Белоснежка - Канаэ Минато Страница 3

…Мог ли это сделать мужчина? Ты имеешь в виду ее любовника?

Нет, я никогда не слышала, чтобы у нее кто-то был. Пусть она и была ко мне добра, я не могла спрашивать о ее личной жизни. Как говорится, «даже близкие люди должны уважать границы друг друга». Да и сама она никогда не говорила о своих отношениях с мужчинами и меня не спрашивала, есть ли у меня кто-нибудь. Она не опускалась до таких приземленных тем.

Мне кажется, госпожу Норико интересовало только то, что обогащает человека духовно, – красивые вещи, вкусная еда. Хотя она такая красавица, что трудно поверить, чтобы у нее совсем никого не было. С другой стороны, я не представляю, чтобы где-то рядом просто так существовал мужчина, достойный госпожи Норико. В нашей компании таких точно нет.

Мог ли ее преследовать сталкер? Нет, она не производила впечатление человека, страдающего из-за чего-то такого. Но она настолько красивая, что такое вполне возможно.

Думаю, убийца – какой-то псих. Надеюсь, его скоро поймают. Я буду ненавидеть его до конца своих дней. Потому что он отнял у меня очень важного человека.

Может быть, я больше никогда не встречу никого, кто мог бы сравниться с госпожой Норико. Как жаль, что я не успела провести с ней больше времени, научиться у нее большему. В нашем последнем разговоре она обещала на следующей неделе сводить меня в ресторан, где подают вкусный тофу.

…Что-о, тофу невозможно наесться?! Кошмар, говоришь прямо как господин Синояма, мой начальник.

Я, когда в пивные хожу, всегда первым делом заказываю тофу во фритюре. Так было и недавно, когда мы с коллегами пошли выпить. Выяснилось, что в общем заказе тофу во фритюре не было. Я наконец-то перестала стесняться коллег и впервые решилась что-то сама заказать, как тут влез господин Синояма и язвительно произнес: «Ну да, женщины любят заказывать тофу и все такое, чем толком не наешься». Я была в шоке! А ведь он казался мне приятным человеком.

Но тут госпожа Норико меня поддержала: «Я тоже люблю тофу». Сказала, что знает ресторан с очень вкусным тофу и пригласила меня сходить туда на следующей неделе. Сказала, что там подают жареный кунжутный тофу[8]. Только представь – берешь кусочек в рот, и сразу потрясающий вкус кунжута разливается по всему небу, а горячий тофу тает на языке… Слюнки текут, правда? Но название ресторана она мне не сказала.

…Правда? Ты выяснишь, что это за ресторан? Как хорошо, что я тебе позвонила! Я знала, что ты единственный, кто меня выслушает. Мне уже стало легче, спасибо тебе.

…Что, пойдешь туда вместе со мной? Значит, ты приедешь? Сдается мне, ты этим преступлением заинтересовался, правда? Вот только не надо постить об этом в Ман-Мало[9] или писать в блоге, тем более – продавать инфу еженедельникам.

К этому делу нельзя относиться легкомысленно. Понимаешь?

Ладно, спокойной ночи.

* * *

– Алло, это я. У меня есть новая информация по «Делу об убийстве офисной служащей в Сигурэдани».

Представляешь, выяснилось, что госпожу Норико, похоже, убили всего через пару часов после того, как мы расстались. Я в шоке! У меня до сих пор руки дрожат, боюсь мобильник уронить.

Все нормально, не волнуйся. Сейчас расскажу все по порядку.

Во-первых, как ты знаешь из новостей, в лесу в Сигурэдани было обнаружено неопознанное тело. Произошло это рано утром седьмого марта, в понедельник на этой неделе. Обнаружила его пожилая пара, которая пришла собирать съедобные горные травы. Первое сообщение об этом в новостях появилось в полдень того же дня, а к вечеру уже поднялась шумиха. О том, что это госпожа Норико, сообщили в утренних новостях в среду, девятого. На самом деле тело опознали утром во вторник, восьмого. Вечером того же дня я тебе и позвонила.

Говорят, тело так быстро опознали, потому что родные госпожи Норико подали заявление о ее пропаже.

…Да, ты правильно понял: следователи пришли к нам в офис и допрашивали меня и других коллег, близких госпоже Норико, во вторник днем. В прошлый раз по телефону я тебе этого не говорила, но тогда я подумала, что она поехала в Сигурэдани на выходные и была там убита.

От компании до Сигурэдани минут тридцать на машине. Пешком – часа четыре где-то. Отдел социального обеспечения нашей компании раз в год, осенью, проводит мероприятие, называется – «Пеший поход в Сигурэдани». Я как-то участвовала. Просто идем от офиса до Сигурэдани, там едим взятые с собой обеды и возвращаемся – вот и все. Осенью там красиво – алые листья на деревьях, но больше ничего интересного.

Госпожа Норико говорила, что чувствует энергетику этого места, что душа там становится чище. Похоже, подобные темы ее тоже интересовали.

Поэтому я и решила, что она отправилась в Сигурэдани по собственной воле, а уже там на нее кто-то напал.

Но сегодня снова пришли следователи и попросили подробнее рассказать про прошлую пятницу. Тут я узнала, что именно в тот день, похоже, госпожу Норико и убили.

В пятницу она не пришла домой, а уже в воскресенье вечером поступило заявление о ее пропаже. Представляешь – двадцатипятилетняя девушка уехала на выходные, не предупредив родителей, и те, не дождавшись даже конца выходных, забили тревогу. Сразу видно, насколько строгих правил она придерживалась.

Вот я, например, живу отдельно от родителей. Мы почти не общаемся: решили, что, как говорится, «если от человека нет вестей – значит, с ним все в порядке»[10]. Так что если бы меня где-нибудь убили, наверное, никто бы и не заметил. Правда, с тех пор как я устроилась в компанию, я ни разу не опоздала и не пропустила ни дня. Интересно, на работе заметят, если я вдруг не появлюсь?

Когда госпожа Норико не пришла в понедельник на работу и никто не знал почему, я начала волноваться. Но я и представить не могла, что ее убили.

Давай вернемся к вечеру пятницы. Мы устраивали прощальную вечеринку для госпожи Маямы, она на четыре года старше меня и уходит из компании в связи с рождением ребенка. На самом деле она собиралась просто взять отпуск по уходу за ребенком, но начальство дало понять, что ей лучше уволиться.

Наверное, начальник отдела чувствовал за это вину, поэтому потребовал, чтобы все обязательно пришли на вечеринку. В итоге в тот день не было никакой сверхурочной работы, все вышли из офиса после шести и ровно в шесть тридцать