Продавец секретов - Ли Чжонгван Страница 51

Если размышлять логически, сначала произошло убийство, а уже потом Дэён выпил.

Важная деталь: кровь на разбитом окне машины на парковке была засохшей и темной. Это доказывало, что события на парковке и окровавленная рука Дэёна не связаны между собой.

Хэин перемотала видео к фотографии окровавленной руки. По всему выходило, что он поранился, разбив стакан в состоянии опьянения.

Выключая видео, Хэин поняла, что две фотографии, которые были отправлены Дэёну с одноразового телефона, тоже были не в фокусе. Это был типичный стиль съемки мужа, когда тот был пьян. Хэин почувствовала, как дрожь пробежала по телу.

В ее голове наложились друг на друга два образа: Дэён, снимающий на телефон расчлененное тело Тэгона, сам не помня этого из-за выпивки, и Дэён, снимающий уходящую из офистеля Хэин.

Неужели Дэён так напивался, что не помнил, что делал? Если бы он сам убил Тэгона, то не стал бы брать с собой на место преступления свой телефон. В голове Хэин промелькнуло сомнение.

Даже пьяный, Дэён сохранял связность речи и четкость движений. Он казался не столько пьяным, сколько совсем другим человеком. Словно алкоголь раскрывал в нем иную личность. Это можно было назвать диссоциативным расстройством личности под воздействием алкоголя.

Возможно, стоит посмотреть на все под другим углом. Вполне вероятно, что агрессивное альтер эго Дэёна взяло верх и он действительно убил Тэгона. Затем отправил сообщение своему обычному «я», которое контролировало ситуацию, с просьбой все исправить. Хотя это казалось абсурдным, но при таком подходе разрозненные фрагменты легко складывались в единую картину.

Пусть это всего лишь гипотеза, но оставлять Соль Суён, когда неподалеку был Дэён, без каких-либо мер предосторожности было опасно. Накануне вечером он выпивал, наблюдая за Соль Суён, и сделал размытые снимки ее виллы. Никто не мог гарантировать, что на следующем его снимке не окажется расчлененное тело Соль Суён. Хэин нужно было выиграть время, пока алкоголь полностью не выветрится из организма Дэёна, чтобы подтвердить свою новую теорию.

Хэин старалась найти способ заставить Дэёна уехать подальше от Соль Суён. Ей нужен был другой подозреваемый, кто-то более значительный, чем Соль Суён. Например, конгрессмен Чан Воншик.

Хэин решила сделать его главным подозреваемым. Ведь у конгрессмена тоже был мотив для убийства Тэгона – тот знал все его тайны. Из-за чего порой казалось, что он контролировал политическую жизнь своего начальника, даже будучи ассистентом.

Хэин слишком поздно поняла, что все доказательства коррупционных действий конгрессмена и его политических врагов, которые хранил Тэгон, исчезли. Среди улик, которые Дэён забрал с места преступления, не было ни документов, ни жестких дисков с данными. Вероятно, все забрал преступник. Может, это и стало причиной убийства? Возможно, и за действиями Соль Суён стоял сам Чан Воншик?

Чем больше она размышляла, тем сильнее становились ее подозрения. У Чан Воншика и впрямь были и мотив, и возможности. Возникла новая правдоподобная версия. Теперь нужно было найти доказательства.

Хэин позвонила Дэёну, он тут же ответил.

– Ты опубликовал секрет Соль Суён?

– Да.

– И как?

– Пока ничего.

– Я тут подумала обо всем этом и пришла к выводу, что у Тэгона мог быть еще один враг.

– Кто?

– Чан Воншик. Тэгон как ассистент знал все о его махинациях. У него даже были доказательства. Ты, случайно, не забрал их из ящика стола?

– Нет, там было пусто.

– Вот видишь. Я думаю, это дело рук убийцы Тэгона.

– То есть целью было не убийство, а эти документы?

– Верно. Вероятно, Чан Воншик понимает, что потерпит поражение на выборах, поэтому пытается сменить партию. Тэгон был для него преградой.

– Конгрессмены и их ассистенты обычно действуют заодно, разве не так?

– На Тэгон пытался изменить мир с помощью законов. Он хотел быть той силой, которая способна управлять ситуацией. Если бы Чан Воншик сменил партию, все интересующие его законопроекты не были бы приняты. Они с Тэгоном преследовали разные цели.

– То есть если бы он ушел с места ассистента, законопроекты все равно бы отменили, верно?

– Многие конгрессмены хотели переманить его.

– Итак, ты считаешь, что Чан Воншик убил Тэгона из-за того, что тот отказался сменить партию и хранил доказательства его коррупции?

– Все верно.

– Где сейчас Чан Воншик?

– В своем избирательном участке округа Сонин.

– Если конгрессмен виновен, он должен знать о «Твоем секрете» и быть пользователем сайта.

– Значит, нам придется это проверить?

– Конечно.

– Я разберусь с Соль Суён. В Сонине меня многие знают, поэтому ты отправляйся к Чан Воншику.

– Хорошо. Времени мало, так что я выдвигаюсь прямо сейчас.

– Чан Воншик должен встретиться с региональным председателем Демократической партии, который приедет в округ сегодня вечером.

– Я сниму на видео их встречу и опубликую на сайте. Так мы поймем, зарегистрирован ли он на «Твоем секрете».

– Я проверю его расписание и, если что, дам тебе знать.

– А я свяжусь с тобой, как только появится покупатель на секрет Соль Суён.

Все шло по плану Хэин. Она расслабилась, увидев, как Дэён уезжает. Хотя она и не лгала, вся ее спина была мокрой от напряжения.

15

В Сонине было тепло. Возможно, из-за того, что город находился в южной части. Дэён направился в ресторан, следуя маршруту, который ему прислала Хэин.

Она сказала, что в официальном графике Чан Воншика на вечер не было запланировано никаких встреч, и причиной тому был приезд регионального председателя Демократической партии, с которым он собирался обсудить смену партии. Окончательное решение еще не было принято и не стало достоянием общественности, поэтому, если информацию немного приукрасить, из этого получится отличная тайна, которую Дэён сможет выложить на сайт.

У ресторана, в котором один из помощников Чан Воншика забронировал столик, даже не было вывески. Это указывало на то, что здесь обслуживали только постоянных клиентов. Снаружи он напоминал ухоженный частный дом, и лишь несколько дорогих автомобилей, припаркованных у входа, выдавали особый статус заведения.

Через дорогу от ресторана тянулись старые трехэтажные коммерческие здания, плотно прижатые друг к другу. Дэён припарковался перед агентством недвижимости, в котором не горел свет. Не самое удачное место, но отсюда открывался прекрасный вид на ресторан. Он выключил фары и сложил боковые зеркала.

Перед заведением, в котором подавали жареную курицу, курил мужчина. Он встал, чтобы осмотреться, но, поняв, что Дэён не собирается выходить из машины, снова присел на корточки. Похоже,