Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев Страница 55

– Лев Иванович, как вам это всегда удается? – поинтересовался запыхавшийся старлей, возглавлявший погоню, едва посмотрев на упакованного подозреваемого. – Третий раз с вами на задержании, и всегда получается так, что фигуранты сами к вам прибегают!

– Опыт, Вовик. Только опыт и немножко смекалки и наблюдательности, – рассмеялся в ответ Гуров. – Послужишь еще пяток лет, и тебе уже поменьше бегать за преступниками придется.

– Это что, вы хотите сказать, что мне еще пять лет с бандитами в догонялки играть?! – возмутился старлей. – Я уже через пару лет собирался какой-нибудь ОВД возглавить. Хотя бы где-нибудь в Михнево…

– Будешь хорошо бегать, может, и возглавишь. Хотя для этих целей бег, возможно, не самое главное качество, – усмехнулся сыщик. – Ладно. Поболтали, и хватит. Пакуйте этого кадра в машину и везите в главк. Я дождусь, пока криминалисты у него в берлоге отработают, и потом приеду. Суньте этого гражданина сразу в одну из допросных. Пусть поразмыслит в тишине, чем ему придется в ближайшие лет семь-восемь заниматься…

«Берлога» у Ильи Зосимова – так звали беглеца, которого задержал Гуров, – была оборудована с наглостью и размахом. Прямо в столице, фактически под носом у специалистов из правоохранительных органов, он оборудовал майнинговую ферму для криптовалют. В одном из помещений заброшенного административного задания промзоны «Коровино» он установил соответствующее оборудование, а запитал всю систему от законсервированной подстанции, которую самостоятельно расконсервировал, и воровал электроэнергию в таких объемах, которые использовали с десяток многоквартирных домов.

Впрочем, Гурова-то как раз интересовала не майнинговая ферма. Это было, так сказать, побочным продуктом его расследования. За свои махинации с добычей криптовалюты Зосимов мог бы получить максимум до двух лет лишения свободы, хотя, скорее всего, отделался бы крупным штрафом. А сыщик вышел на Илью, занимаясь разоблачением крупной сети кол-центров мошенников, работающих в том числе в Москве и Подмосковье. Гурова привлекли к этой работе по приказу министерства в рамках взаимодействия с ФСБ. И именно он вышел на дроппера, который создавал для мошеннической организации подставные счета, которые использовались для переброски денег за границу. Причем вышел на него Гуров не сразу, а только после того, когда внимательно поработал с материалами федералов, арестовавших совсем не того человека. И именно компьютеры Зосимова, которые он использовал для операций со счетами, и интересовали сыщика в «берлоге» задержанного беглеца.

Поначалу дело по разоблачению крупной сети кол-центров мошенников показалось Гурову простым до безобразия. Настолько несложным, что в качестве звена МВД для взаимодействия со следователями ФСБ вполне подошел бы какой-нибудь молодой и не слишком умудренный опытом опер. Изучив материалы дела, сыщик даже удивился, что генерал Орлов отправил на это задание именно его. И лишь спустя пару дней работы с уликами, свидетелями и обвиняемыми Гуров понял, что у начальника главка сработала старая полицейская интуиция, которую, как многие думали, генерал-лейтенант давно утратил. И без участия сыщика все это дело могло обернуться совсем по-другому.

По большей части в деле по разоблачению кол-центров фээсбэшники сработали отлично и очень профессионально, но в одном дали маху, проглядев нестыковки в уликах в отношении некоего Степана Меньшикова, которого поначалу и обвинили в дропперской деятельности. Возможно, это было вызвано излишней поспешностью в работе старшего группы от безопасников, а может, просто недостатком опыта, но у Гурова уже через несколько часов после изучения материалов возникли сомнения в виновности этого человека.

В первую очередь сыщика удивил тот факт, что Меньшиков был под колпаком у ФСБ. Парень когда-то занимался хакерством и считался даже неплохим специалистом по взлому различных компьютерных систем. Однако, попав однажды в руки правосудия, решил завязать с преступными делишками и ступить на стезю законности. Меньшиков перестал заниматься компьютерным взломом и стал работать программистом в одной из крупных компаний. Ну и фээсбэшники сразу же взяли парня на карандаш и периодически проверяли. Однажды даже привлекали к работе на ведомство по какому-то мелкому заданию, но на этом сотрудничество Меньшикова с ФСБ и закончилось. А вот наблюдения с него не сняли. То есть не контролировали парня непрерывно, но периодически проверяли, не вернулся ли он вновь к взлому программ. И Меньшиков об этом прекрасно знал. А потому Гурову казался абсолютно глупым тот факт, что парень якобы стал работать дроппером на банду мошенников.

Не менее подозрительными сыщику представлялись и сами доказательства причастности Меньшикова к преступной деятельности. Во-первых, адрес, с которого дроппер выходил в интернет, был привязан к сим-карте, принадлежащей Степану. То есть зарегистрированной на его имя. Гурову трудно было поверить, что программист, прекрасно знающий, как создавать пакеты интернет-протокола с использованием ложного IP-адреса источника, имитировал попытку скрыть свои данные, пользуясь виртуальной частной сетью (VPN), через которую любому специалисту было несложно отследить реальный адрес источника, а таких в ФСБ хватало с лихвой. И неудивительно, что на Меньшикова, а точнее, на зарегистрированную на него сим-карту вышли очень оперативно.

Во-вторых, следы финансовых операций, проводимых через интернет с помощью сотен банковских карт, зарегистрированных на имя Меньшикова и оформленных через интернет с того же IP-адреса, были найдены на личном компьютере Степана. Было очевидно, что всю информацию об этих махинациях пытались уничтожить, но сделали это как-то небрежно. Так, словно человек, стирающий информацию на ПК, ничего не знал о подводных камнях интернета, на которых остаются весьма четкие следы любой деятельности в виртуальном мире. По мнению Гурова, любой специалист уровня Меньшикова подчищал бы все данные куда тщательней. А еще лучше, и вовсе бы уничтожил тот гаджет, с которого эти операции проводились.

Ну и в-третьих, оперативники ФСБ не нашли никаких прямых подтверждений того, что Меньшиков имел какие-то контакты с кем-то из руководящего звена сети мошеннических кол-центров. Более того, оплата за дропперскую деятельность, которая якобы подтверждала вовлеченность Меньшикова в работу преступной группы, поступила лишь однажды. Причем на банковскую карту, тоже полученную через интернет с того же IP-адреса, с какого оформлялись и остальные, служившие для мошеннических операций.

Следователи из ФСБ почему-то не обратили на эти нестыковки внимания. Для них главными были три факта: имя собственника сим-карты, владельца банковских карт и полученное вознаграждение. Плюс следы мошеннических операций на персональном компьютере Меньшикова. Этого оказалось достаточно, чтобы взять парня на вокзале, когда тот возвращался из отпуска, и предъявить обвинение. А то, что Степан категорически отказывался признавать свою вину на допросах, мало кого волновало.

Задержанный Гуровым Зосимов был одним из недругов Меньшикова. Впрочем, у последнего их было немало. Еще будучи хакером, Степан