Смерть в прямом эфире - Кирстен Уайт Страница 58

Если Хави прав, то стоящие во главе съемочного процесса люди хотят повесить случившееся с Китти на Вэл. Но у них ничего не получится, если удобная жертва сбежит. Нужно взять деньги, которые для нее скопила Глория, и затаиться.

Вот только не спрятаться на длительный срок, как отец, а просто найти безопасное место, откуда можно атаковать в ответ. Подонки еще пожалеют, что обнаружили ее.

– Я уезжаю, – объявляет Вэл и отправляется собирать вещи.

– Ты должна сходить на интервью, – гнет свою линию Дженни, следуя по пятам. – Тебя уже ждут!

Такая настойчивость заставляет насторожиться и замереть посреди кухни. А что, если бывшая подруга попытается столкнуть в подвал, едва Вэл попытается подняться? Ее щека до сих пор саднит после нападения безумной, которая приходится Дженни матерью.

Лучше держаться на расстоянии от собеседницы на всякий случай.

Наблюдая, как Вэл огибает стол, ее спутница хмурится, а потом всё понимает: гневное выражение сменяется отчаянием.

– Я не могу вынудить тебя пойти на интервью силой. Но прошу сделать это ради меня. Ради всех нас. Пожалуйста, Вэл. Спустись и поговори с ведущей подкаста. Пожалуйста! Можешь забрать себе кассету, только выполни мою просьбу. – Дженни швыряет трофей на стойку и складывает ладони в умоляющем жесте.

– Что происходит? – Айзек возникает на пролете лестницы, в том пограничном пространстве, которое ведет одновременно и вверх, и вниз.

Он даже не подозревает, насколько уязвим там. Неужели не чувствует этого?

– Проклятый дом, – бормочет Вэл.

– Пожалуйста, уговори ее не уезжать, – обращается к потенциальному союзнику Дженни. – Она должна сходить на интервью. Помоги мне!

Айзек смотрит на Вэл. В то мгновение, когда их взгляды впервые за долгое время встретились, весь мир для нее изменился. Прошлое вернулось, а будущее открылось. И ей хотелось, чтобы он был в этом будущем.

Она до сих пор этого желает, но… В памяти всплывают слова Глории: «Любой, кто приложил усилия, чтобы обнаружить твое местонахождение, – не друг тебе».

Айзек кивает. Не Дженни, а Вэл.

– Я тебя отвезу. Или можешь взять машину. Как тебе удобнее, – он достает из кармана ключи и бросает их ей.

– Нет! – явная паника Дженни сменяется глухим отчаянием. – Пожалуйста, Валентина.

– Что случилось? – спрашивает Хави, появляясь за спиной Айзека.

– Подойди сюда, – схватив кассету, подзывает Вэл адвоката, не желая приближаться к лестнице – просто из предосторожности.

Хави проскальзывает мимо Айзека, который так и стоит на месте, как обычно, лишь приглашая присоединиться, а не вторгаясь в чужое пространство.

– Народ, я чувствую разлитое в воздухе напряжение.

Маркус тоже возникает на лестнице следом за другом, но замирает, словно не уверен, идти ли дальше. Вэл сует кассету в руки Хави.

– Это запись передачи. Часть выпусков, по крайней мере. Потом вернешь ее. Я разыщу тебя, когда получу информацию о…

Ледяной сквозняк дует в лицо, шевеля волосы. Он долетает из подвала. Там, внизу, можно найти ответы на свои вопросы. Вэл в этом не сомневается.

Однако также она уверена, что ее там ждет ловушка.

– Может, кто-то хочет уехать отсюда вместе со мной? – Неужели снова придется бросить друзей? Если с ними что-то случится, то виновата будет Вэл. – Пожалуйста, – шепчет она, – пожалуйста, едем со мной. Здесь вас не ждет ничего хорошего.

Никто не двигается с места.

И тогда она снова покидает друзей, бредет к машине Айзека, которая полна безмолвного осуждения, и забирается внутрь. Ударяет ладонью по рулю. Конечно же оттуда ничего не могло появиться. Это просто кожа. Хотя откуда взялись шрамы – до сих пор неясно. Вероятно, это так и останется загадкой.

Вэл сует ключ в зажигание, не сводя глаз с дома, надеясь, что кто-то всё же примет приглашение. Потом она вытягивает руку, собираясь загадать желание, но вспоминает цену подобной просьбы. Ладонь и дверной проем так и остаются пустыми. Это странное здание, ужасный и мерзкий пустынный паразит, смотрит на девушку самодовольно и сыто, урча и гудя. Она показывает ему средний палец и поворачивает ключ.

Ничего не происходит.

* * *

Отзыв блогера

Последний выпуск «Несговорчивых 90-х» [10] – что обычно мне совершенно не нравится, как известно моим постоянным подписчикам, из-за чрезмерной критичности изложения, – так вот, пока что самый лучший из всех. В основном благодаря теме, а не контенту или стилю повествования. Наконец-то мне сообщили то, что я на самом деле хотел услышать.

«Господин Волшебник» возвращается!

По крайней мере в формате подкаста. Конечно, выпуск про бывших участников, ну так себе. Однако бери что дают. Если вы не помните, эта детская передача транслировалась очень длительное время. Я и сам благоговейно ее смотрел, в том смысле, что она буквально заменяла для меня религию. Клянусь, все полезные уроки усвоены мной не с детского сада (катись в ад мисс Крафт, которая меня ненавидела – и чувство было взаимным), а с помощью «Господина Волшебника».

Программа шла всегда, когда я нуждался в ней. Моя мать работала допоздна, и мне часто приходилось развлекать себя самому, лишь телевизор составлял компанию. Мы жили в неблагополучном районе, поэтому я не мог играть на улице, но друзья у меня были – ребята из «Господина Волшебника». Знаю, звучит грустно, но на самом деле это не так. Они очень сильно мне помогли.

Хотя некоторые довольно странные воспоминания у меня сохранились. Готов поспорить, что передачу показывали где-то между обычными каналами. Когда я крутил тумблер, то останавливал после одного щелчка, но до другого. Может, всё дело было в старом телевизоре, но однажды – хотя не исключаю, что мне это приснилось – я вскочил посреди ночи от кошмара ужасно напуганным, но не хотел будить мать, поэтому просто сел перед экраном, надеясь наткнуться на «Господина Волшебника», хотя какую детскую передачу станут транслировать в два часа ночи? И всё же ее показывали как раз на том заветном месте между каналами.

Вот только выпуск выглядел необычно, словно наше время синхронизировалось. Дети, мои друзья, спали, лежа вповалку и держась за руки. И опять же, знаю, что прозвучит странно, но наблюдение за их мирным дыханием действовало успокаивающе. Поэтому я тоже свернулся клубком на полу рядом с телевизором, прижал ладонь к экрану и задремал под убаюкивающее гудение кинескопа. Мама нашла меня там утром и накричала за растрату электричества. Именно поэтому мне известно, что по крайней мере часть воспоминаний была правдива.

Итак, вне зависимости, спал я