Тайная академия слуг - Ким Иын Страница 115

– Да. У меня больше нет причин быть здесь.

Он не мог вернуться из-за Чон Гымхи. Соджон узнала, что Ли Джинук встречался с Пэк Дохёном, и поняла, что они собираются заключить союз за ее спиной. У Чон Гымхи теперь было в руках то, что она так хотела заполучить, – и она могла единолично распоряжаться этим по своему усмотрению. И только Ли Джинук был тем человеком, который, в свою очередь, владел информацией о ее собственном настоящем прошлом и представлял для нее угрозу.

Нет, был и еще один – Хан Соджон, но Чон Гымхи даже не брала ее в расчет. Ведь она всегда могла шантажировать ее Кан Чжунсоком. Стоит ей это сделать – и Соджон не посмеет и слова сказать: она не настолько глупа, чтобы пожертвовать своим будущим с ним.

И в таком случае оставалось только устранить Ли Джинука – очевидно, это должно было стать следующим шагом Чон Гымхи. Он его предвидел – и потому-то собирался навсегда покинуть Корею.

Но была ли это единственная причина, почему он так срочно улетал, сбегал в Австралию? Нет. Джинук не мог оставаться здесь и наблюдать со стороны за тем, как Соджон выходит замуж за другого мужчину, рожает ему детей и постепенно забывает его самого. Он знал, что чем ярче будет сиять жизнь Хан Соджон, тем невыносимее и мучительнее будет становиться его собственная. Поэтому думал, что лучше было бы совсем забыть о ней раз и навсегда – уехать в Австралию и тихо доживать там остаток своей жизни в никому не известном месте. «Я должен испариться. Мне нужно исчезнуть – туда, где до меня не будет долетать ни единая весточка о Хан Соджон…»

– Мне нужно тебе кое-что сказать – лично, – проговорила Хан Соджон; она все еще не положила трубку после долгого молчания.

– Приезжай в «Скай гарден» на Енджондо.

Услышав его ответ, она почувствовала, как что-то прорывается из глубин ее души. То, что все это время скрывалось там, не замеченное ей самой. То, что она старалась всеми силами подавить, когда решила для себя, что выбирает Кан Чжунсока. То, что сверлило ее и не давало покоя, когда она была уверена, что идет без оглядки в свое светлое будущее. То, что заставляло ее в бессонные ночи выходить в переулок, прижиматься к стене и тяжело вздыхать. Оно пряталось в темных уголках ее сердца, а затем в нужный момент вырвалось на волю и завладело всем ее существом.

«Но я – подделка! Все во мне – сплошная ложь. Происхождение, родители, образование, карьера – все сведения обо мне сфабрикованы. Я старалась не думать об этом, но когда узнала, что и мои чувства к Кан Чжунсоку навязаны мне Академией, это стало невыносимо. Да и его чувства такие же – он мог полюбить и другую, окажись она на моем месте…»

Хан Соджон ехала в такси на встречу к Ли Джинуку, не отрывая взгляда от брелока. Что-то ей подсказывало, что это может стать ее последним шансом снова обрести прежнюю себя.

Она думала о Ли Джинуке. Тот день, проведенный с ним вместе в Австралии, все изменил. Тогда Джинук словно заразил ее своими мыслями, чувствами – каким-то неведомым образом они передались ей, и она могла прочувствовать, что чувствовал он и что было у него на душе. Раньше Джинук был для нее совсем чужим – а теперь стал человеком, которого она знала как облупленного.

Теперь у каждого из них было по одному яйцу из пары с брелока, подаренного ей Хан Донсиком. Человек, который все это время бережно хранил его, в то время как она совсем позабыла про него, единственный, кто знал ее полностью, – Хан Соджон мчалась к нему. Только теперь она поняла, что все это время рядом с ней был именно Ли Джинук.

Вдруг она вспомнила слова Чон Гымхи: «Если б я осталась той безымянной, никому не нужной девочкой из шахтерской деревни, смогла бы я защитить себя? Может, тогда бы я не чувствовала постоянную угрозу и опасность, как сейчас? Может, я бы не ворочалась от бессонницы, а беспробудно храпела под старым одеялом? До сих пор думаю об этом. Я чувствую, что превращаюсь в чудовище».

«Тогда она горько усмехнулась – не потому ли, что и сама в глубине души горько сожалела о том, что потеряла саму себя? А как должна тогда поступить я?»

Такси неслось на запад, туда, где заходило солнце. За окном вечернее небо окрашивалось в насыщенный алый цвет. Всю дорогу Хан Соджон крутила в руках треснутый брелок. Когда-то он был гладким, но теперь весь облупился…

Пока еще ничего не решено. Она была словно цыпленок, только вылезший из яйца и пока не составивший для себя полную картину мира. «Я еще не сделала какой-либо выбор. Ведь Чон Гымхи сама говорила, что если однажды ступить на этот путь, обратной дороги уже не будет – никто не откажется от такой роскошной жизни, однажды попробовав ее на вкус».

Роскошная жизнь… Для Хан Соджон проводником в такую жизнь был Кан Чжунсок. Встретив его, она чувствовала себя счастливой – может, эти чувства были фальшивыми, но впервые с момента смерти отца она ощутила себя в полной безопасности. Еще не поздно принять эту жизнь – и жить, постоянно закрывая глаза на свои чувства. А что будет тогда с Ли Джинуком – и той Хан Соджон, которая окажется запертой в прошлом вместе с ним?

Соджон снова и снова убеждала себя, что сначала ей нужно встретиться с ним. Они должны поговорить с глазу на глаз – и выложить друг другу всё начистоту. Она должна знать, почему он в конце концов принял решение убить Чон Ихва. С какого момента все пошло не так? И когда это еще можно было исправить? Точнее, можно ли вообще было что-либо исправить?

Соджон пока не знала, что она выберет, а от чего откажется, – но ясно отдавала себе отчет в том, что, от какого бы пути она ни отказалась, всю оставшуюся жизнь будет вспоминать о нем и сожалеть. Однако выбор делать придется.

Чем ближе она подъезжала к «Скай гарден», тем меньше машин было на дороге. Тьма медленно окутывала город. Соджон размышляла: стоит ли ей останавливать Ли Джинука, чтобы он не улетал? А если не сможет его остановить – что ей делать?

Прежде всего нужно было придумать, как противостоять Чон Гымхи – чтобы та не смогла добраться ни