За витриной самозванцев - Евгения Михайлова Страница 34

особого комфорта, но, по крайней мере, есть возможность навести чистоту и порядок. Тем и занималась Алиса весь день с перерывами на общение с Артемом, и половину ночи, когда спать очень хотелось, но было страшно лечь и начать видеть сны. Утром даже приготовила тосты с сыром к кофе. Привела себя в порядок и села ждать.

И опять совпадение. Екатерина уже позвонила с дороги, что едет, и почти сразу звонок от Масленникова.

— Доброе утро, Алиса. Не помешал?

— Доброе. Что вы! Как вы можете помешать. Я все время думаю, через какое время мне вам удобно позвонить. У нас ничего страшного, даже лучше, чем было. Просто постоянно возникают какие-то небольшие трудности и вопросы.

— Вот и отлично, что возникают. Я как раз был на консультации в больнице вашего района. Мог бы к вам заглянуть, если удобно, конечно.

— Это не просто удобно, это большое везение для нас. Только… Так получилось, что к нам сейчас едет мама Светы Николаевой. Она о чем-то хочет со мной поговорить. Ну, и Артема повидать. Это же не помешает вам осмотреть ребенка?

— Конечно, нет. И не скрою, что эта загадочная мама давно интересует меня в свете еще более загадочного дела. Сергей как-то упомянул, что мать жертвы — необычная личность с собственной уникальной позицией во всей истории.

— Да, это так. Тогда я жду вас.

Первой приехала Екатерина. Поставила на столик в прихожей большую и нарядную коробку с каким-то особым пирогом из известной кондитерской. И вдруг легко обняла Алису, как человек, ставший близким в результате общих страданий, надежд и секретов. Как будто встретились люди, которые только друг другу и могут доверять. Дежурные слова приветствия никто из них не стал произносить. Алиса провела гостью в кухню, где за накрытым столом сидел умытый Артем. Он встал и протянул Екатерине руку. Она сжала ту в обеих ладонях и выговорила:

— Господи, какой же ты милый, оказывается. Очень надеюсь, что тебе понравится этот пирог. В нем куча экзотических фруктов, орехов и все тонет в самом вкусном креме. Во всяком случае, мой сын Саша так считает.

— Он тоже милый? — деловым тоном уточнил Артем.

— Конечно, для меня он милый. Но, по правде говоря, ты немножко красивее, а он старше. Уверена, Саша будет рад с тобой познакомиться. Ты поправишься, и вы с мамой приедете к нам с ответным визитом. Хорошо?

— Ок. Заметано, — с достоинством произнес Артем. — Мы тоже пирог привезем.

Алиса быстро рассказала Екатерине, кого они еще ждут.

— Извини, так совпало, ты уже была в пути, а нам позвонил медицинский эксперт-криминалист, который работает с нашим частным детективом. Он осматривал Артема, когда его привезли… оттуда. И теперь следит за восстановлением. Это удивительно интересный человек. И он хотел бы с тобой познакомиться, он в курсе вашей беды.

— Не уверена, что могу быть чем-то полезной такому человеку.

— А я после звонка Масленникова почему-то подумала, что, быть может, именно он был бы полезен тебе. Мне кажется, я никогда не встречала такого мудрого, просвещенного и проницательного человека. Катя, не могу избавиться от мысли, что тебя, кроме происшествия со Светой, мучает еще какое-то обстоятельство, которое ты решила сделать своей тайной.

— А у тебя совсем нет тайн? Ты кажешься такой непосредственной, искренней, что в такое даже можно поверить.

— Я притворяюсь, — легко призналась Алиса. — Как все нормальные самозванцы. На самом деле у меня полно тайн. Каждая моя ошибка, мой провал, моя вина и мой стыд, каждый комплекс — это все мои тайны. Другой вопрос, что я поменяю каждую из них на интерес человека, которому хочется верить. Я не делаю из своих тайн проблемы, не считаю их великим и трагическим сокровищем, которое стоит оберегать от всех вопреки здравому смыслу и правильным целям.

— Как ты точно сформулировала, — задумчиво проговорила Екатерина. — «Великое и трагическое сокровище, которое стоит от всех оберегать». У меня все именно так. И это, наверное, помешает нам понять друг друга.

— Мне ничего не помешает, — ответила Алиса. — Люди не могут быть одинаковыми. Не существует, наверное, двух тождественных комплектов мозгов. Но главное условие для взаимного понимания — это просто их наличие. Потому что бывает гораздо хуже — полная пустота, забитая хламом. В твой разум я поверила сразу.

Тут приехал Масленников, поздоровался с обеими и задержал свой особый взгляд диагноста на лице Екатерины Николаевой.

— Рад с вами познакомиться, — сказал он ей. — Если у вас появится потребность пообщаться, я к вашим услугам. В драматичной истории с исчезновением вашей дочери я не посторонний. И мне кажется очень сложным ваше положение.

— Спасибо. Я подумаю, — растерянно ответила Екатерина. — А если мы попробуем прямо сегодня? В другой раз могу не решиться. А я давно понимаю, что мне не разобраться в себе и в том, что происходит вокруг, без помощи не просто опытного человека, а именно врача. Думаю, я и вас заинтересовала как клинический случай. Я с момента исчезновения Светы не ответила ни на один вопрос следователей. Просто потому, что точных ответов у меня нет и быть не может. А давать кому-то пищу для подозрений всех близких и знакомых — не моя задача. Моя — не давать этого никому.

— Хорошо. Можно сказать, что мы начали наш диалог, — нейтральным тоном произнес Масленников. — Но первым делом я осмотрю ребенка.

— Да, — согласилась Катя. — Я в любом случае дождусь ваших выводов о состоянии Артема. А со мной… Как получится. Не решусь — сбегу. Но тоже рада нашему знакомству.

Алиса провела Александра Васильевича в комнату его пациента, который ждал своего врача без капли тревоги. Ему явно нравился этот новый знакомый, такой высокий, взрослый и важный, который общается с ним на равных и дает понять, что уважает Артема, несмотря на то что его так унизили, связали и бросили, как вещь, в грязный закуток. И вопреки тому, что Артем сам не смог никого победить. Пирог, подаренный Екатериной, Артем принес в эту комнату, попросил маму нарезать и поставить две тарелки.

— Привет тебе, Артем, — сказал Масленников. — Как здорово, что встречаешь меня не как врача, а как гостя.

— Привет, Александр Васильевич. Я обрадовался, что вы к нам приедете. Маме все не расскажешь, она сильно расстраивается. И тут как раз тетя привезла этот пирог. Говорит, он экзотический. Давайте сразу его поедим?

— Разумное начало, — согласился Масленников. — Я расцениваю его как первый плюс нашей с тобой работы. У тебя появился аппетит. Спасибо, что приглашаешь меня в свою компанию. Это для меня много