Десерт из тайн для Скорпиона - Соль Решетникоф Страница 11

Даниэла вытащила из конверта пеструю открытку с шарами, веселыми детьми и зверушками.

– «Чао, Даниэла! Как поживаешь? С наилучшими пожеланиями, друг отца. Энио». Как мило! – Лицо Даниэлы вдруг засияло.

– Ну вот! Есть человек, который думает о тебе.

– Я его не знаю. «Энио». Нет, не знаю. Я совсем смутно помню маму, а вот папу уже совсем нет. Он редко бывал дома. Слишком много работал, – снова загрустила Даниэла, опуская открытку на колени.

– Зато сейчас твой отец смотрит на тебя с небес. Глянь в окно. Видишь, там, за облаками? И посылает тебе своего друга. – Наоми обняла ее за плечи, с радостью потрясла, взяла из рук Даниэлы открытку.

– Подожди, что тут написано?

– Где?

– Вот же, чуть ниже, мелким почерком.

– Что?

– «Минус год до встречи с тобой». Он хочет с тобой встретиться! И обязательно тебя удочерит! – Она легонько толкнула подругу плечом. – Только не забудь потом про меня!

Даниэла оживилась, улыбнулась. Наоми даже казалось, что она слышит, как забилось сильнее сердце подруги. Кем бы ни был тот человек, он единственный, кто подарил им надежду.

– «Минус год до встречи с тобой»! – Даниэла поднялась и закружилась с открыткой по комнате. Наоми запрыгала рядом с ней, пока они не повалились со смехом на пол. – Когда он захочет меня удочерить, я скажу, что без тебя не тронусь с места. Мы всегда будем вместе. Слышишь? Всегда!

Наоми снова схватила за руки Даниэлу, запрыгала, закружилась вместе с ней по комнате. Но потом резко остановилась. Как-то уж странно звучала фраза на открытке «минус год до встречи с тобой». Что она могла означать?

– Какое счастье, Наоми! Конечно же, он нас удочерит! Мы будем как две сестренки. Какое счастье, Наоми! Ну же? Хватит думать! Это же удача! Нам улыбнулась удача!

Повеселевшая Даниэла снова повалила Наоми на пол, обнимая ее и целуя. Но Наоми легонько оттолкнула ее, поднялась с пола и серьезно продолжила:

– Знаешь, что случилось в бане, когда я упала в обморок? Ко мне приходила старуха. – При воспоминании ее передернуло, по телу побежали мурашки.

– Ясное дело, ведь скоро Мундупате, мертвые к нам, живым, приходят, – вспомнила Даниэла то, что рассказывала на днях Франческа. Поднялась с полу, собрала растрепавшиеся длинные, упругие волосы Наоми в косу. – Так что за старуха? Может, хотела украсть немного костей с кухни? Что она так рано притащилась? – Пробовала шутить Даниэла.

– Это же дух! Где ты видела, чтобы они ели кости? И приходят они, когда захотят. Не нужно им твоего приглашения, – цокнула языком Наоми.

Даниэла насторожилась. Ее руки замерли.

– А может, это смерть к тебе приходила?

– Да ладно тебе, Дани. Смерть – это вовсе не страшно, люди все выдумывают. На самом деле ты летишь себе птицей. Можешь так до звезд долететь. Можешь – сквозь стены и облака. Украсть яблоки из подвала – пожалуйста!

– Надавать тумаков противному Диего? – Непонятный холодок, что пробрался до костей, отступил и она завязала ленту на косе Наоми.

– Проще простого! И ничего тебе за это не будет. Только эта старуха все болтает и болтает.

Даниэла села рядом и заглянуло в глаза подруге.

– Так разве ты умирала?

– Это слишком сложно объяснять.

– И что же интересного рассказала твоя старушенция?

– Говорит, что лет сто с лишним назад, когда ее отец был герцогом, они жили на этой вилле. Что убираться отсюда она не собирается, ибо не может оставить свою деточку. И назвала меня «анима белла». – Наоми так смешно сложила губы трубочкой, что Даниэла залилась смехом. – Ходит по комнатам туда-сюда, на кухню часто шастает. Любит, когда мы «Деву Марию» поем или когда сестра Франческа «Отче наш» читает. – Наоми вытаращила глаза, изображая мертвеца. – Смотрит на меня пустыми глазницами и все говорит, говорит.

– Все ты выдумываешь, Наоми! – схватилась за живот Даниэла.

– Ну и не верь. Что сын ее промотал все наследство, зато за дочь уж очень переживает. Еще что-то про нее рассказывает, но я ничего не разобрала.

– Ох, Наоми! От твоих разговоров меня сейчас стошнит.

– Может, попросим ее поговорить с твоими родителями? – Наоми забралась с ногами на кровать.

– Бр-р-р! Нагнала ты на меня страха. – Даниэла передернула плечами.

– Перестань. Неженкам здесь не выжить. Диего бы уже давно тебя задушил, Линда отобрала бы куклу Марию, а сестра Несчастье заморозила бы на утренней молитве.

Даниэла сложила руки на груди:

– Обещай, что ты будешь со мной всегда!

– Даже не сомневайся!

– Хорошо, давай тогда поиграем во что-нибудь веселенькое. Например в прятки.

– В ловлю конфет ртом? У меня сегодня шоколадное драже!

Даниэла всплеснула руками.

– Ты снова украла их у сестры Несчастье?

– Тс-с! Тихо. Просто позаимствовала. Она и так толстая, как пасхальный кулич.

– Но это несправедливо!

– Тоже мне, адвокат! Давай лучше в прятки.

Девочки со смехом побежали по комнате. Уже на лестнице Наоми остановилась, бросила взгляд на запотевшее окно.

– Видишь темную фигуру в плаще? Лицо старческое. Это она.

– Кто «она»? – застыла Даниэла, разинув рот.

– Старуха. Веришь теперь?

Глава 10. Пожар

Дети-Скорпионы обычно проявляют смелость и решительность в опасных ситуациях. Они инстинктивно ищут способы защитить себя и близких, а их естественная настороженность и склонность к глубокому анализу помогают быстро оценить ситуацию и найти наилучший выход.

За несколько дней до своего восьмого дня рождения Наоми в холле доедала хлебец, смазанный ежевичным вареньем, и рассматривала горлицу на подоконнике, которая заглядывала ей в глаза, словно выпрашивала еду. Наоми сжалилась над ней, открыла окно, раскрошила по подоконнику остаток полдника. Птица, почуяв тепло, тут же под детские оживленные крики и смех залетела внутрь, заметалась из угла в угол. Но тут в холле появилась Грация. В одной руке она держала Новый Завет, в другой – метлу, расхаживала по комнатам и проверяла, насколько Пия добросовестно вымела паутину.

И тут она заметила птицу. Размахивая метлой, закричала:

– Ты же дьявол во плоти! Принесешь несчастье всем, кто окажется рядом с тобой! Таких, как ты, раньше сжигали на костре!

Наоми поморщилась, чтобы не рассмеяться – как же Грация напоминала ей упитанную ведьму! – с вызовом ответила:

– Но ведь я ничего плохого не сделала! Всего лишь хотела покормить замерзшую бедняжку.

– На тебе клеймо! – злобно пыхтела Грация, пытаясь выпроводить горлицу из комнаты. – Бог наделил тебя таким от рождения. Да что можно ожидать от той, чья мать бросила дитя в приюте? Клеймо знак судьбы, а не Бога.

– Неправда! Мой отец боролся… за справедливость, – вспыхнула Наоми, оглядываясь на Даниэлу.