Три твои клятвы - Питер Свонсон Страница 18

– Добро пожаловать в Куодди, – сказал Чип. Внезапно перед ними открылась поляна. Слева от них располагался огромный главный корпус из темного дерева и грубого камня. Даже с закрытыми окнами Эбигейл почувствовала в воздухе запах древесного дыма.

– Какая красота! – ахнула она.

Они поехали дальше и свернули к ряду из десятка миниатюрных копий главного корпуса. Те выглядели как аутентичные старые домики того времени, когда здесь действительно был лагерь.

– Вы будете жить в «Речном камне», – сказал Чип. – Это не то место, где ты останавливался раньше, Брюс, но я думаю, что эта каюта понравится тебе даже больше.

– Там стоят двухъярусные кровати? – спросила Эбигейл.

Чип издал носовой звук, по всей видимости означавший смешок.

– Извините, мы всё еще называем все бунгало каютами. Придерживаемся традиции.

Он подъехал прямо к входной двери домика. Его низкая крыша поросла ярко-зеленым мхом, а деревянную входную дверь обрамляли побеги цветущей виноградной лозы. Эбигейл на миг застыла, любуясь этой красотой, но дверь внезапно распахнулась, и она вздрогнула. На свет из сумерек вышел высокий мужчина, азиат, в брюках цвета хаки и белоснежной рубашке. Он в два прыжка подскочил к «Лендроверу» и открыл дверь.

– Это Пол, – сказал Чип. – Он позаботится обо всем, что вам может понадобиться во время вашего пребывания здесь. Заполнит ваш холодильник, принесет вам дополнительные одеяла, расскажет, во сколько подъем, хотя я надеюсь, что вам это не понадобится. «Речной камень» – зона его ответственности, так что можете звонить ему в любое время.

Пол провел их внутрь. Эбигейл ожидала увидеть что-то необычное, но интерьер оказался куда более уютным, чем она ожидала. В центре домика – каюты, напомнила себе Эбигейл, – был большой каменный камин, в котором уже горел огонь. Перед камином стояли мягкий кожаный диван и красивый коктейльный столик, сделанный из цельного темно-зеленого камня с желтыми крапинками.

– Вот откуда этот домик и получил свое название, – пояснил Пол, когда Эбигейл коснулась камня. – Это речной камень.

– Красиво, – сказала она.

– Здесь все ручной работы, включая кровать, – сказал Чип.

Эбигейл подошла к большой двуспальной кровати. Ее отреставрированный каркас в виде саней был сделан из старого темного дерева. По обеим сторонам кровати горели фонари, и Эбигейл подумала, что они настоящие, но затем вспомнила: Брюс сказал ей, что они работают на батарейках, просто сделаны настолько искусно. Над кроватью, взятый в раму, висел рекламный плакат фильма «Полночное кружево» с Дорис Дэй и Рексом Харрисоном. Эбигейл обернулась и посмотрела на Брюса.

– Нет, это не совпадение, – сказал он. – Это подарок.

Это был первый фильм, который они посмотрели вместе, когда она во второй раз провела ночь в его квартире в Нью-Йорке. Они говорили о любимых триллерах – вернее, в основном о своих любимых триллерах говорила Эбигейл, – и Брюс упомянул «Полночное кружево», фильм, который он в юности смотрел вместе с матерью. Эбигейл слышала о нем, но никогда не видела – и вот они, еще лежа в постели, смотрели его в предрассветные часы, ели попкорн и пили шампанское. Фильм ей очень понравился.

– Это самое лучшее из всего, что ты мне подарил, – сказала она, имея в виду плакат, смущенная тем, что с ними в комнате были Чип и Пол.

– Даже лучше, чем кольцо? – спросил Брюс.

– Да, – не колеблясь, ответила Эбигейл.

– Мне кажется, она не шутит, – сказал Чип и быстро добавил: – Не будем надоедать вам своим присутствием. Я уверен, что Брюс уже все объяснил, но скажу еще раз. В ванной есть электрические розетки, и у вас также есть холодильник, но это все, что касается электричества. На острове нет компьютеров, и мы рекомендуем вам убрать ваш телефон и лэптоп, если вы взяли их с собой, куда-нибудь подальше от глаз. Здесь нет беспроводной и сотовой связи. Вы дали наш номер кому-нибудь из вашей семьи?

Он посмотрел на Эбигейл; она сказала, что да. На всякий случай она дала родителям и Зои номер стационарного телефона курорта.

– Не буду вам лгать: в первые двадцать четыре часа наши гости могут немного нервничать без доступа к интернету. Но, поверьте, это проходит. Уже через день вы не будете о нем думать, а на следующей неделе, уезжая отсюда, станете с ностальгией вспоминать, как вы каждый день прекрасно обходились без телефона.

– Я в восторге, – сказала Эбигейл, причем совершенно искренне. Хотя она выросла в эпоху социальных сетей, ее родители до пятнадцати лет не разрешали ей пользоваться смартфоном, и Эбигейл все еще вспоминала жизнь до «Инстаграма»[8] и «Снэпчата».

– Тогда я оставлю вас. Пол, хочешь показать им припасы?

Пол подвел их к холодильнику, тщательно спрятанному за стеной, которая, должно быть, изначально была стеной домика, но теперь она неким образом бесшумно отъехала в сторону. Внутри холодильника было крафтовое пиво, несколько бутылок вина, а также набор сыров, колбас, оливок и элитной воды.

– Это на первое время, – сказал Пол. – Если вам понадобится что-то еще, просто дайте мне знать, и я принесу.

– Печенье «Орео», – сказала Эбигейл, и Пол кивнул ей. Поняв, что он воспринял ее всерьез, она поспешила добавить: – Шучу. У вас ведь здесь нет «Орео»?

– Нет, но, как я уже сказал, мы доставим все, что вы пожелаете.

– Нет, нет. Я просто пошутила.

В домике имелись французские двери, которые вели на заднюю веранду с видом на пруд. В лучах заходящего солнца его поверхность казалась оранжевой.

– Коктейли в главном корпусе в шесть, но некоторые гости предпочитают проводить коктейльный час у себя в домике.

Эбигейл посмотрела на Брюса и пожала плечами.

– Мы будем пить коктейли в главном корпусе, – сказал Брюс Полу и, посмотрев на Эбигейл, добавил: – Тебе стоит это увидеть.

Пол показал им еще несколько удобств, включая кнопку, нажатием которой они могли вызвать его, после чего тихо выскользнул за дверь. Брюс и Эбигейл остались одни. Она рассмеялась.

– Ты не говорил, что к домику прилагается дворецкий.

– Привыкай, детка, – сказал он.

– Не знаю, смогу ли, но это место прекрасно. Я готова провести внутри домика всю неделю.

– Можешь делать все что захочешь.

Распаковав вещи, они вместе залезли в глубокую, отдельно стоящую ванну, окруженную свечами. Брюс сказал ей, что ванна сделана из песчаника.

– Наверное, ты просто выдумываешь, – сказала Эбигейл, – но я тебе верю.

Она скользнула сквозь воду в его объятия. Они поцеловались. Эбигейл уловила слабый плеск воды о край ванны.

– Здесь так тихо, – сказала она. – Мне кажется, я забываю, сколько шума мы постоянно слышим.

– Если тебе надоест тишина, мы можем добавить немного фонового шума, – сказал Брюс. – Тут есть скрытая звуковая система, можем ее включить.

– Ну конечно. По-моему, ты соврал насчет отсутствия электричества. Это просто скрытое электричество.