Двойная ложь - Джей Ти Эллисон Страница 28

Холли позвонила приятелю в технический отдел.

– Привет, Холли, что стряслось?

– Привет, Джим. Если я переправлю тебе письмо, можешь с ним разобраться? Его прислали анонимно, но я хочу знать откуда.

– Конечно. Могу отследить IP-адрес. Без проблем. Присылай.

– Уже. И сколько времени это займет?

– Повиси на линии, скажу через секунду. – Холли услышала стук клавиш и кликанье мышки. – Письмо местное, из Франклина. Хм… Странно.

– Что именно?

– Ну, я как раз занимался делом Монклеров. IP-адрес совпадает с адресом их роутера.

– Но адрес в письме – какая-то абракадабра. Кто его владелец?

– Уверена, что готова услышать?

– Дай угадаю. Итан Монклер?

– Точно.

– Но зачем ему анонимно присылать мне видеозапись со своей женой у чужой двери?

– Без понятия. Но есть еще одна странность. Монклер дал нам неверный пароль.

– Да?

– Ага. Он был написан на листке, приклеенном к крышке ноутбука. «Я люблю Итана Монклера».

– Как мило.

– Блевотина. В общем, пароль все равно неверный. Пришлось повозиться, но я его взломал. Подключил УИД и взломал пароль за десять секунд.

– Потому что ты постоянно взламываешь пароли, Джим. Что еще за УИД?

– Универсальное устройство для извлечения данных. Я зову свое Салли. Могу извлечь информацию из любого зашифрованного устройства, которое мне дадут. Мне не нужен пароль или отпечаток пальца, чтобы залезть в телефон, Салли сама разберется.

– Ну спасибо, Салли.

– Ага, спасибо, Салли. А ты не хочешь узнать верный пароль?

– Просвети меня.

– «Итан убил нашего ребенка».

Очень вовремя

Сейчас

У дома остановилась машина. Итан выглянул в окно и увидел Холли Грэм. Кучка фургонов с телевидения и репортеры с микрофонами освободили место для сине-белого полицейского автомобиля.

– Вот черт.

Грэм не повернула головы ни вправо, ни влево и, не обращая внимания на выкрики журналистов, поднялась на крыльцо. Толпа подалась вслед, но Грэм обернулась, что-то сказала, и журналисты остановились. Они оставались начеку, как охотничьи собаки, но не двигались дальше.

Открыв дверь, Итан на всякий случай спрятался за ней. Грэм бодро вошла в дом, Итан услышал щелканье фотоаппаратов.

– Вы стали крайне популярны, – сказала она.

– Благодаря вам.

Она бросила на Итана резкий взгляд:

– Я пришла с миром. И не звала журналистов. Они были у вашего дома, когда мы с сержантом Морено уходили, после того как вы объявили об исчезновении жены.

– Так кто же им сказал?

– Простите, мистер Монклер, но я понятия не имею. Они отслеживают звонки в полицию. Может, кто-то узнал ваш адрес и сложил два и два.

– Вы что-нибудь обнаружили? Поэтому пришли?

– Пока ничего. Но у меня есть несколько вопросов.

– Ладно. Могу я предложить вам чашку чая?

– Да, конечно. С молоком и сахаром.

По какой-то причине Итану не хотелось говорить, что они не используют настоящие молоко и сахар, это казалось глупым и банальным. Он положил в чашку стевию и налил миндального молока, пусть сама разбирается.

Пока он заваривал чай, Грэм встала у столешницы, разглядывая пятно.

– Что здесь произошло?

– Голубика.

– На мой взгляд, похоже на кровь.

В чашке звякнула ложка.

– Именно это происходит с натуральным мрамором, когда на нем оставляют на ночь что-то кислое. Однажды вечером мы сделали смузи на десерт. Я не заметил, что несколько ягод упало, пока на следующий день не увидел на кухне рыдающую Саттон. Я с самого начала говорил ей, что столешница быстро испортится, именно по этой причине нельзя устанавливать натуральный мрамор, но она меня не слушала. Конечно, я оказался прав.

– Это было до или после ребенка?

– До, – ответил Итан, понимая, что вышло слишком резко. – Вот ваш чай.

Она подула на чай и сделала глоток. К чести Грэм – хотя, как понял Итан, вкус ей не понравился – она отпила еще, вежливо кивнула и поставила чашку.

– Спасибо. А теперь о причине, по которой я здесь. Защитный ордер, который вы хотели получить против репортера, пытавшегося взять интервью у Саттон, так и не выдали.

– Да, я знаю.

– Судья счел, что для этого нет оснований.

– И это я знаю. Идиот. Саттон боялась этого человека, а судья просто отмахнулся.

– Я поговорила с судьей. Он сказал, что не увидел оснований. Было всего несколько телефонных звонков.

– Несколько телефонных звонков, после которых моя жена спала только при свете. Да, совершенно ничего страшного.

– А что сделал тот репортер? – Она заглянула в свой блокнот. – Его зовут Колин Уайлд, верно?

– Да, это он. Говнюк.

– Согласно документам, мистер Уайлд заявил, что после своего разговора с автором той рецензии, написанной под ником UMB, лишь позвонил Саттон и попросил дать комментарии. Эта UMB заявила, что Саттон приходила к ее дому. Уайлд позвонил вам. Саттон бросила трубку, а вы подали заявление в суд. Все верно?

– Все несколько сложнее, но суть верна.

– Вы знали, что та читательница, UMB, попросила защитный ордер от Саттон?

Итан молчал.

– Ее зовут Розмари Джордж. Живет в крохотном домишке в Кентукки, в основном на пособие. Согласно отчету, она утверждает, что Саттон пришла к ее дому, колотила в дверь, а когда ей не открыли, разожгла костер на крыльце и убежала. Есть видеозапись этого инцидента. Розмари Джордж решила не выдвигать обвинений. Вашей жене повезло.

– Не могу такого представить…

Грэм положила телефон на столешницу.

– Я подготовила видео на случай, если вы захотите взглянуть.

Она нажала на воспроизведение, и Итан просмотрел черно-белое видео, на котором его любимая жена безумствует на пороге незнакомого дома.

Когда видео закончилось, он потерял дар речи.

Грэм убрала телефон в карман.

– Спасибо, что прислали видео. Оно помогло оценить состояние ее рассудка.

– О чем вы вообще? Я этого не посылал. Я вообще никогда его прежде не видел.

– Странно. Оно пришло с вашего IP-адреса.

– Поверьте, я не присылал вам видео. Это какая-то ошибка.

Грэм посмотрела на него с непроницаемым выражением лица, и Итан на мгновение засомневался. Не следовало разговаривать с ней без Робинсона. Он это знал. Грэм шагнула в сторону.

– Я попрошу проверить еще раз, не ошибка ли это. Давайте поговорим о видеозаписи. Как видите, Саттон вела себя в тот день угрожающе. Она когда-нибудь бывала такой в вашем присутствии, сэр?

Итан покачал головой. Он просто не мог в это поверить. Не могла же Саттон вести себя так глупо.

– Конечно нет! Она мягкая, даже слишком. Ее топчут всей толпой, а она просто терпит. Естественно, плачет и срывается, но никогда не прибегает к насилию.

Во всяком случае, по отношению к чужим людям.

– А госпитализация? Не могли бы вы рассказать подробнее?

Итану