Современный зарубежный детектив-7 - Ребекка Занетти Страница 334

Он вновь кивнул:

– Сзади на футболке была кровь, и ткань была порезана в двух местах. Может, конечно, это из-за камней, но порезы были одинаковые. Так что я подумал, что его ударили ножом.

То есть Джимми могли убить и не на мысе Майлера. Кровь была не от падения на камни, как я думала. Так и не скажешь, какая версия хуже. Наверное, обе они были не очень.

– Твой дядя, видимо, тоже сразу это заметил. А ты обратил внимание на блестки на футболке Джимми?

– На блестки? Нет.

– Ерунда, наверное.

Я уставилась в одну точку на письменном столе. Перед глазами без остановки разворачивались картины, как на Джимми набрасываются с ножом.

Бретт посмотрел куда-то назад, через плечо:

– Еще я привел кое-кого. Хочу вас познакомить. Если, конечно, она соизволит подойти к нам…

Бретт отошел от двери и махнул кому-то рукой. Я из любопытства поднялась со своего места и увидела молодую женщину лет двадцати пяти. Она шла к нам, одергивая кардиган, который был надет поверх голубой кофты. У нее были золотистые волосы, которые волнами спадали на плечи. Она подошла ближе, и я заметила, что глаза у нее такого же цвета, как у Бретта.

– Ты что, не мог меня подождать? – сказала она Бретту.

– Ты слишком долго, – ответил он.

Блондинка фыркнула, но по ее широкой улыбке стало ясно, что на самом деле она не злится.

– Это моя сестра Хлоя, – представил ее Бретт.

– Младшая сестра, – добавила она, заставив Бретта закатить глаза. – Я гораздо моложе.

Мы коротко обнялись.

– Я очень рада познакомиться! – сказала Хлоя, отстранившись от меня. Улыбка ее немного померкла. – Конечно, плохо, что при таких обстоятельствах… Мне так жаль Джимми!

– Спасибо.

Хлоя ткнула брата локтем:

– Ты ее пригласил?

– Еще нет. Как раз собирался, – ответил Бретт.

– Мы хотели пригласить тебя на барбекю сегодня вечером, – сказала Хлоя. – Понятно, что ты наверняка не в том настроении, но, может, тебе захочется побыть в компании других людей.

– Отличная идея, – ответила я. Идея мне и правда понравилась, ведь иначе я бы провела этот вечер наедине со своими грустными мыслями. – С радостью приду!

– Отлично! – Хлоя сделала шаг назад, все еще улыбаясь. – Мне надо ехать, а то я опоздаю на работу, но я рада, что ты придешь.

– Мне что-нибудь прихватить с собой?

– Главное – сама приходи. – Хлоя помахала мне рукой и отправилась к выходу на своих высоких каблуках.

– Она иногда как настоящий ураган, – сказал Бретт, как только его сестра скрылась из виду.

– Приятная девушка, – ответила я. Внезапно я осознала, что понятия не имею, куда именно меня позвали на барбекю. – А где ты живешь? Где-то рядом?

– Да, всего в паре минут ходьбы. На пересечении Саратога-стрит и Си-бриз-драйв. Белый дом с зелеными наличниками. Ты нас без труда найдешь.

Бретт вытащил мобильный из кармана джинсов.

– Но запиши мой номер, на всякий случай.

Я взяла свой телефон, и мы обменялись номерами. Стало ясно, что мне совсем не хотелось, чтобы Бретт уходил.

– Не задержишься на кофе или на чай? – спросила я.

Он взглянул на наручные часы:

– Конечно. С удовольствием выпью кофе.

На его лице вновь появилась улыбка, и внутри у меня произошло что-то странное: как будто сразу тысячи бабочек вспорхнули и отправились в полет.

– Может, позавтракаешь? – предложила я. – За счет заведения.

– Глупо отказываться от такого предложения.

– Что будешь?

– На твой выбор. У Ивана все вкусно.

– Не могу не согласиться.

Я указала на стулья перед моим письменным столом:

– Садись. Я быстро.

Я зашла на кухню и попросила Ивана сделать две порции блинчиков с кленовым сиропом и пеканом. Его хмурый взгляд не изменился, но он коротко кивнул. Сама я налила в одну чашку кофе, а в другую – горячую воду, чтобы заварить себе чай. Выглянув через окно выдачи, я увидела основной зал.

Было лишь начало восьмого, но уже за двумя столиками сидели люди. Ли прекрасно справлялась без меня, так что я вернулась в кабинет и отдала Бретту его чашку кофе.

– Молоко? Сахар? – спросила я.

– Нет, спасибо, я пью черный.

Я поставила на стол чашку с чаем и села напротив Бретта.

– Неужели прошло восемнадцать лет?

– Ага.

Бретт откинулся на спинку стула.

– Как так вышло, что мы ни разу больше не виделись?

– После смерти жены Джимми я приезжала гораздо реже. Мы с мамой бывали тут на праздники, но чаще всего летом я оставалась в городе.

Я сделала на пробу глоток чая, который оказался слишком горячим, так что я поставила чашку обратно на стол.

– Ты вроде хотел стать спасателем.

– И как ты это помнишь?

Я улыбнулась:

– Еще я помню, что ты любил лакричное мороженое.

Он улыбнулся в ответ:

– И до сих пор люблю. А еще я получил лицензию и работал спасателем летом, чтобы заработать денег на колледж.

В дверях появилась Ли. Ее глаза больше не были красными. Она поставила на стол две тарелки с блинами, а рядом положила столовые приборы.

– Держите. Прямо со сковородки.

Мы поблагодарили Ли, и она улыбнулась мне, прежде чем закрыть за собой дверь.

– А где ты учился? – спросила я, когда мы немного распробовали блинчики.

– Университет Орегона. Моим основным предметом было предпринимательское дело, а потом я пару лет жил в Сиэтле.

– Ты жил в Сиэтле?

Все эти годы, когда я вспоминала о Бретте, я и предположить не могла, что мы ходили по улицам одного и того же города.

– Некоторое время. Работал там в одном офисе.

– А где именно?

– Рядом с Шестой и Юнион-стрит.

– Серьезно? Я работаю совсем рядом.

– Если бы я знал…

И я была полностью согласна с Бреттом.

Он отправил в рот кусочек блина, а затем добавил:

– По чему я скучаю в Сиэтле, так это по мексиканскому ресторанчику на Четвертой улице.

Я просияла:

– «Ринконсито Мексикано»! Обожаю это местечко! У них самая вкусная энчилада.

Я поняла, что улыбаюсь.

– Удивительно, что мы ни разу там не столкнулись.

– Нам ужасно не повезло.

Стараясь совладать со своей улыбкой, я съела еще один кусочек блина и сказала:

– А теперь ты вернулся сюда.

Он кивнул и сделал глоток кофе.

– Я понял, что сидеть в офисе – не для меня. Так что я вернулся в Уайлдвуд-Ков и открыл свое дело.

– А чем ты занимаешься?

– Стрижка газонов, уход за садом. Стрижем кустарники, обрезаем деревья. Что-то в этом духе. Работа есть примерно восемь месяцев из двенадцати, а зимой я помогаю отцу. Он строитель. В основном занимаемся ремонтом домов. А ты чем занимаешься?

Я еще раз попробовала чай. Он немного остыл, и я наконец смогла сделать полноценный глоток.

– Моим основным предметом в Вашингтонском университете был английский. Но после выпуска я понятия не имела, чем я хочу заниматься. Так я стала помощником юриста.

– Нравится?

Я пожала плечами:

– В принципе, если люди на меня не кричат, то ничего.

– А на тебя часто кричат?

– Ты даже не представляешь. Наша фирма специализируется на семейном праве. К нам приходят раздраженные, уставшие люди. И очень часто козлом отпущения становлюсь я.

Я сделала еще один глоток чая.

– Хотя попадаются и очень приятные люди.

– Напряженная работа.

– Да, наверное.

Я открыла рот, собираясь что-то добавить, но передумала и перевела взгляд на остатки блинчиков в моей тарелке.

– Что такое? – спросил Бретт.

Я помедлила, не зная, стоит ли мне произносить вслух то, что я хотела сказать. В итоге я все же решила, что надо:

– Мы не виделись почти двадцать лет, но между нами нет…

Я замолчала, испугавшись своих слов и жалея, что не придержала язык. Я опустила глаза и вновь уставилась в тарелку.

– Нет никакой неловкости?

Я подняла глаза и взглянула на Бретта:

– Именно!

Удивительно, что он понял, что я имела в виду.

– Согласен.

В животе у меня вовсю порхали бабочки. Во-первых, я радовалась, что он меня понял, а во‐вторых, как же он смотрел на меня своими прекрасными голубыми глазами! Тут я поняла, что совсем забыла о необходимости дышать, отвела взгляд от Бретта и вдохнула воздуха.