Тайная академия слуг - Ким Иын Страница 108

На самом деле сегодняшняя встреча была поручением Чон Ихва. Она посчитала, что Пэк Дохёна можно использовать в качестве противовеса. Она знала, что Чон Гымхи не пойдет у нее на поводу и не будет слушаться ее указаний. Однако намерения Пэк Дохёна были далеко не так очевидны – он не собирался просто избавиться от назойливой мачехи. Он считал, что, чтобы вырасти и стать тигром, нужно победить ее. Для него Чон Гымхи – просто одна из множества преград, которые он должен преодолеть.

Дохён точно осознавал свою позицию и роль. У него были амбиции, воля и сила, чтобы возглавить компанию такого масштаба. Зная, что Чон Гымхи может предоставить ему безопасность, он все равно решил выйти в открытое поле и сражаться в одиночку, чтобы победить. Он будет рвать, проливать кровь, испытывать боль в сломанных костях, но победит и вырастет. Действительно, настоящий тигр… Он был совсем не прост.

Ли Джинук почувствовал, что его симпатии на стороне Пэк Дохёна. Не из-за богатства, не потому, что он завидовал ему. Джинук давно избавился от таких примитивных чувств – с тех пор, как чудом выжил на Филиппинах. Он жил как дикий волк – вырвавшись из тесной клетки привычного мира, свободно бродя по лесу и борясь за свое выживание. И с каждым днем его дикая сущность все сильнее проявлялась в нем. Теперь он был уже слишком диким и далеким от мира – вернуться обратно становилось все сложнее.

И поэтому Джинук чувствовал одиночество. Он всегда бродил где-то за гранью, каждую ночь ворочался и не мог уснуть, снедаемый чувством одиночества, – ему было некому открыть свою душу. Но Пэк Дохён словно поощрял эту дикость в нем и ориентировался на нее. Он не пытался залезть под крыло матери, не стремился идти по легкому пути – он хотел вырваться на просторы саванн и, может, даже мог бы скитаться вместе с ним. Так ему казалось. Джинук почувствовал в нем товарища.

Вожак волков и тигренок… В них колыхался этот дикий дух, еще сильнее раззадориваемый ветром. Ветер имеет такую силу – он заставляет вспыхнуть чувства, как будто кровь, что давно застыла в жилах, снова начинает циркулировать, и грудь наполняется жаром. Это как желание испытать себя на границе жизни и смерти.

* * *

После возвращения из Кохына они стали парой. Это была их общая тайна – и оттого любовь казалась еще слаще. В этом и есть вся прелесть секретных отношений между сотрудниками в компании.

На важных переговорах Кан Чжунсок время от времени посылал Хан Соджон нежные взгляды. Она отвечала ему – и только он мог понять значение этого взгляда. В такие моменты в мире оставались только они двое.

Наедине они были нежны друг с другом. Они не знали, хорош ли этот мир, а если нет – станет ли он лучше, – но для них двоих он был прекрасен тем, что они были друг у друга. Об этом говорили их полные любви взгляды.

А их диалоги… Вот, например. «Во сколько завтра встреча?» – «В семь утра – утреннее совещание, в десять – встреча по поводу нового проекта, а после обеда – визит на стройплощадку». «А-а-а, сегодня я так устал, все тело словно каменное…» – «Принести чашку ромашкового чая?» Со стороны казалось, что это обыкновенные разговоры между начальником и секретаршей, но в них было большее: «Я хочу быть только с тобой, смотреть только на тебя, хочу взять тебя за руку и заглянуть в глаза, хочу…» Так их можно было расшифровать.

Хан Соджон принимала участие во всех важных встречах и делах компании. Это было естественно, ведь она была личным помощником Чжунсока. Отношения отношениями, а работа работой. Должность помощника была отличной позицией для того, чтобы понимать весь ход работы компании и быть в курсе всех процессов.

Итак, Кан Чжунсок признался Хан Соджон в своих чувствах, да еще и в таком сокровенном для него месте – все шло по плану Академии. Еще немного, и они поженятся.

В семьях крупных бизнесменов браки по любви редкость – приняты так называемые стратегические браки. Стратегия заключается в том, чтобы выбрать подходящего жениха и невесту, от брака которых выиграют обе семьи – это позволит им расширить свое присутствие и сферу деятельности. Традиционно такие стратегические браки широко использовались и в Европе, и в Азии – аристократами и правителями. Поэтому люди считают само собой разумеющимся, что владелец компании должен уметь с легкостью переступить через собственные чувства ради своей компании и пойти на брак по расчету, а не по любви. Стоит ему вступить в брак с обычным человеком не из своего круга, люди неминуемо начинают шушукаться за спиной и тыкать в него пальцем, делая ставки, сколько продлится этот брак, а сотрудники переживают, не обрушатся ли акции и не пошатнется ли имидж компании от такого нелепого брачного союза…

Но это касается лишь первого брака. К супругам, с которыми заключаются второй и последующие браки, проявляют большую терпимость. Во втором браке чаще всего есть место искренней любви. Если они поженятся, история превращения Золушки в принцессу будет у всех на слуху. Кто-то позавидует или позлословит, а кто-то восхитится решением Кан Чжунсока выбрать любовь.

Одним словом, не было никаких проблем. И в любви, и в работе все шло гладко, все развивалось так, как ей и предсказали в Академии. Больше всего ее радовали моменты, проведенные с Кан Чжунсоком. Они были теплыми, спокойными, и благодаря им воспоминания о сложном прошлом отступали, уступая место счастливому и яркому будущему, которое рисовало ее воображение.

Но когда они ели вместе, Хан Соджон вспоминала Хан Донсика. Когда Чжунсок отделял для нее мякоть рыбы от костей, чистил креветок, нарезал идеально прожаренный стейк и выкладывал его ей на тарелку, – она неизменно вспоминала отца.

Соджон вспоминала эту сцену: Хан Донсик, сидя на корточках перед хлипким складным столиком, выкладывал на горку риса только что пожаренную скворчащую яичницу – ему повезло унести с собой пару яиц с птицефабрики. И мелко нарезал кимчхи, которым с ними делилась хозяйка дома. В середине стола он торжественно ставил жестяную кастрюльку с рамэном – они ели из нее, по очереди вытягивая лапшу палочками…

Вот что такое настоящая забота. Когда кто-то пытается воскресить в