Дебри - Сара Пирс Страница 53

Он умолкает.

Я крепко зажмуриваюсь, сдерживая горячие слезы. Мне не хочется плакать, но меня выбивают из колеи даже не его извинения, а то, что за ними кроется. Что он любит меня, какой бы я ни была. Любит целиком.

– Кир? – Зеф придвигает лицо ближе к экрану. – Все хорошо?

– Да, – быстро говорю я, смахивая слезы ладонью.

В попытке перевести беседу в другое русло, я спрашиваю о Нью-Йорке и о кулинарной книге. Он быстро и энергично рассказывает о новом соседе, о рецепте, который разрабатывает, и я купаюсь в звуках его голоса. По телефону сильнее выделяется американский акцент, а голос более громкий и уверенный. Все вокруг кажется таким унылым по сравнению со звуками из телефона. Я так скучала по нему. Скучала по тому, какой живой чувствую себя в его присутствии.

Он сообщает, что вечером встречается в городе с друзьями.

– С Клио?

– Нет, с работы, из предпоследнего ресторана. С Бишопом и Лейси.

– Лейси? – Ее имя словно брызжет мне в лицо кислотой. – С которой ты встречался?

– Да, – отвечает Зеф. – Но ничего такого, ты же знаешь, что мы просто друзья.

Я киваю, мысленно себя отчитывая. Даже если бы они пошли на свидание, это не мое дело. В моей голове происходит странная перестройка. Я больше не его девушка. У меня больше нет на него прав.

Мы продолжаем разговор и незаметно переходим к привычной болтовне. Дурацким шуткам и байкам.

Мне так спокойно, как давно уже не было, и я понимаю, что, общаясь с ним, чувствую себя совсем не так, как рассчитывала. Что пылающий гнев с прошлой недели куда-то испарился.

И в душе пускают корни семена сомнений.

Если несколько дней назад картина выглядела четкой и ясной, то теперь она кажется рыхлой, ни один из фрагментов не подходит другому.

Неужели в пылу ссоры я поняла все неправильно? А что, если Клио права? Он фотографировал Роми просто… на память? Как человек страстный, не желающий верить в то, что их отношения закончились?

А затем я снова смотрю на него и резко возвращаюсь в реальность, словно от пощечины.

В голове мелькают образы. Ожерелье. Фотографии Роми. Его нога на моей.

– Все хорошо? – спрашивает Зеф, наблюдая за мной. – Ты как-то побледнела.

– В животе… до сих пор бурлит. Даже есть не могу. Я как раз сказала Пенну, что это, наверное, особенность близнецов и я ощущаю предсвадебный мандраж за него.

Зеф улыбается, но улыбка дрожит.

– А ты случайно не…

– Что?

Он набирает в грудь воздуха, но не смотрит мне в глаза.

– Не может быть такого, что ты…

И когда он наконец встречается со мной взглядом, до меня доходит.

– Беременна?

Я машинально смеюсь.

Нахмурившись, Зеф кивает.

– Мне пришло это в голову за день до ухода, когда ты сказала, что плохо себя чувствуешь.

Я не отвечаю. Сердце едва не выпрыгивает из груди.

Такого я и близко не могла предположить. Мы всегда проявляли осторожность.

Но когда эта мысль укореняется, я вспоминаю свою усталость в последние недели, постоянную тошноту. Неужели я…

– Просто представь, – тихим и дрожащим голосом произносит Зеф, и на его губах играет слабая улыбка, хотя он и старается ее спрятать.

– Я… не могу даже…

Он моргает, открывает рот и снова закрывает.

Несколько секунд мы оба молчим. Пусть мы походя говорили о детях, идея так и не зародилась. По крайней мере, у меня. Нельзя же думать о том, чтобы дать новую жизнь, когда в твоей собственной нет никакой определенности.

Взгляд Зефа блуждает по моему лицу.

– Не стоило об этом упоминать. Слишком разыгралась фантазия. – Внезапно он начинает нервничать. – Слушай, может, поговорим завтра?

– Ладно.

По пути к трейлеру я обдумываю его слова. Голова идет кругом от значимости его предположения. Когда я добираюсь до фургона, сердце перестает колотиться, а мысль становится более четкой.

Войдя внутрь, я отстегиваю поводок Вуди и сажусь за стол. Мысли мелькают как в калейдоскопе. Засунув ноготь в щель между зубами, я покачиваю палец туда-сюда и пялюсь в окно.

На этот раз я больше никого там не вижу.

Только собственное отражение. На меня смотрят мои глаза.

64

Элин

Национальный парк,

Португалия, октябрь 2021 года

Элин ныряет под сень деревьев, ветерок подхватывает ее волосы и смахивает с лица. С каждым шагом в голове рождаются новые мысли.

Что именно планировал Стид? Как близко он находился к тому, чтобы совершить нечто более серьезное, чем твиты и фотографии?

Что бы он ни говорил об отсутствии плана, невозможно представить, что он подружился с Айзеком и стал напарником Элин, не замышляя ничего плохого.

Элин мысленно переносится к их первой встрече в участке. Стид добродушно улыбался, беззаботно болтал и предложил пообедать вместе. Вскоре совместные обеды стали почти ежедневными, а потом они начали ходить и в паб после работы. Медленно и аккуратно, просто слушая, он преодолевал все барьеры, которыми она отгородилась от внешнего мира. Советовал. Притворялся заботливым.

Она, в свою очередь, не только позволила ему преодолеть эти барьеры, но и буквально пригласила перейти за них. Ждала и всячески поощряла. Ухватилась за человека, с которым ее что-то связывало, обрадовалась, что может кому-то довериться.

Когда она получила первые сообщения от хейтера, ее поддерживал именно Стид. Поддерживал, зная, что сам их послал.

Что за человек способен так поступить?

Она доверяла ему. Считала, что они близки. Даже думала… При воспоминании о последнем телефонном разговоре у нее вспыхивают щеки. Она ведь приписала нехарактерное, неуверенное поведение Стида тому, что он…

Неужели она и в самом деле решила, что между ними может быть нечто большее, чем дружба? Какая насмешка над ее собственной глупостью и наивностью!

И снова перед мысленным взором предстает, как они вместе бегали или смотрели дурацкие фильмы у нее дома.

Лишь сейчас из обрывочных воспоминаний Элин понимает, как много это для нее значило, как много значил для нее Стид. И как она привыкла полагаться на него, пусть и убеждает себя в обратном.

Неужели за все это время она так ничему и не научилась?

То, что сейчас происходит, не должно было случиться. Никто не должен обладать такой властью над ней, чтобы настолько вывести из равновесия. Ей не мешало бы научиться справляться с этим.

Элин снова прокручивает в памяти разговор со