Современный зарубежный детектив-7 - Ребекка Занетти Страница 329

я обнаружила буро-красные следы ближе к ее краям, где обычно собирались грязь и песок. Я убедила себя, что переживать из-за этих пятен смысла нет: Джимми погиб на мысе Майлера, а если это и были пятна крови, то, может, когда-то давно у кого-то здесь пошла кровь из носа или кто-то сильно порезался. Так или иначе, к смерти Джимми эти следы никакого отношения не имеют.

Я сложила руки на груди, пытаясь защититься от холода, который начинал пробирать меня до самых костей. С трудом оторвав взгляд от темных пятен, я отправилась к пляжу, не зная, куда еще я могу пойти. Все, что произошло утром, выбило меня из колеи, будто меня бросили на произвол судьбы.

Я шла по мягкому песку, и взгляд мой, так или иначе, обращался к мысу Майлера. Я была слишком далеко и ничего толком не видела, но мне удалось разобрать очертания большой машины, припаркованной в зоне для пикников. Санитары, наверное.

Я очень надеялась, что шерифу и судмедэксперту удастся обнаружить улики, которые приведут их к убийце Джимми. У меня до сих пор в голове не укладывалось, кому могло понадобиться убивать Джимми, но, видимо, такой человек существовал.

Мне вспомнились вопросы, которые мне задавал Джорджсон. Как жаль, что ничего конкретного и полезного мне ему сообщить не удалось. Но еще не вечер. Сама я была не в курсе, с кем из местных у Джимми были натянутые отношения, но я могла поспрашивать людей. С Ли и Иваном они каждый день встречались на работе, они знали друг друга уже несколько лет. Наверняка они знали, что происходит в жизни у Джимми. Надо обязательно разузнать, что с ним творилось, но для начала мне нужно кое-что сделать.

Нужно сообщить о смерти Джимми моей маме, хотя никакого желания это делать у меня, естественно, нет. Она сейчас в Бостоне, навещает семью своего жениха, и портить ей поездку мне не хочется. Но я знала, что ей бы хотелось узнать о произошедшем как можно быстрее. Джимми был один из немногих наших родственников, и мама с ним была достаточно близка. Они знали друг друга всю жизнь, и как минимум раз в год мама старалась к нему приезжать. А еще они часто созванивались по телефону. Где бы она сейчас ни была и чем бы ни занималась, я точно знала, что она хотела бы быть в курсе того, что произошло.

Держась подальше от мыса Майлера, я уселась на бревно и стала наблюдать за океаном, за тем, как волны бились о песок. Стоило сделать несколько глубоких вдохов свежего, морского воздуха, как мне стало немного легче. Плечи мои постепенно расслаблялись, дышать становилось легче. Через некоторое время я вытащила из кармана мобильный телефон и набрала маме.

– Привет, милая. – Мама ответила после трех гудков. Голос ее звучал так жизнерадостно, как будто ничего не произошло. – Хорошо, что позвонила. Как дела?

Дыхание у меня тут же сбилось, горло свело, и в груди стало больно. От спокойствия, в котором я пребывала пару мгновений назад, не осталось и следа, и мне понадобилось секунды две, чтобы взять себя в руки. За этот небольшой промежуток времени мама сообразила, что что-то не так.

– Милая, что такое? Что случилось?

– С Джимми… – сказала я, собирая волю в кулак. – Он умер.

Возможно, о таком следовало бы рассказать как-то по-другому, но других слов у меня не нашлось.

– Умер? – словно эхо, повторила мама. Секунду она пораженно молчала, а потом сказала: – В голове не укладывается. Он же шел на поправку.

– Он умер не из-за воспаления легких.

Я рассказала маме, как мы нашли тело Джимми на мысе Майлера.

– Какой кошмар…

– Все еще хуже.

Далее последовал рассказ о Джорджсоне, подозревавшем, что это было убийство.

Отойдя от первого шока, мама спросила:

– Хочешь я приеду?

– А как же Грант и его родственники?

– Они поймут, если я уеду на пару дней раньше.

Мне очень хотелось, чтобы мама приехала, но портить ей поездку я тоже не хотела.

– Да нет, не надо. Наслаждайся Бостоном, я здесь со всем разберусь, – сказала я, толком не зная, с чем же мне предстоит разобраться.

– С тобой точно ничего не случится? Если Джимми убили… – Предложение она не закончила, но я мысленно сделала это за нее.

Если Джимми убили, убийца может быть где-то рядом.

Я сглотнула, чтобы избавиться от нахлынувшего на меня страха, и, стараясь звучать непринужденно, продолжила разговор:

– Все в порядке. Буду начеку, пока убийцу не поймают. Не беспокойся.

Пока мама не успела открыть рот, чтобы озвучить еще парочку опасений, я решила ее отвлечь:

– Ты не в курсе, у Джимми были неприятели?

– Не было, конечно! Все любили Джимми. Хотя…

Я мгновенно обратила внимание на эту заминку.

– Хотя что?

– Кажется, у него был конфликт с кем-то из сотрудников закусочной, но это было сто лет назад, и подробностей я не знаю.

– С каким сотрудником? – спросила я, желая получить как можно больше информации.

– Не знаю. Я же говорю, это было сто лет назад. Да и как это может быть связано со смертью Джимми?

Может, и так, а может, нет. Вдруг старая обида решила дать о себе знать? Я покачала головой. Представить, что Ли или Иван могли убить Джимми, было невозможно.

А если речь идет о ком-то из бывших сотрудников закусочной, то неужели из-за каких-то прошлых разногласий Джимми могли убить?

Мамин голос заставил меня вынырнуть из моих мыслей.

– Мы идем ужинать с дочкой Гранта, так что я пойду, но ты звони, хорошо? И если передумаешь, только скажи – и я приеду.

Я уверила маму, что не пропаду, и заодно поинтересовалась, как звали юриста Джимми. Оказалось, это начальник Лизы. Мы с мамой перекинулись еще парой слов, а затем попрощались. Минуту или две я просто сидела, чувствуя себя в полной растерянности. Что мне делать дальше? Ясных мыслей пока не было.

Я подумывала, не позвонить ли моей подруге Кессиди в Сиэтл. Последние недели мы перекидывались с ней сообщениями, но с тех пор как я уехала из города, мы с ней и не разговаривали. Я почувствовала, как одиночество схватило меня крепкой хваткой. Однако, глядя на имя Кессиди в записной книжке телефона, я передумала звонить. Конечно, я скучала по подруге, мы дружили вот уже четырнадцать лет, но разговаривать мне сейчас не хотелось. К тому же у нее двое мальчиков-близнецов и она вечно занята. Не хотелось нагружать ее своими проблемами.

Я закрыла глаза. Как было бы здорово забыть обо всем и только слушать шум океана. Но это невозможно. От правды не спрячешься: Джимми больше нет. И вероятно, его убили. В голове у меня, не переставая, кружились отчаянные вопросы: почему убили Джимми? Кто это сделал? Случайно ли так вышло или это было спланированное преступление?

Ответов у меня не было, но я собиралась их найти.

Сидеть сложа руки я больше не могла, поэтому поднялась и решила пройтись по пляжу – к противоположному концу бухты.

Я шла по песку, и тут справа от меня что-то вспыхнуло на солнце, привлекая мое внимание. На участке рядом с домом Джимми стоял двухэтажный ультрасовременный особняк из стекла и металла. Помню, я заметила его всего через пару часов после того, как приехала в Уайлдвуд-Ков две недели назад. Как и тогда, сейчас он тоже казался слишком ярким, слишком неуместным здесь. Раньше на этом месте стоял очаровательный викторианский дом. Удивительно, зачем понадобилось его сносить и ставить на его месте такое чудовище? К счастью, следующий дом все еще сохранял свое истинное викторианское очарование и характер, как и его следующий сосед, желто-белый дом, где жила Патриша Мюррей, хозяйка небольшого отеля «Дрифтвуд».

Хотя я и собиралась пройтись до восточного конца бухты, стало ясно, что настроения у меня нет. Мимо дома Мюрреев я не пошла. Вместо этого я срезала путь и собиралась вернуться обратно в дом Джимми. Проходя мимо стеклянного новостроя, я вновь удивилась, кому могло прийти в голову возвести столь безвкусное строение. Даже если старый викторианский дом был в крайне плохом состоянии, новые владельцы вполне могли бы заказать постройку чего-то более симпатичного.

Я бросила взгляд на океан, лежавший с другой стороны