Простить или убить? - Соня Бейтман

Соня Бейтман

Простить или убить?

Sonya Bateman

THE HUSBAND KILLER

Copyright

. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Пролог

Мой муж умер вторым.

Быть второй жертвой серийного убийцы – не самая завидная участь; в утешение можно сказать, что его смерть стала для людей предупреждением о том, что убийства продолжатся. Но в будущем о нем никто не вспомнит. Обычно в памяти откладываются не вторая, а первая и последняя жертвы. Но и последней он не стал.

Гораздо заметнее смерть мужа стала для меня. Она изменила мою жизнь.

К лучшему.

Первой жертвой был Андреас Данн, автослесарь, живший с женой и двумя сыновьями в трейлере на окраине города. Его убили за два месяца до смерти моего мужа, и, казалось, Андреаса ничто не связывало с Джорджем «Большим Джо» Рамиресом, кроме того, что они оба умерли. В гибели моего мужа полицейские нашли много общего с первым убийством и уже тогда догадывались, что имеют дело с серией, но меня все равно допросили.

Так и полагается. В первую очередь всегда подозревают супругов, верно?

Допрашивали с пристрастием, ведь на момент предполагаемой смерти мужа у меня не имелось железного алиби. И, естественно, у меня были все причины убить Джорджа. Три его ночных клуба в соседнем Альбертоне теперь принадлежат мне. Это очень роскошная страховка за…

Тайное насилие.

Да, мой муж был чудовищем, и не он один. А вы знаете, что каждая третья женщина – и каждый четвертый мужчина – страдают от жестокого обращения со стороны партнера? Скорее всего, жертвы есть среди ваших знакомых. А может, это вы сами?

В моем случае верны оба варианта: я сама была жертвой насилия и знала еще как минимум одну женщину, которая испытывала то же самое. В процессе расследования, вероятно, мне встречались и другие.

Судя по частоте случаев бытового насилия в пригороде Медоудейла, где проживает около двух тысяч человек, убийце было где разгуляться. Теоретически жертвами Карателя Бессердечных могли стать по крайней мере триста человек. Как и любой серийный убийца, Каратель придерживался четких рамок. Общие черты вырисовывались еще с самого начала расследования: преступник охотился за мужчинами, избивающими своих жен. Разумеется, при таком раскладе полиция никак не могла определить потенциальных жертв преступления до того, как убийца нанесет удар, поскольку никто из мужчин не признался бы в жестокости.

Во всех убийствах четко прослеживался один и тот же почерк. Все мужчины были убиты одиночным выстрелом в голову, и, судя по выражению лиц, смерть их застала на пике ужаса. Уже в конце преступник переворачивал жертв на спину и складывал им на груди руки, словно они просили прощения.

Отсюда его имя.

Полицейские всё понимали. Они дали этому серийному убийце прозвище еще до СМИ, объясняя преступления тем, что погибшие издевались над своими женами и тем самым нарушали клятвы, данные на свадьбе. Мужья поручились жизнью и поэтому должны умереть. Как обещано: пока смерть не разлучит нас. В новостях не показывали позы жертв, чтобы выявить настоящего серийного убийцу и отсеять тех, кто звонил с ложными признаниями, лишь привлекая к себе внимание.

Но дело Карателя Бессердечных пошло не по типичному сценарию. Чаще всего с каждым известием о новом преступлении в обществе растет ненависть к убийце. В этом же случае люди испытывали отвращение к жертвам, а самим преступником тайно – или даже открыто – восхищались.

Если бы у Карателя был фан-клуб, я бы обязательно в него вступила.

Каково это, Джордж? Осознавать, что на тебя направлено оружие и что теперь ты являешься жертвой насилия, неважно, бытовое оно или нет?

Ты чувствовал себя мелким, ничтожным, плохим, беззащитным? Ведь рядом с тобой я себя ощущала именно так…

Надеюсь, когда пуля пробила череп, тебе было мучительно больно. Надеюсь, ты еще пожил, чтобы прочувствовать, как безжалостный кусочек металла разрывает мягкие ткани, как кровь заливает жалкое подобие мозга.

Надеюсь, ублюдок, ты обо всем пожалел.

Отрывок из книги Кристал Рамирес «Каратель: роман о реальном преступлении. Взгляд изнутри» (произведение находится в процессе написания)

Глава 1

Джослин

На ужин я решила приготовить новое блюдо, рецепт которого увидела у популярного блогера. Свиная вырезка с соусом песто, запеченная в беконе, а на гарнир фаршированный картофель и сахарный горошек. Выглядело замечательно, да и девочкам должно понравиться. К счастью, они не привередливы в еде.

А вот реакцию Мэттью было сложно предугадать. Муж обычно нормально относился к новым блюдам, если они не слишком экзотические. Но если день выдавался трудным и общение с клиентами проходило не слишком гладко, он воспринимал только знакомую пищу.

Я усвоила, что на такой случай нужно держать про запас несколько его любимых блюд, ведь никогда не знаешь, чего ожидать.

Пока я готовила, девочки в гостиной играли в игру, которую придумали еще в школе. Мэттью я ждала не раньше чем через час. В просторной кухне было тихо, я включила кухонный комбайн, чтобы смешать соус, и, прежде чем взяться за мясо, огляделась вокруг, чтобы в очередной раз почувствовать, как мне повезло.

Я всегда любила готовить, но раньше мне не хватало места и возможностей. Теперь же я находилась в кухне своей мечты – просторной, чистой, оснащенной самой современной техникой. В центре над гранитным островком висела идеально подобранная медная утварь, стеклокерамическую плиту дополнял духовой шкаф. Сиял хромом массивный двухдверный холодильник с ледогенератором. Радовали глаз бесконечные шкафчики, кофемашина с огромным количеством функций, керамическая плитка на полу и стенах. Все это великолепие находилось в самом сердце кирпичного дома, в котором, помимо кухни, было пять спален, три ванные комнаты и стационарный бассейн. Дом стоял на участке размером почти с гектар, а сразу за границей нашей земли начинался живописный лес.

Идеальный дом, идеальная жизнь по-настоящему богатых людей. Я могла себе позволить не работать и заниматься обожаемыми дочками-близняшками. Нам не приходилось волноваться, где взять денег на оплату счетов, покупку школьных принадлежностей или продуктов на неделю. У мужа была стабильная высокооплачиваемая работа, а сам он выглядел так великолепно, что женщины то и дело оборачивались ему вслед. И пусть с годами между нами не осталось романтики, со стороны картинка выглядела безупречно.

Вспоминая,