Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя Страница 59

– Николай тоже сильный маг, – ответила я кошке, сама не понимая, зачем упомянула Уварова.

Я знала только то, что мне приятно обсуждать с Томой Горича. С ней одной я могла поговорить откровенно, не опасаясь, что она расскажет матери или еще кому-нибудь.

– Ты не любишь Николая. И уж если за столько лет, что вы, – кошка фыркнула, – дружите, не полюбила, то вряд ли чудо случится позже. Но признаю, твоя семья была бы в восторге от такого союза.

Вот это в точку.

– Брака с Колей не будет, – сказала я и встала с кровати.

Перед сном хотелось помыться. Мне казалось, что после приключений насыщенного дня я грязная и уставшая. А еще отчаянно хотелось спать. Но чистота – прежде всего.

– И да, – прозвучал голос Томы уже в спину, – ты ему нравишься, этому куратору.

Я остановилась, так и не взявшись за дверную ручку. Медленно обернулась к кошке и встретила ее пристальный взор, в котором не было и следа насмешки или шутки. Она смотрела серьезно и сказала то, что думала на самом деле.

– Глупости, – ответила я своей маленькой подружке и решительно распахнула дверь в ванную.

Но, уже переступив порог и закрывая за собой дверь, вдруг поняла, что улыбаюсь, счастливо и с потаенной надеждой в сердце.

Я ему нравлюсь!

И хотя в эти слова не очень верилось, это было приятно услышать. Наверное, потому, что он тоже нравился мне, со своими усиками и привычкой командовать.

Глава 12

– Господин! Господин!

Тонкий голос прорезал тьму, и Горич поморщился, открывая глаза. Голос был детский и знакомый, а рука, теребящая его плечо, – маленькая и хрупкая.

– Господин следователь, вы живы?

Милош ощутил за спиной что-то твердое и определенно холодное. Он застонал и, моргнув, нашел в себе силы сесть. Огляделся, чувствуя, как болит голова, пульсируя в области висков, а затем увидел рядом с собой мальчишку-оборванца. Тот со страхом смотрел на него и чуть раскачивался, сидя на корточках, что выдавало его нервное состояние.

– Жив, – ответил джарганец и, вздохнув, опустил взор и заметил пятно крови, растекшееся на камнях.

Это была его кровь. Кровь, которая спасла ему жизнь.

Темная магия стоит дорого, и Милош прибегает к ней только в крайнем случае. Именно такой наступил… когда? Несколько минут или часов назад? Или прошли сутки, пока он лежал на камнях у моста? Вокруг по-прежнему было темно, и следователь сделал вывод, что еще ночь. Причем та самая ночь, когда он схватился с теневым убийцей.

Но почему его никто не искал, и почему единственным человеком, проявившим интерес и сострадание, оказался ребенок, недавний свидетель гибели Серафимы, мага жизни?

– Я так рад, что вы живы! – сказал мальчик.

Горич, забавно наклонившись вперед, помог себе руками, отталкиваясь от мостовой, чтобы сначала встать на колени, а затем распрямить спину.

– Как ты оказался здесь, Илья? И что ты видел? – спросил джарганец, когда ему удалось подняться.

– Ничего не видел, – тут же признался мальчик, но, как показалось Горичу, сделал это слишком быстро.

– То есть мимо проходил?

Скривив губы, Милош коснулся рукой своей головы и нащупал под волосами шишку приличных размеров. Видимо, ударился, когда упал.

– Я везде брожу, где придется, – пробормотал мальчик.

Милош посмотрел на оборвыша и подумал, что дважды встретить ребенка там, где охотится теневой убийца, – это не просто совпадение. Он никогда не отличался излишней доверчивостью и сейчас тоже заподозрил неладное. Хотя, глядя в лицо ребенку, испытывал сопутствующее сомнению чувство жалости к малышу.

– Значит, ничего не видел? – уточнил джарганец.

– Нет, господин. Вас увидел, как вы лежите на мостовой. Вас я знаю, поэтому и подошел. Думал, вдруг смогу помочь чем-то. Вы ведь были добры ко мне, – запинаясь, проговорил Илья.

– Хорошо, – кивнул маг и, закатав рукав, проверил руку.

Порез уже затянулся. Это было хорошо. Магия крови, запрещенная в Атроне, сегодня спасла ему жизнь. Тварь оказалась слишком сильна. Он ожидал чего-то подобного, но не настолько. Надо утром сообщить обо всем Лехно, а сейчас стоило проверить, что произошло с Никитой и Иваном. Удалось ли магу спасти свидетеля? Горич отчаянно надеялся, что удалось.

«Все очень сложно и запутанно», – подумал мужчина, а вслух произнес, обратившись к Илье:

– Пойдешь со мной.

– Господин?.. – удивился мальчик, и глаза его вспыхнули в предвкушении.

Видимо, ребенок решил, что его покормят, как было в прошлый раз. И Милош понял, что не может разочаровать мальчика. Он обязательно накормит его. Но только после того, как узнает, что случилось с Аресьевым и Самойловым.

– Идем, – бросил джарганец, зовя оборванца за собой.

Они направились в ту сторону, куда Аресьев уволок Ивана. Шли они долго. Город еще не пробудился, до рассвета оставалось несколько часов.

Ступая по улице вдоль спящих домов, Горич вспомнил Лизу и с каким-то теплом в сердце подумал, что вот сейчас бы ее таланты пригодились. Княжна без труда смогла бы выявить, куда ушли мужчины. Более того, в ее силах было проследить весь путь и увидеть то, что произошло, пока сам Милош лежал без сознания, защищенный магией крови.

– Следи в оба, – велел Милош мальчику, хотя сомневался, что теневой убийца все еще находится где-то здесь.

Что-то подсказывало джарганцу, что тень появляется на короткий период, а затем исчезает или уходит. Но куда и как? Отчего-то он явственно представил себе зеркала и решил, что все взаимосвязано. И это пугало горца.

– Мы что-то ищем? – спросил Илья.

– Скорее, кого-то. Двоих мужчин, один из которых – сотрудник отдела, – не глядя на мальчика, ответил Милош.

Илья кивнул и принялся оглядываться. Несколько раз по пути оборвыш срывался куда-то в подворотню, но каждый раз возвращался ни с чем.

И когда Горич уже было вздохнул спокойно, решив, что Аресьеву удалось спасти Ивана, они нашли Никиту. Подозвав мальчишку, Милош тихо выругался через стиснутые зубы. Коснувшись шеи Никиты, Горич облегченно вздохнул – парень был жив. Но где Иван?

– Аресьев, вы как? – спросил он, склонившись к магу, лежащему на мостовой.

– Господин! – тихо позвал джарганца Илья.

Подняв голову, Милош посмотрел на мальчика, который стоял в стороне, там, где густая тень от дома скрывала нечто еще более темное.

– Проклятие! – выругался Горич и, прекратив тормошить Аресьева, поднялся и подошел к оборванцу.

Встав рядом, Милош опустил взгляд на пятно из пепла.

– Проклятие, – повторил он.

В стороне послышался тихий стон – это Никита