Десерт из тайн для Скорпиона - Соль Решетникоф Страница 8

– Но это ведь так далеко.

– Далеко?! Ты хоть видела мир за стенами этого приюта? Идешь со мной?

Даниэле очень бы хотелось ослушаться. Но, в отличие от Наоми, битье розгами она вряд ли смогла бы пережить.

– Прости… Я буду за тебя молиться.

– Ты говоришь как Франческа. Только кому помогли ее молитвы? – Наоми закуталась в шарф, обняла подругу. – Ладно, помолись. Чтобы я не убила сестру Несчастье. Расскажу тебе потом, что происходит за стенами приюта.

– Будь осторожна!

Наоми кивнула.

– Бруно! – крикнула она собаке. Удаляясь, важно добавила: – Только ты мой настоящий друг.

Глава 8. Зачарованная Хриза

Маленький Скорпион, раз приняв решение, становится неудержимой силой природы – для него не существует преград, будь то родительские наказы или общественные запреты. Его целеустремленность сметает границы дозволенного с той же легкостью, с какой ветер разносит осенние листья.

В коридоре Наоми чуть не столкнулась с Грацией. Лицо ее раскраснелось, кудри вылезли из-под чепца, из носа валил пар. Она походила на упитанную ведьму. Девочка юркнула под лестницу, дождалась, пока монахиня исчезнет за дверьми своей кельи, и выскользнула на улицу, ощущая на себе из окна сочувственный взгляд Даниэлы. Добежала до изгороди, огляделась по сторонам и юркнула в «Таинственную изгородь», как называли с Даниэлой секретный лаз, который простригли садовыми ножницами в прошлом году, втайне от всех. Сквозь непроходимую зеленую живую изгородь, перелезла на дорогу, ведущую в областной центр. Бруно бежал рядом, виляя хвостом и обнюхивая изгородь. Наоми любовалась красотой изгибов зеленых тосканских холмов, размеренным движением ветряных мельниц вдалеке.

Бруно тявкнул, заглядывая девочке в глаза.

– Мы с тобой нарушители скучных правил, и нам здорово попадет. Но этот побег стоит того, правда, песик? – Она нагнулась, потрепала его и снова зашагала в сторону Малафе́минны, мурлыча под нос любимую песенку. Оттуда уже скоро послышались веселые возгласы покупателей, громкие призывы торговцев, пестрые одежды на вешалках мобильных павильонов, манящие запахи жареных орешков, свежеиспеченных вафель и сахарной ваты.

– Где Наоми? – Грация тыкала пальцем в тощую грудь Даниэлы. Ей стало страшно, казалось, она вот-вот ее проткнет.

– Я н-не-е знаю. Побежала во двор. Бруно искать.

– Ее там нет! – истерично пропищала монахиня.

– Я правда не знаю! – захныкала девочка. Если Бог позволял Несчастью обижать маленьких, то и ей можно было лгать!

– Вот вернется сестра Франческа. Скажу, что замещать ее больше не собираюсь. Сама вас распустила, пусть сама и расхлебывает этот суп! Собака часто не может поймать огромного кабана! – процедила Несчастье сквозь зубы, известную итальянскую поговорку, закончив фразу на латыни.

Даниэла вся сжалась и шмыгнула в свою комнату. Благо, по воскресеньям после длительной службы появлялось немного свободного времени. Она села на кровать и принялась молиться за подружку. Ей снова достанется от Грации, но скоро вернется Франческа, и в приют снова спустится рай.

– Боженька, прости, что я плохо о тебе думала! Ну, пожалуйста? Защити подружку от злых людей, а главное, защити ее от Несчастья. Ты ведь умеешь всех любить! Почему тогда не можешь научить этому Грацию? Почему не освободишь ее от страшного пояса на талии? Он так ей жмет, что от страданий не оставляет ни капельки жалости.

Даниэла уже потеряла надежду на возвращение подруги, выглядывая по очереди в окна, за которыми уже начало смеркаться, когда послышался мотор авто. Она вновь подбежала к окну. Выглянула. Это была полицейская машина. Внизу Грация застучала железным затвором. Раздавались голоса. Среди них Даниэла узнала и бойкий голос подруги. Спустя пару минут полиция уехала..

Даниэла так обрадовалась возвращению Наоми, что рванула ей навстречу. Но наверху лестницы остановилась, услышав ее разговор с монахиней. На удивление Несчастье оставалась спокойной:

– Ну? Хочешь рассказать, где ты была, Наоми?

– Я пошла на рынок, сестра Грация, – по-свойски ответила девочка. – Очень хотелось посмотреть на красивые вещи и все, что там продают.

– На рынок?! – изумилась сестра. – Без спроса? Ты знаешь, что это грех?

– Почему же? Мы не в тюрьме. Если у нас нет родителей, это не значит, что мы преступники.

– Ты знаешь, что там полно соблазнов и опасностей для девочки?

– Весь мир полон соблазнов и опасностей. Это жизнь, сестра Грация, – усмехнулась Наоми.

Даниэла видела, как Грация сжала зубы, готовая растерзать ее на месте:

– Это иллюзия. Она отвлекает тебя от истинного пути к Богу. Послушание, Наоми. Ты должна забыть о своих глупых мечтах и желаниях. – и добавила на латыни: – Послушание – суть закона.

– Почему вы так говорите, – сощурилась Наоми и развязала шарф, обернутый вокруг тела. – Вы же не всегда были монахиней? Любили кого-то?

– Замолчи! Да что ты знаешь? Чем я заплатила за грехи, знаешь? – В истерике звучали нотки отчаяния и боли. – А вот за непослушание тебя ждет наказание.

Она вцепилась в руку Наоми и вновь потащила ее по коридору в сторону бани.

Даниэла подбежала к иконе Святой Катерины, которая раскрыла ей свои объятия в тот день, когда погибли ее родители. Снова сложила руки в молитве.

– Спаси ее, моя дорогая Катерина! Я обещаю, что сделаю себе такое же дьявольское клеймо на шее. Только спаси ее! Пожалуйста!

Даниэла слушала раздававшиеся вдалеке удары и свист, которые безжалостное эхо разносило между каменными стенами приюта, но потом зажала до боли уши ладонями, запричитала: «Розги! Вы оружие дьявола! Я ненавижу вас! Хотите, чтобы мы вас боялись? Только Наоми вам не сломить!» И тихо заплакала. Заплакала от бессилия – помочь подруге она никак не могла.

Когда Грация вышла из бани, Наоми что-то зло пробормотала ей вслед. Это не понравилось монахине, и она хлопнула дверью, не позволяя девочке выйти.

Баню топили лишь раз в неделю, по четвергам, и с октября по март там было холоднее, чем на утренней мессе в церкви.

Даниэла дождалась, пока Грация, уловив аппетитные запахи с кухни, отправится туда отчитывать Марину и помогавшую ей Пию за слишком сдобный обед, нырнула к запертой двери и подставила ухо к замочной скважине.

Услышала знакомые слова из любимой маминой песни, которой научила подругу. Принялась подпевать ей:

– Когда ты просыпаешься и чувствуешь себя разбитым… будь сильным встретить этот день… – Остановилась на мгновение, села на холодный каменный пол и прижалась спиной к двери, за которой, она чувствовала, подруга сделала тоже самое и спросила: – Наоми! Как ты?

– Неплохо. Совсем неплохо. А ты как провела свой день? – Голос Наоми ей показался на редкость