Мольбы богомолов - Юбер Монтеле Страница 9

На обратном пути видели знаменитое озеро Плитвице. Неописуемая прелесть!

26 августа

Встретила на улице Бернара. Выглядит вполне довольным жизнью; посмотрел на меня с любопытством.

3 сентября

Канова вернулся из отпуска, и моя работа у него возобновилась. Он готовит для какого-то журнала большую статью про своих этрусков. Статья должна быть готова к пятнадцатому октября.

Мадам Канова куда-то ушла, а я, вероятно, после отдыха в Дубровнике имела очень соблазнительный вид. Профессор не сводил с меня глаз и предпринял несколько попыток посягнуть на мою добродетель, но я их решительно пресекла. Он очень смутился.

По возвращении домой — сюрприз: аромат незнакомых духов в нашей квартире. Это мне не нравится.

8 сентября

Как ни неприятно, приходится признать: во время моего отсутствия у нас кто-то бывает. Более того, диван прямо пропитался этим чужим ароматом. Кристиан его не замечает — как всякий заядлый курильщик, он вообще нечувствителен к запахам. Но мой-то нос в порядке! Думаю, меня нельзя назвать болезненно ревнивой, однако все же хотелось бы знать, что тут происходит. В конце концов это ненормально — обманывать жену, начиная чуть ли не с медового месяца. Комедия, да и только!

10 сентября

Опять этот невыносимый аромат и впридачу — легкий, но вполне ощутимый запах пота. Вся история здорово действует мне на нервы. Много раз я была близка к тому, чтобы спросить Кристиана напрямик и тем самым окончательно лишиться надежды узнать правду. Пока можно считать твердо установленным следующее: время от времени, примерно между пятью и семью часами вечера (когда я работаю у Канова), Кристиан принимает какую-то женщину. Сомневаться в характере этих визитов не приходится — после них по ночам мой муженек оказывается явно не в форме. Но даже застав их врасплох, я ничего не достигну: во-первых, такие сцены вышли из моды, и во-вторых, он мне этого никогда не простит. Быть поставленным в смешное положение перед любовницей разве такое забудешь! Нет, всю необходимую информацию надо собрать осторожно, исподволь, чтобы потом спокойно обдумать ее и принять решение.

14 сентября

Снова эта женщина!

Терпение мое лопнуло, и к полудню я уже входила в частное сыскное агентство Дюбрейля. В тесной полутемной конторе меня встретил владелец фирмы — грузный пожилой человек, похожий одновременно и на полицейского, и на домашнего врача. Я изложила дело, прибавив, что стеснена в средствах. Немного подумав, месье Дюбрейль предложил мне использовать магнитофонную запись — это гораздо дешевле, чем оплачивать услуги постоянного агента, а выяснить, при удачном стечении обстоятельств, можно даже больше, чем при помощи слежки.

Да, так будет лучше всего! Я согласилась, и теперь меня уже разбирает любопытство — правда, с небольшой примесью страха. Что мне предстоит узнать? Скорее всего банальная история — интрижка на стороне, связанная лишь с постелью и ни с чем больше; короче говоря, нечто такое, из-за чего не стоило волноваться. Не исключено, что пленка запечатлеет слова, которые меня совсем не возмутят, а развлекут и позабавят. Воспитанные мужчины нередко считают, что их долг — с искренним жаром расхваливать достоинства своей законной супруги, беседуя с любовницей. И очень может быть, что скоро я наслушаюсь таких вот косвенных комплиментов, свидетельствующих, как пылко любит меня мой Кристиан…

16 сентября

Специалист из агентства Дюбрейля явился вскоре после завтрака, когда Кристиан уехал в Севр (он преподает там в одной частной школе).

Агент оказался маленьким евреем — ловкий, хитрый и жизнерадостный тип. Он явно знает наперечет все беды и горести нашего мира, пригляделся к ним чуть ли не с пеленок, и теперь его уже ничем не удивишь. Окинув комнату критическим взглядом, он объяснил, что здесь можно разместить микрофон на проводе, но столь же скрытная установка магнитофона представляет определенную трудность…

Ну, эта проблема разрешима. Жильцы с нижнего этажа сейчас в отъезде и на время своего отсутствия сдали комнату какому-то молодому человеку — если не ошибаюсь, он работает на киностудии. Его комната удалена от нашей всего на несколько метров и идеально подойдет для студии звукозаписи.

Завтра же утром навещу киношника и обо всем договорюсь.

17 сентября

Чересчур элегантно одетый молодой красавчик, тип героя-любовника из мыльной оперы. Именно то, что надо! Всегда готов оказать услугу даме, разумеется, надеясь на ответную благосклонность. Он сразу пошел мне навстречу: во-первых, ему любопытно поучаствовать в столь таинственном деле, и, во-вторых, поддавшись очарованию моей скромной персоны. Он даже благодарил за доверие и попробовал было удержать меня для дальнейшей беседы, но я дала понять, что он немного перегибает палку и что мужчине, который желает завоевать мое расположение, следует научиться ждать. Теперь он там внизу пускает слюнки, предвкушая грядущие радости. Что ж, посмотрим!

18 сентября

Вся процедура была закончена сегодня во второй половине дня. Что за удовольствие смотреть на работу мастеров своего дела! Какая потрясающая точность, сноровка и быстрота! Микрофон установили в книжной полке над диваном, аккуратно запрятав его за парой монументальных классических томов, которые никто никогда не читал и читать не станет. Тонкий, еле заметный провод идет вдоль задней стенки шкафа, затем по полу под ковром и, наконец, маскируясь в складках занавесок, взбирается к подоконнику. В тех немногих местах, где провод ничем не прикрыт, его слегка окрасили под цвет соответствующей поверхности. Заметить его с улицы практически невозможно красноватая нить совершенно теряется на фоне кирпичной стены. Вниз, вниз, и вот она исчезла в форточке нашего услужливого соседа. Там, у него в комнате, уже смонтирован магнитофон и всякое вспомогательное оборудование, позволяющее как можно лучше выделять, записывать и воспроизводить человеческий голос.

Мой новый приятель поглядывает на эти приготовления со все возрастающей надеждой. Ему не терпится рыцарски предоставить в мое полное распоряжение и себя самого, и свое жилье; потом, конечно, придется утешать бедную обманутую женщину и в виде утешения затащить ее к себе в постель. Пока техники из сыскного агентства устанавливали аппаратуру и обучали меня обращению с ней, он путался у них под ногами, всем мешал и старательно хвастал своими познаниями в области звукозаписи. Видимо, надеялся, что я предложу ему поучаствовать в прослушивании, но был жестоко разочарован. Вместо того я велела ему в пять минут шестого позвонить по телефону Канова и попросить мадам Маньи, то есть меня; это даст мне предлог уйти пораньше, сославшись на какое-нибудь внезапно возникшее дело.

Сейчас двадцать минут пятого. Маленький еврей со своей командой уже отбыл к месье Дюбрейлю. Скоро вернется из Севра Кристиан, а я в это время буду стенографировать рассуждения Канова. Затем — звонок. Поговорив по телефону, я извинюсь, попрощаюсь