Тайны Лунного зала - Роман Каграманов Страница 9

– Наш корреспондент Сью Ли сообщает, что эпизоды исчезновений происходят бессистемно, однако официального подтверждения этому нет. Свидетели называют происходящее «невероятным», «невозможным», «страшным». Сотрудники магазина от комментариев воздерживаются. Похожие сообщения поступили от посетителей популярной кофейни «Морнинг Смеллс». По словам очевидцев, в кофейне завязалась перепалка, после чего один из ее участников бесследно пропал.

Имена известных пропавших мы пускаем титрами внизу экрана.

Это главные новости к этому часу. Берегите себя. С вами была Джессика Коллинз, «Грей-Палмс Ньюс».

✦ ✦ ✦

Питер попросил Симонса выключить телевизор. Он посмотрел на Марию и сказал:

– Мы не знаем, связаны ли эти истории между собой. По предварительным данным, дети пропали отдельно от родителей – после школы, в другое время и, похоже, в другом месте.

Мария кивнула, сжала пальцы:

– Я понимаю.

– Важно другое, – продолжил Питер. – Мы не видим признаков, что кто-то целенаправленно бил именно по семье Стюартов. Нападения разрозненные. Это не их личный враг. Это плохо, потому что сложнее искать, но для вас и детей это может означать, что у нас есть поле для маневра. Тот, кто за этим стоит, точно должен был оставить следы. И мы найдем их.

Симонс негромко кашлянул и прочистив горло, произнес:

– Мы проверяем все локации. Школу, парковку, камеры по маршруту.

– Вы были в доме, когда исчезли Брианна и Себастьян? – спросил ее Питер.

– Да, – ответила Мария. – Я готовила, как обычно, по понедельникам.

– Что-то необычное? Звонки, чье-то присутствие?

– Нет, – уверенно, насколько могла, ответила Мария.

– Понятно, – коротко сказал Питер. – Мария, сейчас лучше поехать домой. Закройтесь. Не открывайте никому, кроме нас. Телефон держите под рукой. Если всплывет хоть что-то в голове – сразу звоните.

– Спасибо, – сказала Мария.

– Еще момент, – добавил Питер. – Я попрошу кого-нибудь из наших довезти вас, – предложил он.

– Я сама, – ответила Мария. – Мне нужно побыть одной.

– Тогда договоримся так, – четко произнес Питер. – Вы едете домой, закрываетесь, приводите мысли в порядок и, если что, звоните мне.

Часть вторая

Глава 1

История поместья

Рукопись найдена в архивах Главной Библиотеки при Музее истории города Грей-Палмс, автор неизвестен.

Усадьба Карла Гинца в городе Грей-Палмс была единственным местом одновременно для празднеств и для утешения перепуганного народа. Когда в город приходили дурные вести, сюда тянулись за светом и музыкой; когда случались свадьбы, юбилеи и победы на ярмарках, сюда же приходили плясать и восхищаться красотой архитектурной мысли. Приезжий астроном Карл Гинц, сам по происхождению австриец, построил свое поместье в отдаленной части города, на тихом пригорке, откуда было проще всего изучать звездное небо: лишь ровный ветер с равнины и темный купол ночи. По вечерам здесь пахло сухой травой и камнем, по утрам – сыростью и яблоками из старого сада. Особенно по осени, когда воздух становился хрустальным, а созвездия горели ярче, его башня-обсерватория вспыхивала стеклянным зрачком и, казалось, сама дышала небесным холодом. Крыша, покрытая темной черепицей, блестела, как чешуя; узкие щели бойниц ловили золотые полосы лунного света; глухие стены держали тепло, как печь, а в глубине сада журчал узкий ручей.

Особняк, скорее напоминающий средневековый замок, чем загородный дом для отдыха, притягивал внимание публики и был одним из главных поводов для страшных историй, которыми пугали детей, и бесконечных слухов, которыми взрослые развлекались за кружкой пива: будто стены слышат шаги тех, кто давно ушел, будто камни помнят имена всех жителей города, будто в подвале, рядом с прессом для винограда, прячут невиданной формы телескоп. Старики клялись, что видели в окнах прозрачные фигуры; мальчишки спорили, сумеют ли добежать до ворот в полночь; прачки шепотом обсуждали, как серебрит волосы Лунный зал.

Особое внимание Гинц уделил главному залу, в котором, как он задумывал, будут собираться многочисленные гости. Когда луна поднималась высоко, серебряный свет разливался по полу, перелезал через диваны, поднимался на фрески и зеркала – и все пространство словно начинало петь. Каменный пол отдавал прохладой, колонны держали потолок, расписанный легкими облаками, а высокие окна тянулись к ночи, как руки. Карл был убежден, что лунный свет, вопреки суевериям, отгоняет злых духов и не даст им пробраться в его поместье. Он любил повторять простую фразу: «Солнце оставляет тени, луна – нет», и всякий раз при этих словах становился спокойнее. В углах зала стояли тяжелые кресла, на стенах висели карты неба, на столиках – ящики с линзами и микрометрами. В боковых нишах ждали своего часа свечи; за ширмой, обтянутой зеленым сукном, прятался переносной окуляр.

Гинц был одинок. В силу своей занятости и характера он не мог и не хотел обзаводиться семьей. Все свое время с раннего детства Карл отдавал учебе и астрономии, зная, что будет заниматься этим, пока держат руки. Он вел дневники наблюдений, чертил карты, полировал линзы до молочного блеска и мог часами сидеть неподвижно, прислушиваясь к тишине, будто та содержит формулу движения планет. Его утро начиналось с вычислений и крепкого чая, вечер – с чистки зеркала и короткой прогулки вокруг башни. Он записывал простые вещи: «Ветер юго-западный, Юпитер ярок». Он ценил порядок и любил ясность. Парадоксально, но Гинц был популярен среди женского общества. Любая уважающая себя дама мечтала отдаться Карлу. В светских гостиных его называли ледяным ангелом, и это только подстегивало азарт прекрасного пола. Он же держал дистанцию. Карл считал, что постельные утехи нецелесообразны и мешают жить. Он однажды записал в блокноте: «Любовь крадет человека у самого себя». Взамен он хранил любовь иную – к звездам, к упрямой механике небес, к кометам, что раз в жизни проходят над головами и больше не возвращаются. Эта любовь, думал Карл, чиста и неподкупна: не предаст, не разобьется, не уйдет к другому. Он мог долго говорить о темных пятнах на Солнце, о зимнем треугольнике, о белесом тумане Млечного Пути. Он дорожил своими инструментами и еще больше – тишиной.

Красавец тридцати семи лет, невысокого роста, с черными кудрями, которые при свете дня отливались коричневым, он умел сам управляться с домом и хозяйством. Тонкие пальцы с уверенной моторикой одинаково ловко держали окуляр, нож, перо. Он не любил лишних украшений и все же носил одно – серебряное кольцо с лунным камнем, отливавшее огнем в полнолуние.

✦ ✦ ✦

4 июня 1850 года Карл Гинц разослал приглашения, а многих предупредил лично, на званый ужин в своем поместье.