Я оставляю тебя в живых - Флориан Дениссон Страница 42

Когда Максим с мешком для мусора в руке подошел к ее столику, Диана нахмурилась.

– Я занимаюсь трупами, а не отходами! – бросила она.

Лицо Максима оставалось невозмутимым. Он молча уселся напротив и несколько секунд неотрывно смотрел ей в глаза. Как восхитительно ощущать, что тебя затягивает этот гипнотический зеленый омут. В других обстоятельствах Максим на долгие часы охотно погрузился бы в него, но сейчас время поджимало.

Скользнув по поверхности стола, его рука встретилась с рукой Дианы и нежно легла сверху. Она почувствовала, как от его прикосновения к сердцу поднялся залп мурашек.

– Мне нужна помощь, – проговорил Максим.

Она так и думала, что это не любовное свидание, тем более что Максим смотрел на нее с видом побитой собаки.

– Я тебя слушаю, – едва слышно выдохнула она.

– Сможешь для меня подвергнуть кое-что анализу? – спросил Максим, указывая на мешок для мусора.

Диана разозлилась на себя: она-то надеялась, что это свидание перейдет в начало многообещающих выходных. Она склонилась к мешку и подняла брови:

– Что у тебя там?

– Моя куртка. Рукав испачкан кровью. Мне необходим этот анализ.

Молодая женщина поднесла чашку к губам и сделала глоток, размышляя, почему, собственно, она должна пойти навстречу Максиму.

– Это зависит от того, чего ты добиваешься, – покачивая головой, сказала она.

– Сравнения ДНК.

– У тебя есть образец для сравнения?

Максим выпрямился на стуле и вытянул к ней шею.

– Образец уже имеется у тебя в лаборатории, – прошептал он.

33

Максим, произошло что-то серьезное.

Несколько минут назад Элоди связалась с Максимом по телефону, и с тех пор эта фраза бесконечно крутилась у него в мозгу, пока он гнал по департаментской дороге к загородному дому дяди. Он так крепко сжимал руль, что побелели костяшки. Увидев высветившееся на экране имя сестры, Максим почувствовал неладное: что-то подсказывало ему, что этот звонок принесет дурную весть. А инстинкт редко его обманывал.

«Максим, произошло что-то серьезное», – сказала она, едва он ответил.

И пообещала, что все расскажет, как только он доберется до дома Анри.

Так что теперь, в нескольких минутах от места назначения, Максим терялся в догадках, рисуя худшие сценарии.

Следы на снегу перед домом свидетельствовали о том, что после полудня кто-то припарковал здесь автомобиль, а потом уехал. Точно не Элоди – она не водит машину. Максим проследил взглядом за отпечатками обуви, оставшимися на ступеньках крыльца, и наткнулся на крупные темно-красные пятна, которые контрастировали с молочной белизной снега.

Максим ощутил выброс адреналина, который обострил все чувства. Быстрым и точным движением нащупал в заднем кармане брюк табельное оружие. Прикосновение холодного металла к ладони взбодрило жандарма, и, выставив перед собой «зиг-зауэр», он двинулся дальше. Он почти бесшумно открыл дверь и проник в дом, прислушиваясь к малейшему подозрительному звуку. Казалось, все тихо и спокойно. Однако к кухне тянулся кровавый след. У него под ногой скрипнул пол, и Максим внутренне содрогнулся, когда сверху его окликнули:

– Это ты, Макс?

Он бросился к лестнице.

– Да, это я, и я вооружен, – уточнил он на случай, если его завлекают в ловушку.

– Я в ванной комнате!

В голосе Элоди звучали незнакомые нотки. Может, она не одна и кто-то угрожает ей оружием.

Максим медленно двинулся вверх по лестнице, держа пистолет наготове.

Ведущий в ванную коридор был погружен во тьму, и Максим поспешно щелкнул выключателем. Слабый свет лампочки выявил новые пятна крови – они вели к приоткрытой двери. Элоди ранена? Максим ускорил шаг. И решительным движением распахнул дверь.

Перед ним появилась Элоди, с бледным, залитым слезами лицом. Она подняла руки и показала брату липкие красные ладони.

– Я совершила глупость, Макс, – дрожащим голосом пробормотала она.

– Ты здесь одна? – спросил он.

Элоди кивнула. Максим убрал оружие. Его встревожил скверный порез на большом пальце ее правой руки.

– Ты ранена…

У них за спиной в заляпанную кровью раковину продолжала течь вода.

– Дай-ка я, – шепнул Максим. – Сперва разберемся с этим, а потом ты мне все расскажешь.

Убедившись, что швы накладывать не требуется, Максим промыл рану, заклеил пластырем и плотно перебинтовал. Все еще пребывая в шоке, Элоди молча подчинилась.

Максим усадил ее за стол в гостиной и принес стакан воды. А сам устроился рядом и некоторое время внимательно вглядывался в ее лицо. У нее был такой вид, будто она только что встретилась с призраком; она непрестанно поддерживала свою повязку здоровой рукой, а время от времени ее сотрясал нервный озноб. Когда брат положил руку ей на плечо, она вздрогнула.

– Прости, – вздохнула она. – Я все еще не пришла в себя.

– Расскажи мне, что произошло. Как ты порезалась?

Элоди сделала глубокий вдох и начала:

– Со мной снова связались насчет садового домика. Аренда на неделю, клиенты должны были приехать сразу после полудня. Так что я отправилась сюда, чтобы сделать уборку и сменить постельное белье. Когда в назначенное время никто не появился, я подумала, что они, наверное, просто запаздывают или их что-то задержало в пути. А потом, примерно через час, в дверь позвонили. Я решила, что это они, и открыла, но на крыльце стоял Жереми Кобанян. Я не хотела его впускать, но он ворвался в дом.

– Чего он хотел? – нахмурившись, перебил ее Максим.

– Снова стал рассказывать о своем друге с фотографии. Он был уверен, что я могу ему помочь.

Элоди ненадолго умолкла, прикоснулась к раненому пальцу и сморщилась от боли.

– Максим, я уверена, что он состоит в секте Дети Гайи. Я почти убеждена, что именно от него исходят все запросы на аренду домика и отмены в последнюю минуту. Он действовал, как хищник, который долгие часы изучает свою добычу, прежде чем напасть.

– Это сделал он? – спросил Максим, указывая на руку Элоди.

– Я не знала, как быть, поэтому я просто предложила ему присесть в гостиной и выпить кофе или чая. Он согласился, и я бросилась на кухню. Там я схватила из ящика большой нож, а когда обернулась, он уже стоял на пороге… И этот его взгляд…

Она умолкла, подбирая слова, а затем продолжила:

– У него в глазах я увидела это свечение, как у всех Детей Гайи… Он был послан, чтобы возвратить меня…

Ее глаза расширились, и в них вновь появились слезы. Максим погладил ее по спине.

– Тут он схватил меня за руку, и я увидела, как совершенно изменилось выражение его лица. Я поняла, что у него совсем не добрые намерения. Тогда я взмахнула ножом и всадила