Тайная академия слуг - Ким Иын Страница 117

* * *

– Здесь я встречался с Ли Джинуком, – сказал Пэк Дохён.

Они стояли на смотровой площадке «Скай гарден». Хан Соджон ничего на это не ответила.

– Если подумать, он всегда хотел покинуть эти места.

Низко над головой пролетал самолет. Не летит ли он в Австралию? Хан Соджон подняла голову, взглядом следя за его траекторией. Внезапно налетевший ветер трепал им волосы.

– Посмотрите.

Пэк Дохён протянул ей фотографию. Хан Соджон помедлила, прежде чем взять ее. Только бы ее предчувствие не подтвердилось! Хотя в глубине души она уже знала ответ – но всеми силами пыталась отвернуться от истины. Снова глянула на самолет.

– Я удивился, когда вы сказали, что вам нужна фотография этого человека.

Наконец она взяла у него из рук конверт. Медленно открыв его и достав фото, поднесла его к лицу – и тяжело вздохнула. Весенний ветер заставил ее задрожать так, словно ее тело пронизал мороз.

Соджон почувствовала, как у нее упало сердце, и сжала фотографию в кулаке, смяв ее. Что теперь делать? Она узнала правду – и что теперь? Что она может сделать?

«Подскажи мне, что делать, Джинук. Пожалуйста…»

– Это он? – спросил Пэк Дохён.

– Да, – ответила Хан Соджон.

– Как я и думал.

На фотографии был изображен мужчина – на вид ему еще не было тридцати. Его волосы были аккуратно зачесаны, лицо не выражало эмоций, взгляд был холодным и пронзительным. Это был он. Она сразу узнала его. Хотя тогда он выглядел иначе – в черной надвинутой на глаза кепке и черной одежде. Но все равно Соджон его узнала. Она бы ни за что его не забыла.

…Когда Хан Соджон мчалась в «Скай гарден», когда ей оставалось совсем чуть-чуть, она увидела грузовик – и этого самого человека за рулем. Тогда она не знала, кем именно является водитель грузовика. Он появился перед ней сразу после жуткого звука удара – она видела его лишь мельком, из окна такси, и сразу же позабыла. Вспомнила только спустя несколько дней – его лицо явственно возникло в ее памяти.

После смерти Ли Джинука Хан Соджон несколько дней не спала. В одну такую бессонную ночь она достала бутылку соджу и пивной бокал и наполнила его до краев, вылив всю бутылку.

– Только один глоток, – сказала она вслух, словно обращаясь к кому-то.

Подняла бокал и залпом осушила его.

Так вот как это ощущается – пить соджу, которое обычно пьют маленькими стопками, из большого бокала… Ли Джинук тогда, наверное, чувствовал то же самое. И пил, когда чувствовал, как зудящее чувство одиночества въедается в его самые кости, когда сон не приходил к нему ночами, когда ему было некому выговориться.

По щекам Хан Соджон потекли слезы. Она опустилась на пол – да так и заснула беспокойным сном.

– Улыбнись мне, – просил ее Ли Джинук во сне.

– Ты что, думаешь, я автомат? Если скажешь мне улыбнуться – я и улыбнусь, словно запрограммированная? – делано недовольным тоном пробормотала Соджон.

Но при этом улыбнулась, глядя на него. Лучезарно и тепло – и правда, ее улыбка была как солнечный луч.

Они шли, глядя друг на друга, держась за руки, мимо магазина лотерейных билетов – того самого. Идущие им навстречу местные жители радостно смеялись, завидев их. Светило яркое теплое солнышко, и смех будто звенел в воздухе.

Старые улицы небольшого городка на окраине Вонджу были настолько исхожены ими вдоль и поперек, что, казалось, сами подстраивались под их шаги. Они словно шли на пикник – их шаги были легки, они неслись почти что вприпрыжку. Находясь рядом с Ли Джинуком и будучи сама собой, Соджон чувствовала себя счастливой – но то был сон.

Вдруг вдалеке на дороге поднялось облако пыли. Они настолько были поглощены друг другом, что не заметили его приближения – и вдруг буквально у них под носом раздался гул грузовика, несшегося прямо на них. Когда их уже разделяло несколько сантиметров, Ли Джинук успел вытянуть руку и дотронуться до щеки Хан Соджон. И она не успела поймать эту руку, всегда протянутую к ней. А затем… затем его тело подбросило вверх от удара, оно упало и осталось бездыханно лежать на земле.

– А-а-а!.. – Она проснулась от собственного крика.

Вскоре после этого Хан Соджон и попросила Пэк Дохёна достать фотографию водителя Чон Гымхи.

…Она смотрела на снимок, сжав губы.

– И что теперь намереваетесь делать? – спросил Пэк Дохён, все это время ждавший ее реакции.

Соджон не ответила – она не могла. Не знала, что делать. Просто смотрела на небо с пустым выражением лица. Когда Ли Джинук стоял на этом самом месте – смотрел ли он так же ввысь на проносившиеся мимо самолеты?

– В случае чего он попросил меня передать это. – Пэк Дохён, внезапно вспомнив, вытащил из своей сумки еще один конверт с документами и протянул его Хан Соджон.

– Что это?

Вместо этого он взглядом указал на конверт, намекая, что ей следовало бы самой проверить его содержимое.

Хан Соджон медленно открыла конверт. Из ее глаз потекли слезы. Она все не могла остановить их и плакала без остановки.

Пэк Дохён стоял неподалеку, глядя в небо, – он давал ей время побыть одной и выплакаться.

– Надо было вам сразу уехать отсюда вместе…

Джинук словно предчувствовал свою скорую смерть – и поэтому просил его об этом. В тот момент Соджон почувствовала, что сердится на него.

Ветер все так же развевал их волосы – и чувства: так уж он обычно действует на человека.

– Я думал, мы станем хорошими друзьями… – Глаза Пэк Дохёна наполнились слезами.

…Ли Джинук поспешно принял решение уехать в Австралию и отправил эти документы Дохёну. Он собирался уехать как можно быстрее, но не знал, чего ожидать от Чон Гымхи.

– Почему ты перекладываешь это на меня? Отдай сам – или уезжай отсюда с ней вместе, – пробурчал Пэк Дохён, перебирая документы.

– Уж ты-то точно не приберешь их к рукам, – ответил Ли Джинук.

Пэк Дохён рассмеялся.

– Это точно – мне-то они ни разу не нужны.

Поскольку, как он и сказал, ему они были не нужны, Пэк Дохён стал временным хранителем этих документов. Недвижимость? Он сам мог бы легко стать обладателем любого дома. Документом было не что иное, как свидетельство о регистрации права собственности на недвижимость – на дом в Австралии. На