушали лишь приглушенные, уходящие внутрь всхлипы девушки, которые она старалась подавить, закусив губу до крови. Наталья что-то утешающе говорила, отодвинув блокнот в сторону. Она знала, давление — тонкий инструмент, и сейчас самый критический момент. Нужно было не сломать хрупкую волю девушки, а позволить ее собственному внутреннему напряжению, этому клубку страха и отчаяния, совершить необходимую работу.

Наконец сквозь тяжелое прерывистое дыхание прозвучали тихие, но четкие слова:

— Хорошо, я расскажу вам все. Но только не здесь.

Я мягко кивнула, стараясь не спугнуть зародившуюся решимость.

— Как скажешь. Мы можем сейчас же поехать в следственный отдел. Там твои показания оформят официально, сразу в материалы дела, чтобы ни минуты не терять. И тотчас после этого — только вперед, в безопасное место. Обещаю.

Алиса молча кивнула в ответ. Ее решимость, казалось, висела на волоске. Но присутствие психолога ее хоть немного успокаивало. Я знала этот Наташин дар — даже если полицейский психолог просто находилась рядом, пострадавшим людям становилось легче.

Всю дорогу в салоне служебной машины Алису не отпускала дрожь. Она сидела, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела на мелькающие огни города, который вдруг стал для нее чужим и враждебным. Ее плечи все еще вздрагивали, а пальцы бессознательно сжимали и разжимали ремень безопасности. Наталья продолжала что-то умиротворяюще говорить девушке.

По прибытии я провела Алису по длинному коридору в кабинет к Юле.

— Вот, передаю в твои надежные руки, — тихо сказала я, обращаясь к коллеге, а потом посмотрела на Алису. Та выдохнула, кивнула и шагнула в кабинет.

Я, вопросительно глянув на Юлю, последовала за Алисой. Устроилась в том же углу, под прикрытием большого монитора, и приготовилась слушать.

Юлия Алису не торопила. Она наблюдала за девушкой через стол, давая ей освоиться.

— Меня зовут Юлия, — тихо начала следователь, отодвигая в сторону массивную настольную лампу, чтобы не загораживать себя. — Все, что ты скажешь, будет записано и станет основанием для возбуждения уголовного производства. Ты можешь в любой момент попросить адвоката. Ты понимаешь это?

Алиса кивнула, сглотнув ком в горле. Она сжала руки в замок на коленях, чтобы скрыть дрожь, но ее ледяные пальцы никак не могли успокоиться.

— Я… я готова, — прошептала она.

— Не спеши. Давай начнем с самого начала. Как ты познакомилась с Уткиным? — Голос Юли был ровным и спокойным, как поверхность озера. В нем не было ни капли судебной жесткости, только деловитость. Это немного успокаивало Алису. Она глубоко вздохнула, ее взгляд устремился куда-то вглубь себя, в прошлое.

— Это произошло около месяца назад, — начала она, и голос ее звучал глухо. — Я тогда только начинала вникать, как нужно правильно работать горничной. Знаете, как бывает: красивое лицо, умение поддержать разговор, знаешь, какими приборами что есть, какое вино лучше подойдет к мясу или рыбе. Богатые гости любят таких девушек на вечерах. И не только на вечерах.

Она посмотрела на Юлю, пытаясь прочитать в ее глазах осуждение, но не нашла его. Только сосредоточенное внимание.

— Обычно все было по накатанной: ресторан, дорогое вино, комплименты, потом подарок, — она махнула рукой, будто отмахиваясь от этих призраков роскоши, — мне от них только это и нужно было. В такие моменты я чувствовала себя хищницей. Думала, я такая умная, а они просто богатые лопухи.

В ее голосе прозвучала горькая ирония по отношению к самой себе.

— Но в тот раз все было иначе. Я возвращалась по коридору после ужина с одним… впрочем, неважно с кем. И вдруг из соседнего номера вышел Валера. Я его раньше никогда не видела. Он был не похож на остальных. Не было в нем этой показной уверенности, этого блеска. Он выглядел спокойным и опасным.

Алиса на мгновение замолчала, вспоминая ту встречу.

— Он не стал приглашать меня в ресторан при отеле. Он просто остановился рядом, посмотрел на меня и сказал: «Простите за бестактность, но вы невероятно красивы. И кажется, сильно устали от всего этого», — Алиса покачала головой. — Он попал в самую точку. Я действительно устала, а он это увидел. Угостил меня чаем в маленьком кафе через дорогу. Говорил мало, в основном слушал. Смотрел прямо в душу.

Юля делала пометки, изредка бросая на Алису оценивающий взгляд.

— Он ухаживал за мной несколько недель, — продолжила Алиса. — Не так, как другие. Никаких дорогих подарков, никаких показных жестов. Он был внимателен. Запоминал мелочи. Спрашивал, что я люблю, о чем мечтаю. Говорил, что я заслуживаю настоящей жизни. И я поверила, — голос ее дрогнул. — А потом он предложил мне уехать. Сказал, что у него есть вилла в Италии, на побережье. Что мы можем начать все с чистого листа. Я была на седьмом небе. Но он сказал, что ему нужно закончить кое-какие «большие дела» — так он выразился и попросил меня помочь ему.

Алиса сцепила ладони в замок, костяшки ее пальцев побелели от напряжения.

— Он знал, что я иногда бывала с Орловым. Знаете, в те времена, до того как все стало серьезно. Орлов был одним из тех, кто мне приглянулся, и у нас все шло к серьезным отношениям, но я пока колебалась, а тут еще и появился Валера. Уткин попросил меня просто рассказывать, куда ходит Орлов, с кем встречается, во сколько возвращается. Говорил, что это для большого дела, что это поможет ему быстро все завершить и мы уедем.

Она закрыла лицо руками, но через мгновение снова выпрямилась, собрав волю в кулак.

— А я верила. Я думала, что это просто бизнес, немного грязный, но ничего страшного. Я стала его глазами и ушами. Сообщала ему о каждом шаге Орлова. А потом Орлова убили, и я поняла, что стала соучастницей. Что мои глупые, наивные сообщения стали тем самым орудием убийства. Я пришла к Уткину, требовала объяснений. Но он сказал, чтобы я молчала и ждала. Мы должны были уехать на следующей неделе, но я уже не могу так. Мне снятся кошмары, и я постоянно чувствую, что виновата в смерти человека.

Мы с Юлей внимательно наблюдали за Алисой, отмечая мельчайшие детали ее поведения — дрожь в руках, прерывистое дыхание, как она отводит взгляд, когда речь заходит о самом главном.

— Алиса, — мягко, но настойчиво перебила ее Юля, — давай вернемся к ночи убийства. Ты сказала, что твои сообщения стали орудием убийства. Но как именно Уткин воспользовался ими? Что произошло в тот вечер?

Алиса замерла, ее пальцы судорожно вцепились в край стула. Казалось, что у нее внутри все сжалось