Современный российский детектив - Анна Майская Страница 185

О нем Ляля не забывала ни на минуту. И надо же так любить собственного мужа, особенно после развода, когда он стал недосягаемым.

— «Время собирать камни» — сказала Нонна. Девочка от тебя без ума. Нужно будет с нею поговорить.

— А вдруг мы испортим все на свете?

— Не испортим. — Доверься мне.

Дня через три, когда отношения Аллы и Аленки стали совсем теплыми и девчонка не сводила с нее глаз, во всем подражая ей, Алла присела на диван и закрыла глаза.

— Тебе плохо? — спросила девочка испуганно.

— Очень. У меня перед глазами постоянно моя маленькая девочка.

— Мы найдем ее, вот увидишь. Дядя Алеша милиционер, он быстро разыщет малышку.

— Ты такая добрая, милая, мне с тобой легче переносить мою утрату.

— Правда?

— Если бы ты была моей дочерью?

— У меня есть мама.

— Вот я и говорю, жаль.

— Но я тебя тоже буду любить.

И Аленка поцеловала ошеломленную коварную дамочку.

Они теперь занимались косметикой, танцами, одеждой и это совсем вскружило голову Аленке до сих пор не ведающей о разных женских прелестях жизни.

— Завтра мы с тобой пойдем на вечер в школу, где я училась. Там будут все мои одноклассники.

Одевались с особой тщательностью Ляля заказала для дочери заранее платье, точную копию своего, элегантное, переливающееся праздником одеяние, от которого у Аленки потемнело в глазах.

— Какая прелесть! — сказала она, примеряя это чудо.

— А вот и туфельки.

Сияющие позолотой легкие, модельные, невиданные до сих пор, они были Аленке впору. А всего-то эта прелесть пролежала несколько лет в комоде Нонны Сергеевны, это были туфли Ляли того возраста, в котором пребывала сейчас маленькая принцесса. Ее волосы были зачесаны так же как и у Аллы и в них продета нитка жемчуга. В платье малышки вплетена точно такая же, опускающаяся с ворота до пояса.

Нонна Сергеевна позвонила в редакцию одной из газет, сообщив, что сегодня в школе такой-то предстоит настоящее чудо, и что они могут стать свидетелями, как обретут себя мать и дочь, десять лет не знающие, что живут рядом.

Класс оказался заполненным, когда Ляля входила в него. Аленка шла сзади. Все происходило по сценарию Нонны Сергеевны. Первые возгласы восхищения Ляля приняла как обычно. Потом резко посторонилась и все увидели точно такую красавицу, но молодую, маленькую королеву. Вместе они смотрелись весьма внушительно. Оператор немедленно запечатлел этот кадр.

— Это ваша дочь?

— Не знаю, — ответила Ляля.

— Но она похожа на вас как две капли воды.

— Без сомнений, что она ваша, почему же вы говорите, что не знаете этого?

— У нее украли девочку десять лет назад, — пояснила Аленка.

— Как? — вырвался возглас удивления.

— Украли и не нашли.

— А у тебя есть мама?

— Есть. Мама Анна. Живет в деревне.

— Что-то ты мало похожа на деревенскую.

— А вы с мамой Анной похожи?

— Нет, — ответила Аленка.

— А ваш отец?

— У меня нет отца.

— Есть у нее отец, — сказала Ляля. — Полковник Строганов. Но он почему-то держит свое отцовство от дочери в секрете.

— Поднялся шум, гам. Аленка теребила за платье Лялю и спрашивала:

— Правда, Алексей Николаевич мой папа?

— Правда, — ответила Алла.

Аленка притихла, посидела на скамеечке парты и сказала громко:

— Какие взрослые все вруны. Не поймешь, где правда, где ложь. Я хочу домой.

Сделав на прощанье еще несколько кадров, оператор сложил свое грозное оборудование, обещающее шумиху для всех участников этого запутанного дела.

Назавтра в газете на первой странице Аленка увидела заголовок:

КТО РАЗЛУЧИЛ МАТЬ С ДОЧЕРЬЮ?

Там же с добавлениями от собственного мнения, рассказана история девочки, похищенной десять лет назад, отец которой, не признаваясь дочери, что он отец, привез ее в Москву. Там она случайно встретилась со своей матерью, и задавался вопрос:

— Можно ли сомневаться в родстве этих красавиц?

Алексей купил несколько газет и посмотрел на первую страницу. Одну из них он чуть не выронил из рук. Портрет Ляли и Аленки в цветном изображении был представлен на суд читателей. И ему теперь придется ответить дочери, почему он не признался ей, в том, что является ее отцом? Пренеприятное положение получилось у него. Но он прекрасно понимал, чего добивается Ляля и ее дирижер — теща. Оставалось еще два дня. Он не стал звонить домой, боясь, что не сдержится при звуке голоса Алисы и, теперь не сомневался, всей семейки.

— А вдруг Анна прочтет это сочинение? — подумал он и кровь прилила к лицу его от ужаса.

— Она же может подумать, что с его согласия все это напечатано. И страшно, что скажет мудрый Сидор Никитович.

Он чувствовал себя так, как будто его облили помоями и самое главное, понял, что не хочет обидеть Анну, он желает только защитить ее от пошлости, выданной в печати. Ему страстно захотелось обнять ее, прижать к себе, прикоснуться к не целованным губам и никуда от нее больше не уходить.

— Какой же я был дурак. Мог думать о ней плохо. Сейчас эти лисицы развращают чистое сердце, воспитанное Анной в его дочери. Нужно немедленно поехать туда, но вместе с Аленкой.

До ноябрьских каникул оставалось несколько дней.

Эти оставшиеся дни Ляля прилагала все усилия, для того, чтобы привязать к себе дочь.

— Я твоя или мамина? — задавала вопрос Аленка.

— Я не знаю. Может и моя, а может это простое сходство.

— Я хочу знать точно. По телевизору часто показывают о том, как устанавливают родство. Если ты моя мама, анализ покажет это. Пойдем в больницу.

И хотя анализ на ДНК стоил дорого, тем более по — срочному, Ляля сделала его и получила ответ. Аленка прочитала его внимательно и сказала:

— Ну вот, теперь у меня две мамы.

— Так не бывает, — ответила ей Алиса.

— Но у меня же есть? — сопротивлялась Аленка.

— Ты рассказывала, как тебя похитил человек, который назвался твоим отцом.

— Да. Его потом поймали, он был маньяк-людоед.

— Значит одна мама у тебя настоящая, а другая…

— Вы хотите сказать, что другая и есть та, которая украла меня у моей