Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" - Дуглас Престон Страница 216

— Боже, — простонал Смитбек, привалился к стене и приподнял руку. — Боюсь, что, свалившись с проклятого забора, я сломал лапу.

Его плащ и рубашка были разорваны, а из дыры торчал кровоточащий локоть.

— Ты в полном порядке, — сказала Нора, осмотрев его конечность. — Платье удалось достать?

Смитбек горделиво похлопал по пластиковому пакету.

— Замечательно.

Смитбек покрутил головой и произнес со стоном:

— Такси здесь, похоже, ни за что не найти.

— Оно в любом случае не остановилось бы. Вспомни, на кого ты похож. Давай мне свой плащ. Я умираю от холода.

Смитбек накинул на нее грязное одеяние и сказал:

— Ты… хм-м… выглядишь весьма соблазнительно.

— Кончай болтать. Пошли, — бросила Нора и двинулась к станции подземки.

Смитбек потянулся следом. У входа в подземку журналист остановился и произнес, изображая охранника:

— А как насчет свидания? Эй, леди, ну пожалуйста!

Нора посмотрела на журналиста. Его волосы беспорядочно торчали в разные стороны, а лицо стало еще грязнее, чем было до этого. От одежды разило плесенью и влажной, лежалой землей. Более нелепый вид и представить было трудно.

— Я — барышня не дешевая, — сказала она. — Тебе это дело обойдется в большие бабки.

— Все, что угодно, детка! Алмазы. Жемчуга. Грины. И даже ночные танцы в пустыне при луне, под вой койотов.

— Вот такие клиенты мне по душе, — рассмеялась Нора и взяла его за руку.

Глава 7

Нора заперла дверь кабинета, положила пакет на стул и освободила стол от бумаг и высоких стопок книг. Пошел всего лишь девятый час утра, и музей, казалось, еще не проснулся. Тем не менее она глянула на застекленную дверь, подошла и задернула занавеску. После этого она тщательно прикрыла стол листом специально обработанной бумаги, прикрепив его клейкой лентой. Положив на первый лист еще один, Нора разместила на нем вдоль края стола несколько мешочков для сбора образцов, специальные щипцы и пинцеты. После этого она выдвинула ящик и выложила на стол все добытые в нишах тоннеля предметы: монеты, гребенку, волосы, бечевку и позвонок. Самым последним на стол Нора положила платье. Она обращалась с ним бережно, почти благоговейно. Словно извинялась за то небрежение, которое этому предмету из прошлого пришлось пережить за последние двадцать четыре часа.

Смитбек был вне себя, когда она прошлой ночью категорически отказалась немедленно вскрыть подкладку и посмотреть, что за ней скрыто. Она снова увидела его таким, каким он предстал перед ней в ту минуту. Смитбек, все еще в одеянии бродяги, негодовал так, как может негодовать лишь журналист, у которого отнимают сенсацию. Но его стенания Нору не тронули. Она хотела выжать из платья максимум информации, и это следовало сделать по всем правилам археологической науки.

Нора отступила на шаг от стола. В ярком свете можно было рассмотреть платье в мельчайших деталях. Длинное, простого покроя. Сшито из грубой шерстяной ткани зеленого цвета. Округлый разрез воротника, узкий лиф и длинная юбка гофре определенно указывали на принадлежность вещи к девятнадцатому веку. Лиф и юбка имели некогда белую, а теперь пожелтевшую подкладку.

Нора провела пальцами вдоль складок и чуть ниже линии талии нащупала хрустящий листок бумаги. «Еще не время, — сказала она себе и села за стол. — Будем действовать последовательно и методично».

Платье было покрыто темными пятнами, определить их характер без химического анализа не представлялось возможным. Некоторые из них могли быть пятнами крови, другие выглядели как следы обычного загрязнения. Там присутствовали жир, уголь и, возможно, воск. Кромка подола была изрядно потрепана и кое-где надорвана. В самой ткани платья имелись разрывы, самые крупные из которых были аккуратно зашиты. Нора взяла лупу и тщательно изучила пятна и разрывы. Ремонт осуществлялся с помощью цветных нитей, среди которых совсем не было зеленых. Бедная девочка использовала тот материал, который оказывался под рукой.

Ткань не носила следов повреждений, сделанных грызунами или насекомыми, поскольку оставалась плотно замурованной в нише. Нора сменила лупу и, вглядевшись более внимательно, увидела пыль и черные, похожие на частицы угля крупинки. Она взяла пинцет и поместила несколько черных крошек в прозрачный пластмассовый пакет. В складках ткани имелись какие-то еще более мелкие фрагменты, и, чтобы изучить их, ей пришлось прибегнуть к помощи бинокулярного микроскопа.

Как только она отрегулировала фокус, ее взгляду открылись десятки высохших трупиков вшей, вцепившихся в грубые нити ткани. Среди армии дохлых вшей имелись останки нескольких гигантских блох и еще каких-то неизвестных ей мелких насекомых. Это неаппетитное зрелище заставило ее непроизвольно оторваться от микроскопа.

Посмеявшись в душе над своей неожиданной брезгливостью, Нора снова прильнула к окулярам, чтобы продолжить исследование. Платье являло собой подлинный кладезь чуждых человеку биологических объектов и микроскопических предметов, на полное изучение которых у химика-криминалиста ушло бы несколько недель. «Интересно, какую пользу, учитывая его стоимость, мог бы принести подобный анализ?» — подумала она.

Тишина в офисе вдруг показалась Норе настолько глухой, что по спине поползли мурашки. Она повернулась, и от изумления у нее отвалилась челюсть. Над ней, держа руки за спиной, возвышался специальный агент ФБР Пендергаст.

— Господи! — воскликнула Нора, вскакивая со стула. — Вы меня до смерти напугали!

— Приношу все свои извинения, — слегка поклонившись, ответил Пендергаст.

— Мне казалось, что я заперла дверь.

— Вы это действительно сделали.

— Может быть, вы волшебник, агент Пендергаст? Или вы просто вскрыли мой замок?

— И то, и другое. Понемногу, — улыбнулся он. — Но замки в музее настолько примитивны, что слово «вскрыть» по отношению к ним вряд ли уместно. Однако я здесь достаточно известен, и это вынуждает меня действовать тайно.

— Вас не затруднило бы впредь предупреждать меня о своем появлении?

— Вчера у вас этой вещи не было, — произнес Пендергаст, показывая на платье.

— Вы правы, не было.

— Вы очень предприимчивы, доктор Келли.

— Вчера ночью я вернулась…

— Умоляю. Никаких подробностей о вашей сомнительной деятельности. Тем не менее разрешите вас поздравить.

Невооруженным глазом было заметно, насколько доволен Пендергаст.

— Продолжайте, прошу вас.

Нора вернулась к работе, и через некоторое время Пендергаст снова заговорил:

— В тоннеле имелось много предметов одежды. Почему вы выбрали именно это платье?

Не говоря ни слова, Нора раздвинула складку и указала на грубый шов в хлопчатобумажной ткани подкладки. Пендергаст тут же шагнул к столу.

— Там зашит клочок бумаги, — пояснила она. — Я наткнулась на платье в тот момент, когда нас начали изгонять с площадки.

— Не мог бы я позаимствовать вашу лупу?

Она, не поворачиваясь, протянула ему лупу. Агент склонился над платьем и внимательно его осмотрел. Профессионализм, с которым это было сделано, произвел на Нору сильное впечатление.