Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев Страница 93

Уловка сработала! Мускулы на лице женщины дрогнули, и его выражение пусть почти незаметно, но изменилось. Поначалу Гуров не смог разобрать, что именно творится в душе Тамары, и принял это за страх, а потом сообразил, что все совсем наоборот. Страха вдова погибшего начальника охраны не испытывала. Напротив, в душе у нее разгоралась жажда мести. И для сыщика стало очевидным, что Тамара прекрасно знала, чем именно занимался ее погибший муж. Возможно, ей были известны и его слабости, и тщательно скрываемые пороки. Она жила с этим знанием годами и прощала своего мужа, потому что любила так, как, наверное, любят только лебеди. А сейчас, узнав об убийстве, больше всего захотела не умереть вслед за мужем, словно подруга лебедя, а отомстить за его смерть.

Несколько минут Арапетян сидела молча, словно что-то обдумывая или вспоминая. Гуров не торопил ее, понимая, что женщине нужно принять решение. И она привыкла действовать в таких вопросах самостоятельно, не советуясь ни с кем и не прислушиваясь к чьему-то мнению, – жизнь так научила. Торопить Тамару было бессмысленно, поскольку любая реплика сыщика могла разорвать тонкую ниточку связи, которую ему удалось протянуть между собой и неуступчивой вдовой. Именно поэтому Гуров молчал, не спуская внимательного взгляда с собеседницы. Наконец Тамара заговорила.

– Не думаю, что это убийство мог бы совершить кто-то из конкурентов моего мужа, – стараясь оставаться спокойной, произнесла она. – Во-первых, даже слухов никаких о том, что Арташес мог кому-то перейти дорогу настолько, что его захотели устранить, до меня не доходило. А слушать и слышать я умею, поверьте! А во-вторых, они бы не стали настолько заморачиваться, пытаясь скрыть убийство. Мне ваш сотрудник показывал результаты экспертизы по машине. Там все очевидно – авария, столкновение, пожар. Так скрывать улики… Кстати, я до сих пор не знаю, почему вы решили, что это убийство, никто из конкурентов моего мужа… покойного мужа… не стал бы, да и не сумел бы. – Женщина в упор пристально посмотрела на Гурова. – Так вы ответите на мой вопрос, почему вы решили, что это убийство, и при чем тут «Триумф»?

Гуров с трудом подавил в себе желание ответить на вопрос вопросом, как он это делал обычно, общаясь с фигурантами дел, которые вел. Однако сейчас такой подход был бы неуместен, и поэтому сыщик вкратце рассказал о двух предыдущих убийствах и, не вдаваясь в детали, сообщил, что ни капли не сомневается, что киллер расправляется именно с теми, кто был в руководстве финансовой пирамиды. Арапетян кивнула, когда сыщик завершил свой рассказ.

– Я предполагала, что такое может случиться, но меня никто и никогда не спрашивал, – проговорила Тамара. – Лет десять назад мой покойный муж рассказал случай, который ему показался забавным. На улице на него набросился подросток с ножом, крича, что убьет его за то, что из-за «Триумфа» погибли родители мальчика. Арташес обезоружил ребенка, отнял у него нож и ударил несколько раз. В полицию на пацана он заявлять не стал – не в его принципах. Да к тому же ему понравился этот волчонок, как Арташес сам и сказал. По его словам, из таких мальчишек вырастают настоящие бойцы, а бойцов, воинов мой покойный муж любил и уважал.

Тамара сделала небольшую паузу, словно воспоминания о том разговоре оторвали ее от реальности, и теперь ей потребовалось вернуться обратно. А затем, после короткой заминки, продолжила:

– Несколько дней назад Арташес снова встретил этого мальчишку. Конечно, повзрослевшего. Ошибиться он не мог, поскольку у моего покойного мужа была просто феноменальная память на лица. Так вот, Арташес подумал, что мальчик подрос и пришел исполнить свое обещание, но тот не подошел к моему мужу и даже его не заметил. Арташес тогда предположил, что молодой мужчина намеренно сделал вид, что не заметил своего врага, которого обещал убить в детстве. Мне он не говорил, но я знаю, что Арташес несколько дней постоянно проверял, не ведется ли за ним слежка, но больше того подросшего мальчишки с ножом не видел и успокоился. Теперь мне кажется, это было зря. Не исключено, что волчонок действительно стал настоящим волком и расправился с моим мужем и Екатериной с Николаем.

– И имени этого волчонка вы не знаете? – скорее констатировал, чем спросил Гуров.

– Не знаю, но кое-чем в его поисках помочь могу, – ответила Тамара. – Муж говорил, что последний раз видел этого молодого человека, когда выходил из здания префектуры Южного административного округа Москвы, куда он ездил со своим начальством. Он заметил парня через окно, а когда вышел на улицу, тот стоял к нему спиной и разговаривал с какой-то парочкой. Арташес специально задержался на несколько минут у входа, чтобы посмотреть, подойдет ли молодой человек к нему, но этого не произошло. Парень даже не посмотрел в его сторону, хотя не мог не видеть, как Арташес выходил из администрации. А потом моего мужа позвал его начальник, он сел в машину, и они уехали.

– Так вот, – продолжила Тамара после короткой паузы. – Там везде камеры видеонаблюдения. Если вы достанете запись, то по этому рассказу сможете получить портрет человека, который, как я считаю, убил моего мужа. Найдите его и сообщите мне. Я умею быть благодарной!

Женщина встала из-за стола и, не обращая внимания на то, что Гуров следит за ней с интересом, подошла к раритетному комоду, занимавшему полстены в гостиной. Открыв одну из секций, она достала оттуда пачку пятитысячных купюр и, вернувшись обратно, аккуратно положила их перед сыщиком. А затем проговорила, глядя ему прямо в глаза:

– В этой комнате нет видеокамер, наш разговор я не записываю и не собираюсь вас как-то подставлять или шантажировать впоследствии. Я должна отомстить за смерть мужа. Если поможете найти волчонка и передадите информацию о нем мне, а не возьметесь его арестовывать, получите в два раза больше.

Гуров расхохотался.

– Значит, мы с вами оба ошиблись, – проговорил он, отсмеявшись, и пояснил удивленной женщине: – Перед тем как вы начали свой рассказ о волчонке, я пытался понять, почему вы сделали паузу, и пришел к выводу, что вы просто пытаетесь понять, стоит ли мне что-то рассказывать или нет. Однако я ошибся. Вы старались угадать, возьму я взятку или нет. Решили, что возьму. Получается, что и вы ошиблись. Видите ли, Тамара