Пуля от Ван Гога - Алексей Викторович Макеев Страница 23

Нельзя упускать из вида и другой нюанс. Как вариант убийцей могли двигать несколько мотивов. На практике так чаще всего и происходит, как бы ни пытались уверить в обратном философы. Отнять чужую жизнь – страшное злодеяние, на которое человека толкает множество побуждающих факторов, навалившихся одновременно. Ненависть, ревность, зависть, алчность, обида. Один лишь фактор не в состоянии побороть наше врожденное отвращение к убийству, отсутствующее только у серийных маньяков и подобных им психически нездоровых или травмированных натур.

Предположим, Олег Тимофеевич действительно выступал против повышения Дементьевой в здешней иерархии. Считал, что она, сухая и прагматичная, погубит галерею, поскольку ничего не видит дальше цифири и не испытывает пиетета перед искусством. Унизил женщину в глазах коллег, заставил ее чувствовать себя неполноценной из-за того, что она всего лишь «дефективный манагер» и не вправе отдавать приказы деятелям культуры. Ольга злится, бесится, а тут вдруг узнает, что многолетние поиски мифического нагана увенчались успехом. Святскому предстоит купание в лучах славы, а Дементьеву ждет переоценка полотен Ван Гога, резко просевших в цене. «Пост-Москва» попадет в эпицентр чудовищного скандала. А проблемы галереи означали личные финансовые и карьерные проблемы Ольги вплоть до позорного увольнения. Получаем целый ворох причин, чтобы желать смерти художнику. Двадцать два мотива лучше, чем один.

«Эх, легко им жилось, средневековым философам!» – горестно вздохнул Лев Иванович, не отрываясь от своего занятия.

В мессенджере обнаружилась переписка с Аэлитой Торис. Откуда Гуров слышал про эту женщину? Ах да, от самого Святского из его видеодневников. «Даровитая и трудолюбивая исследовательница» – так характеризовал ее художник. Аэлита – реальное имя или творческий псевдоним? Фамилия тоже необычная. Если настоящая, то предположительно или немецкая, или прибалтийская. По крайней мере по звучанию похожа.

Послания довольно-таки однообразны. «Марсианская» незнакомка отправляет какие-то ссылки, библиографические данные, файлы с информацией, необходимой Олегу Тимофеевичу для исследований. Святский в ответ рассыпается в благодарностях, похоже, искренних, и клянется, что без Аэлиты ничего бы не добился. В одном месте особо подчеркивает: «Если бы не ваше блестящее знание биографии Гогена…» То есть про «марсианку» известно, на чьем творчестве она специализируется. Никаких других зацепок в тексте нет. Негусто, чего уж греха таить.

Переписка основательно подчищена, Святский удалил значительную часть старых сообщений за предыдущий год или, не исключено, что даже и за несколько лет.

Гуров отправил экспертам контакты Аэлиты, чтобы накопать про нее побольше информации. Крячко вскоре откликнулся, но, разумеется, про Аэлиту так быстро ничего выяснить не удалось. Сообщение касалось другого вопроса. Команда Крячко обработала записи с камер из галереи, не обнаружив ничего подозрительного. Для удобства эксперты вырезали из каждого видеофайла фрагменты, соответствующие по времени моменту выстрела – период с десяти пятнадцати до десяти двадцати пяти, – и Станислав Васильевич на всякий случай отправил товарищу ссылки на сокращенные ролики.

Гуров с большим вниманием просмотрел каждый фрагмент. Файл первый – главный зал с таитянской экспозицией. Публика приходит в движение, поднимается суета, кто-то бросается к выходу, остальные сплошной волной двинулись за ним. Привлекает внимание Ирина Васильевна, сидящая на пуфике перед полотном с двумя таитянками. Она в ужасе зажимает уши, втягивает голову в плечи и не трогается с места, как и сказала. Железное алиби, но Павловская никогда по-настоящему не находилась под подозрением.

А вот Полины Авериной в главном зале не было. Хотя, с ее слов, она сидела на корточках, сжавшись от страха. Где же ты была, девица-красавица?

Файл второй – зал современных московских постимпрессионистов. Непосредственно во время выстрела ничего не происходит. Спустя четыре секунды, если верить таймеру, в проходе заколебалась тень, и следом в зал, пошатываясь, заходит Ольга, которая спустя еще секунду падает на пол, роняя из рук бумаги. Обморок. Еще через две секунды в зал врывается Алекс, бросается к женщине, распахивает на ней жакет, осматривает, прислушивается к дыханию, принимается трясти Ольгу. Во время совершения убийства Дементьева в зале отсутствовала и не попадалась на камеры целых четыре секунды. Успела бы она добежать до зала и симулировать обморок?

Файл третий – зал набидов, то есть группы художников под названием «Наби», что значит «Пророки». Узнаваемое синее платье. Елена и вправду присутствует здесь какое-то время, рядом с ней молодой мужчина; они не общаются, разглядывают картины, каждый сам по себе. Вот незнакомец уходит, и вскоре Елена исчезает тоже. Где она? Попала в «слепое» пятно? Отметка времени показывает 10:19. Если бы камеры записывали звук, то сейчас прогремел бы выстрел из бельгийского нагана. По словам Рябовой, она метнулась к окну, а оно не попадает под обзор камеры. То есть если женщина и находилась в зале, когда стреляли в Святского, то ее увидеть все равно не получится.

Файл четвертый – зал мастеров понт-авенской школы. Пусто. Проходят две с половиной секунды после выстрела, прежде чем камера ухватила на стене движущуюся тень, которую отбрасывал Алекс. Вот он непонимающе крутит головой и проносится в направлении прохода в соседний зал, где лежит Ольга. Или бородач стоял в «слепом» углу помещения, не охватываемом съемкой, или отсутствовал в этом зале, хотя Гурову рассказал другое. И что мужик, спрашивается, делал в «слепом» углу? Это же крохотный пятачок.

Файл пятый – зал с пейзажами. Тот самый, где проходили допросы. Вон в дальнем углу на стене висит «Вид на Сент-Виктуар», обожаемый Павловской. А напротив, ближе к входу – «Красные виноградники». Гуров пустым взглядом посмотрел на свою одинокую фигуру на экране. Ольги рядом уже не было, она успела уйти. Вот Гуров на записи скучающе глянул на часы, которые показывают 10:18 «с копейками». Менее чем через минуту случится убийство. Может, за спиной полковника движется мимо чья-то тень? Нет, ничего подозрительного.

Файл шестой, последний, – зал портретов, написанных классиками постимпрессионизма. Пусто, лишь мадам Жину презрительно косит хитрым глазом с картины «Кафе в Арле». Внезапно спустя три секунды после выстрела появляется Аверина. Она бежит в направлении главного зала, откуда выскочит в фойе. Девушка солгала.

Что получается, преступление могли совершить все пятеро, без Павловской, которую Гуров всерьез и не подозревал? Значит, требуется отмести все маловероятные кандидатуры.

Особо значительный запас времени имелся у Рябовой, Гордеева и Авериной, причем последняя еще и солгала о своем местопребывании. У Новикова времени поменьше, нет и трех секунд, но если он схоронился в «слепом» углу, то зачем? Неясно. Что теперь, придется вычеркнуть Алекса