Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм Страница 113

погубленного места, которое он сам превратил в руины. Он ехал минут десять, а потом свернул в городок Сен-Жан-Пье-де-Пор, где еще раньше приметил небольшое бистро, раскрашенное в баскском стиле: белый фасад с зелеными фахверками и красная черепичная крыша. Он припарковался, вошел в бистро и заказал американо. Затем уселся в углу подальше от стойки, за которой несколько стариков-завсегдатаев в черных беретах болтали по-баскски. Как только официант принес ему кофе, он достал из кармана телефон и позвонил Баденко. Она сразу же ответила, и Келлер начал разговор, понизив голос. Магид Айед был здешним, все его знали, и упоминание мутных обстоятельств его жизни могло привлечь ненужное внимание местных.

— Привет, Леа, это Жюльен.

— Привет. Как прошло с Айедами?

— Родители в отчаянии, разговорить их было очень трудно. Лицейская жизнь сына закончилась лет двадцать назад, их воспоминания о ней притупились. Однако они утверждали совершенно определенно: учеба у Магида шла спокойно, без всяких проблем, и они никогда не слышали, чтобы их сын был причастен к какой-нибудь темной истории.

— Думаешь, они говорили искренно?

— Думаю, да. У меня действительно не было ощущения, что они что-то скрывают. Конечно, я навел разговор на юность их сына, и мне удалось выудить из них несколько имен его тогдашних друзей. Некоторые даже приходили в дом к Айедам по случаю дня рождения или вечеринок. Двое из них, братья, были по-настоящему, очень близки с Магидом в то время. Я составил список, сфотографирую его и пришлю тебе.

— Ты узнал, где они теперь?

— Братья?

— Да.

— Один вроде живет за границей, а другой остался здесь. Недалеко от По. Я проверю это вечером. Как только его найду, сразу позвоню и договорюсь о встрече.

— Окей. А что о Дюкуинг?

— Это имя им ничего не говорит.

— Супер, — иронически процедила Баденко. — Что еще?

— В общем, они ничего не знали о распущенности сына, и моя информация произвела эффект разорвавшейся бомбы.

— Понимаю, ничего удивительного. Но они все-таки смогли пролить свет на то, с кем он общался последнее время?

— Да, и вот тут я получил кучу имен! Что странно, никаких романтических отношений. Зато длинный список друзей, профессиональных контактов, приятелей по спортзалу… Если я захочу всех их допросить, на это уйдут недели!

— С чего ты думаешь начать?

— Сейчас я поеду в Биарриц, в «Атлантик Недвижимость», агентство Айеда. Он проводил там бо́льшую часть своего времени, и я хочу допросить его секретаршу. Ты в курсе, что слово «секретарь» означает «хранящий секреты»?

Леа Баденко возвела глаза к потолку и ответила:

— Ну спасибо, Жюльен, а то я не знала! Это все знают! Ладно, присылай мне свой список, возможно, это сузит круг наших поисков.

***

Баденко потянулась. Она только что просмотрела школьные досье Дюкуинг и Айеда и не нашла в них ничего интересного. У обоих учеников были блестящие характеристики и высшие оценки, и, судя по всему, ни одно событие не нарушило спокойное течение их школьной жизни. В это время Луиза была погружена в досье «Школьная жизнь» — картонную папку, содержащую десяток зеленых конвертов. Она нарисовала на магнитной доске две колонки, одну — для Дюкуинг, другую — для Айеда. Каждая колонка содержала список учеников и преподавателей их класса, расписание уроков на 2001/2002 год, список учеников-спортсменов и план расположения комнат в интернате. Баденко встала и подошла к доске.

— Похоже, ничего не вырисовывается?

— Пока что я пытаюсь сгруппировать элементы, чтобы у нас была общая картина.

Запищал телефон Баденко — это пришло сообщение от Келлера.

— Вот кто даст нам пищу для размышлений. Жюльен прислал мне список старых школьных друзей Айеда.

И она стала зачитывать имена с экрана телефона:

— Мириам Годен, Фредерик Фейар, Александр Шаффер, Давид Шаффер и Орелия Мартен. По словам Жюльена, Шафферы были лучшими друзьями Магида Айеда.

— Братья Шафферы и Орелия Мартен учились в выпускном классе «С» вместе с Айедом, — заметила Луиза и выделила их фамилии на доске в столбце Айеда. — Годен и Фейар — нет… но я вижу их здесь — в сборной по легкой атлетике. Наверное, они учились в параллельном классе.

— Я откладываю эти пять досье и разбираюсь с ними, — объявила Баденко.

— Хорошо. А я начинаю читать о произошедших инцидентах.

Не прошло и пяти минут, как Луиза вздрогнула и громко прокомментировала:

— Оказывается, молодежь не стала дожидаться появления социальных сетей, чтобы травить друг друга! И доказательство у меня прямо перед глазами!

— О чем речь? — машинально спросила Баденко.

— Отчет не очень подробный, но, по словам классного надзирателя, в школьном кинотеатре во время сеанса распространяли фотографию какого-то голого подростка. Думаю, вы себе это представляете.

— М-м-м… Взрослея, мы спешим забыть, на какую жестокость способны подростки по отношению друг к другу. Если присмотреться, социальные сети только придают размах и делают заметным явление, которое существовало всегда.

Луиза кивнула и вернулась к работе. Следующие полчаса прошли в обстановке рабочей тишины, иногда прерываемой шелестом переворачиваемых страниц.

— Я закончила, — наконец объявила она. — Двадцать сообщений об инцидентах за год: не считая травли, это драки, кражи, оскорбления и порча имущества. Четыре случая я отложила в сторону, попытаюсь выяснить о них больше.

— Слушаю вас.

— Четыре случая граффити — обо всех сообщил обслуживающий персонал. Однако ни в одном из документов не упоминается содержание этих надписей. Поэтому невозможно соотнести с нашей пресловутой аббревиатурой!

— Понимаю! — кивнула Баденко. — И что вы собираетесь делать?

— Надавить на нашу лучшую подругу Терезу. Для этих четырех досье именно она заполняла электронные формуляры, прежде чем распечатывать их на бумаге.

— Тогда желаю удачи!

Луиза кивнула, сделала глубокий вдох и вышла в коридор победным шагом с зеленым конвертом в руке. Подойдя к двери с табличкой «Тереза Маньес, секретарь директора», она постучала и сразу вошла, не дожидаясь приглашения. Тереза говорила по телефону. Она метнула в Луизу злобный взгляд, но была вынуждена свернуть разговор, так как пришлая хамка уселась прямо напротив нее.

— Послушайте, мадам, я работаю, и вы не можете врываться вот так.

— Я могу все, и вы это отлично знаете, — перебила ее Луиза бесстрастно, но твердо. — Я могу прямо сейчас конфисковать все документы на вашем столе, обязать вас в течение сорока восьми часов помогать мне разбираться в компьютерных файлах вашего