Длинная тень ожиданий - Лариса Павловна Соболева Страница 45

Снова нелегко было Викентию выговаривать слова, ведь то, что ему пришлось произносить, подло, низко, мерзко, он это прекрасно понимал. И душа внутри скукожилась, она запрещала ему это делать, потому слова плохо клеились друг к другу, словно не желали вылетать из предательского рта:

– Продумал немножко. Нож… подойдет.

– Пуля надежней.

– Если будет пуля, то… причислят к заказному у… убийству (едва выговорил это страшное слово и сглотнул сухой комок) и будут искать, кому выгодно.

– Ну да, только тебе выгодно.

– А нож… кто-то забежал… например грабитель… и… и схватил что в руку попало. Вот… Я так себе мыслю. Постарайся быстро… чтоб не мучилась.

– Как скажешь. Но запомни, если ты меня продашь или, когда получишь свое наследство, решишь кинуть, я урою тебя.

– Нет, что ты! Я… мое слово закон.

– Жене ты тоже обещал любовь до гроба… Впрочем, гроб ты заготовил ей. Теперь гони аванс. Когда все кончится, пришлю фотки.

Но вечером в тот четверг Гримм не позвонил…

* * *

Рудаков помешал секретарше из компании Агнии – она вкушала кофе с конфеткой, а тут снова мент поганый, сующий прямо в нос свое удостоверение. Она интуитивно чувствовала страшную угрозу любимой компании, в которой трудилась, от этого человека. А он улыбался, считывая все эмоции, написанные на ее личике, однако преданность заслуживает уважения.

– Сейчас доложу, – процедила Ирина кисло, встала и пошла в кабинет, оттуда долетел ее голос: – К вам снова Рудаков И. А. из следствия.

– Хорошо, пусть войдет. – Это был голос Майорова.

Секретарша вернулась за свой стол, взяла телефонную трубку и ею указала Рудакову на дверь, тот направился в кабинет, подняв руку, словно отдавая честь, мол, благодарю вас. Как и прошлый раз, Майоров был один в кабинете, он поднял глаза на явно нежеланное явление, во всяком случае, это было нарисовано в его взоре. После приветствий исполняющий обязанности главы компании настороженно произнес:

– Меня уже допрашивали, вызывали к вам…

Собственно, Рудаков ничем не рисковал, он-то по адвокату Ноткину работает, а Ноткин в этом заведении до ужаса родной, именно он всю эту камарилью сопровождал на сделках и в судах. В общем, Иван на законном основании может интересоваться всем, чем угодно, кем угодно и когда угодно.

– Я знаю, – ответил Рудаков. – Появились новые вопросы. Кстати, ничего не слышно о хозяйке вашей компании?

– Вы должны об этом лучше знать, – ответил Майоров.

Неласковый парень, тем не менее он все равно нравился Рудакову по непонятным причинам, хотя отутюженных молодых людей терпеть не мог, в них много фальшивого пафоса и самовлюбленности. Однако почему зам Никитиной Агнии насторожен? Невиновный человек спокоен, легко идет на контакт, а Майоров напряжен, в прочем, «гости» из следствия приносят одни проблемы.

– К сожалению, ничего нового, – развел руками Рудаков. – Спросил лишь потому, что иногда всплывают неожиданные улики, факты, эпизоды, о которых нечаянно забыли. Даже трупы иногда оживают, а без вести пропавшие находятся через много лет. Собственно, я пришел предупредить вас, чтобы…

Рудаков намеренно сделал паузу, вцепившись глазами в Майорова и стараясь не пропустить из его реакции ни одного движения на лице. Но, черт возьми, сзади этого парня панорамное окно, а день солнечный, свет из окна, лицо в тени, Иван изо всех сил напрягал зрение.

– Чтобы что? – напомнил Майоров о незаконченной фразе.

– Вы должны подготовить финансовые документы за период с сентября прошлого года по сентябрь этого, то есть за полный год.

– Простите, вы, если не ошибаюсь, работаете по адвокату…

А голос у него как раз уверенный, ровный, неторопливый.

– И по нему тоже, – доложил Рудаков. – Поэтому хотел бы кое-что прояснить. Сначала Агния Константиновна исчезает из загородного дома, затем неизвестный убивает вашего юриста тоже в загородном доме. Ах, эти загородные дома… как будто явка для незаконных сделок, а следом идут разборки. Шучу.

Майоров шевельнул бровями, что означало: ну и шутки у вас, потом сказал, ничуть не изменив прежнюю ровную интонацию:

– Если бы что-то выяснилось, мы сообщили бы вам. Поверьте, нам очень сложно без Агнии Константиновны…

Майоров сидел слишком неподвижно, притом чересчур он внимателен, такое ощущение, будто ищет проколы. Конечно, все это может и ничего не значить, просто тип такой – необщительный. Еще несколько вопросов не принесли ничего стоящего, но почему-то Рудакову не хотелось уходить. Он лихорадочно соображал, на чем подловить эту бизнес-мумию, заготовки, конечно, есть, одну из них запустил:

– За последние три месяца ваша компания улучшила показатели… Без Агнии Константиновны компания работает лучше?

– Наши показатели ни о чем не говорят, в любом бизнесе, даже самом маленьком, в крупном тем более, то улучшается общая картина, то ухудшается. Одного только повышения не бывает, а вот постоянные понижения случаются, и когда глава ничего в этом не смыслит, вскоре наступает банкротство.

Рудаков смотрел на него и с досадой понимал, что не разговорит Майорова, не хочет тот раскрываться, обдумывает каждое слово, при этом не производит отталкивающего впечатления. Вероятно, сегодня черная кошка ему дорогу перебежала, а Рудаков ее не заметил, осталось на совесть надавить:

– Знаете, мы работаем больше трех месяцев, казалось бы, Агния Никитина и ее отец не только создали эту компанию, но и дали работу огромному количеству людей. Все отзываются о них хорошо, а никто… да-да, никто не помог нам приблизиться к убийцам.

– Думаете, она убита? – опустил глаза Майоров.

– А вы иначе думаете? Сначала отец, потом дочь, потом адво… – На пару секунд Рудаков задумался, затем усмехнулся и невнятно произнес: – Мысль, конечно, интересная, ее надо обдумать.

– Что вы сказали? – не расслышал Майоров.

– А? Это так, мысли вслух. Извините, мне пора. До встречи.

Едва за нежданным посетителем захлопнулась дверь, Майоров взял со стола телефон. Выбирая номер, бросил ему вслед:

– Чокнутый… Алло, привет, это я… Да, есть. Приходил тот самый опер, у меня от него еще хуже осадок… Разумеется. Это то, что я предвидел: он просил подготовить финансовые документы за год, намекал на странности, точнее, намекнул, что убитый Ноткин и пропавшая Агния связаны между собой… Ты правда такой беспечный или прикидываешься?.. А если попадутся доки в своем деле и документацию внимательно изучат, много интересного обнаружат… Мне бы твою уверенность, но предупреждаю, среди проверяющих органов дураков и непрофи мало, они все увидят и, как только засомневаются, вызовут экспертов… Да мы ахнуть не успеем, как очутимся дружной компанией в СИЗО… Что я считаю? Надо поторопиться… Вечером? Я посмотрел на этого ушлого опера и допускаю, что он приставил ко мне хвост. Нам