Обвинение - Дениз Мина Страница 64

Фин со Звиадом глянули на меня. Оба вскинули брови. Разве Дэми Звиаду начальник? Нет, не похоже. Он был весь в шрамах. Лет сорока. С виду похож на русских бандитов, из тех, что в Лондоне сидят на террасах у русских кафешек в районе Суисс-Коттедж, целой гурьбой за столиком – и все в дешевых костюмах, покуривают и прихлебывают кофе. Он был грузин, а значит, примыкал к ворам, преступной мафии, которая насчитывает множество поколений, имеет особую жесткую культуру и специфическую форму одежды. Как я поняла, Звиад прекрасно знал, кто такой был Дэми. Он бы не доставил нам хлопот, пока с нами Дэми. Даже у быдла есть своя вертикаль власти.

А вот Фин и не заметил, что Дэми – бандит. Фин решил, что Дэми – просто харизматичный попутчик, такой обеспокоенный свидетель, защищавший нас от Звиада.

– Вы действуете по приказу? – спросил Дэми Звиада. – От кого?

Звиад заметно стушевался:

– От нанимателя.

Дэми ухмыльнулся и сощурил глаза:

– Хорошо, наверное, когда есть работа.

Звиад до корней волос покраснел. Я не понимала, что происходит. Наверное, какие-то бандитские разборки.

– Еще вам байку расскажу! – объявил Дэми, хлопнув по столу. – Догнаться надо!

Когда во все стаканы подлили, Дэми сделал глубокий вдох и начал:

– Как-то раз…

– А можно под запись? – нетрезвым движением Фин протянул ему обеими руками телефон с микрофоном.

Деми глянул на них. Затуманенным взглядом. Моргнул. Пил он больше всех, но мыслил до сих пор куда трезвее нашего. Он пожал плечами и с надутым видом ответил:

– Пожалуйста.

Фин включил диктофон и поставил на стол. Так и началась та серия подкаста:

– Жил-был один человек, и звали его, допустим, Дэми. Ха-ха-ха-ха!

На этой реплике Фин со Звиадом рассмеялись.

– Вырос этот самый Дэми в маленьком городишке. Ничего там не было. Все были очень бедные, НО оттого, что все были бедные, никто и не знал, что у них ничегошеньки нет. Ну вот есть у меня палка, а у тебя две палки, ты и чувствуешь себя богачом, верно говорю? Все относительно. А там одни убогие домишки с земляными полами да детишки тощие, полдня голодные, шныряют везде, и никто за ними не присмотрит.

Картина вырисовывалась мрачная, но как Дэми любовно об этом рассказывал, с полуулыбкой на губах и голосом даже ниже обычного, склонив голову на грудь.

– Детишки в той деревне все сплотились, – он нарисовал на столе большой круг. – Да? Присматривали друг за другом. Но двое мальчишек сдружились особенно, Дэми с Ергеем. Одногодки. Оба жили без отцов. Один помер, другой срок мотал. Ергей вообще мужик бешеный. Такое выкинет порой, очень вспыльчивый. А вот Дэми, он человек скорее рассудительный, серьезный. Ни капельки не похожи.

Так вот, растут они и дружат, ближе, ближе, ближе. Подросли и поехали судьбу искать в большой город. Вместе на улице спали, вместе пили, делали… всякое. В общем. Нашли они работу. Как у тебя, Звиад. Время идет, Дэми работает на босса, и Ергей на него же, только в другом городе. Долгое время они друг с другом не виделись. Очень, очень долго.

Голос у Дэми стал мягкий, точно шелковый, глаза подернулись поволокой. Он будто сам вернулся в те времена, заново переживал их.

– И вот, в тот день Дэми получает приказ. Кто-то ворует наши деньги, в кругу своих, и мы знаем: вор – один из двух. Надо уладить. И вот Дэми едет по адресу, садится ждать, наблюдает и видит, как те двое, кого ему надо убить, выходят из бара. Дэми опускает в машине окно и подзывает их. Одним из них оказался Ергей.

Фина это прямо ошеломило, а Звиад прикрыл рот рукой. Дэми прервался, так его переполняли чувства, он едва мог слово вымолвить, но это все печаль пьяницы, мимолетная и неглубокая. Мне показалось, он уже не раз рассказывал эту историю и знал, что заходит она на ура.

– И вот эти двое садятся в машину к Дэми. Ергей на переднем сиденье. Он так рад повидаться с Дэми. Как давнишние друзья, сидят, наверстывают упущенное – ну привет, как сам, чем занят? Достают бутылку. Сидят в машине, курят, пьют, хорошо проводят время. Наконец Ергей говорит: «А ты-то тут зачем, Дэми?»

И Дэми отвечает: «Ты знаешь зачем».

Он наполнил стакан и залпом выпил.

«Сам знаешь, зачем я приехал, Ергей».

И вот Ергей понял зачем. Теперь они оба знают.

Так вот, Дэми оборачивается и всаживает второму пулю в голову, БАХ. В машине труп. И знаете, что говорит Ергей?

Ергей говорит: «Дэми. Я рад, что это сделаешь ты».

Такой вот он был человек. Знает, что тут ничего не поделать, и находит в этом что-то хорошее.

Дэми это задевает за живое. И вот, они выбрасывают труп из машины, прямо в придорожную канаву.

Дэми жестом показал, как тот перекатывался, и на лице у него заиграла улыбка. Тут я и поняла, что никакая это не байка, а воспоминание, и задалась вопросом, нам-то он зачем это рассказывает.

– Так вот, сидят они и треплются. Травят байки со времен их жизни в деревне, как они рыбачили, играли, лазали по крышам и бегали в школу голодные. И как они потом вместе уехали, как в город приехали и стали важными шишками.

И вот идут они на пару пропустить последнюю рюмку. Вообще-то, даже не одну. ОЧЕНЬ даже немало, – хихикнул он. – Пьют сидят, ну а Ергей рассказывает, как на самом деле было, про все лихие кражи, про лихие деньки, как воровал у боссов, даже спал с женой большого босса! Лихо пожил – настоящая исповедь вышла, последняя исповедь.

А Дэми рассказывает Ергею обо всех своих убийствах, обо всех печальных, дурных делах – обо всем, что он когда-либо совершал.

И вот, на исходе ночи снова в машине сидят, и Ергей говорит: «Ну ладно. Вот теперь уже пора. Пора тебе меня убить».

Но Деми отвечает: «Ергей. Я не могу».

А Ергей ему: «Ты должен. Порядок такой. Ты должен убить меня, а иначе тебя убьют».

Но друга убить Деми никак не может. Пытается, но не может. И плачет. Говорит: «Вот убью тебя, и кто я тогда? Животное, вот кто».

Он говорит Ергею, что убить его не сможет, но тому придется насовсем исчезнуть. Дэми заставляет Ергея бежать.

И Ергей исчезает. На время. Боссу Дэми говорит, что убил его, а тело скинул в реку. Только