Друзья познаются в огне [litres] - Леонид Андреевич Андреев Страница 47

Иванович прямиком направился туда. Митька был дома и находился в тревожном состоянии. Его взгляд блуждал, ища философский камень. Колосники во рту горели. Поэтому Митька был несказанно рад визитёру и сразу же попросил у него взаймы трояк, чтобы сбить жар души. Оперный певец не стал ломаться и помог страждущему, выдав ему безвозмездно трояк. Митька мухой слетал в магазин, и бутылка портвейна украсила захудалый стол. Первым делом Митька предложил выпить оперному певцу, но тот вежливо отказался. На что Митька не обиделся, а сразу же ополовинил полбутылки прямо из горла. После этого довольно крякнул и произнёс:

— Ну, а теперь спрашивайте, что вы хотели узнать у Митьки?

— Меня интересует женщина, которая здесь недавно проживала с каким-то мужчиной. И как скоро я могу её увидеть, Дмитрий?

— Ишь чего захотел! Увидеть, да ещё скоро, — проговорил дворник, уже начиная соловеть. — Нет, мил человек, ни близко, ни скоро ты её не увидишь.

— Это почему же так?

— А потому что она утопла.

— Что значит утопла? Утонула, что ли?

— А я что говорю? Утопла.

— И когда же она успела утопнуть, если я её совсем недавно видел?

— А вот неделю назад и утопла, царствие ей небесное. Да весь город говорит об этой аварии, а ты не знаешь.

И Митька вновь потянулся за бутылкой. Но Владимир Иванович преградил ему дорогу к спасительной влаге, опасаясь не услышать от Митьки самого главного.

— Давай, рассказывай всё до конца. Успеешь ещё напиться.

Недовольный Митька что-то пробурчал, а затем плотно придвинулся к оперному певцу и стал тихо говорить ему на ухо.

— Вилку и Витьку-напёрсточника выследил Кнут в моей квартире. Ну и потряс их тут хорошенько.

— Стоп, стоп, стоп! Ты что мелешь? Какая Вилка, какой Кнут? Ты можешь говорить попонятнее?

— Ага… — прохрипел Митька. — Попонятней? Ну, тогда слушай, командир. В общем, попались наши голубки бандюгам. Они их и хлопнули.

У Владимира Ивановича пробежал холодок по спине и появилось жгучее желание покинуть Митькин уютный уголок. Но он преодолел это неприятное чувство и продолжил расспрашивать дворника.

— А почему же они тебя не хлопнули?

— Ха, нужён им нищий и вечно пьяный Митька. С которого нечего взять, кроме анализов.

— Понятно. Ладно, рассказывай дальше.

— А дальше было так. Это мне потом всё Борька-напёрсточник рассказал, из компании Кнута. Так вот, посадили они твою красавицу в машину и куда-то повезли. Увидев это, Витёк погнался за ними на своём «москвичонке». Так они его столкнули в кювет, а сами долбанулись в опору моста, да так, что от них ничего не осталось. Их на второй день из реки в машине подняли. Всех опознали, правда, с большим трудом. Ну и всех вместе захоронили. Вот и всё, мужик, а сейчас отдай бутылку.

Владимир Иванович сделал несколько глотков из горла и передал бутылку Митьке. Далее, ничего не говоря, он покинул сие заведение.

Последнее время Виолетта находилась в каком-то полусне-полубреду, до конца не понимая, где она находится и что с ней происходит. И всё это из-за сильнейшего нервного срыва, произошедшего с ней. Ведь она намеревалась свести счеты с жизнью. И когда по прошествии нескольких дней сознание её просветлело и она пришла в себя, то ужаснулась тому, насколько тяжелым оказалось её настоящее положение. Виолетта закрыла лицо руками и заплакала.

Валерий Павлович, узнав от медсестры о том, что спасённая им женщина пришла в себя, поспешил в её комнату.

— Зачем, зачем вы спасли меня? — всхлипывая, обратилась Виолетта к Валерию Павловичу, узнав своего спасителя. — Зачем продолжать цепляться за эту никчёмную жизнь, которая унижает и убивает тебя на каждом шагу? Которая беспощадно забирает самых близких людей? Зачем?!

И Виолетта вновь разрыдалась.

— Хорошо, хорошо. Успокойтесь, пожалуйста. Я зайду к вам попозже. Главное, что вы пришли в себя, — успокаивающе произнёс хозяин дома и удалился, попросив медсестру повнимательнее приглядывать за больной.

К вечеру напряжение спало, и Виолетта немного успокоилась.

— Ну, вот и славненько, — ободряюще произнёс архитектор. — Плохое всегда проходит. Это касается погоды, природы и конечно же людей.

Валерий Павлович, увидев смущение молодой женщины, улыбнулся ей:

— Виолетта! Пожалуйста, отбросьте смущение, неудобства и прочие комплексы и чувствуйте себя как дома. Ну, почти как дома.

По всему было видно, что Виолетта понравилась Валерию Павловичу, старому вдовцу.

Пожилой мужчина вздохнул и присел на постель Виолетты. Он положил свою большую ладонь на её изящную руку и тихо произнёс:

— Виолетта, я думаю, придёт такое время, и вы когда-нибудь расскажете о себе и о своей жизни. А пока мне хотелось бы видеть вас весёлой и выздоравливающей. Посему предлагаю начхать на хворь, вылезти из этой удручающей постели и пройтись со мной по моему великолепному саду. Я вам покажу редкостные растения и деревья, от которых вы окончательно избавитесь от хвори и депрессии. Ну, хотя бы на время. А какой у меня дом и строения! Это я всё сам мастерил, ваш покорный слуга, архитектор.

Всё это время, пока он говорил, Виолетта отрешённо смотрела на него, как затравленный зверёк, всё ещё не понимая, что с ней произошло.

После падения с моста и перенесённого до этого стресса женщина находилась в сильнейшем психическом срыве и всё происходящее вокруг воспринимала крайне негативно и с опаской. Поэтому оптимистическое предложение смазливого, как кот, хозяина дома погулять в саду Виолетта пропустила мимо ушей. Проигнорировала она и все последующие предложения Валерия Павловича, тупо глядя перед собой и равнодушно внимая увещеваниям рядом сидящего уже пожилого лысого мужика, невесть каким образом возникшего в её жизни. И когда Валерий Павлович вознамерился слегка приподнять её, потянув за руку, Виолетта взбунтовалась.

— Какого чёрта вы хватаете меня своими ручищами? Зачем вы притащили меня в свой дом? Хотите обворожить меня своим богатством, а потом попользоваться красивой, молодой женщиной? Немедленно вызовите «скорую» и отправьте меня в больницу! Я не желаю больше находиться в этом доме! Убирайтесь отсюда, мне нужно одеться! Старый пень.

И она, отшвырнув одеяло, попыталась встать с постели, но слабость не позволила ей этого сделать, и она рухнула на пол, вновь потеряв сознание.

Уже к ночи Виолетта вновь пришла в себя. Валерия Павловича уже рядом не было, возле кровати тоскливо сидела медсестра, равнодушно перелистывая какой-то журнал.

— А, ну вот и замечательно, что вы пришли в себя, — бодро произнесла девушка в белом халате. — Насчёт вас Валерий Павлович распорядился следующим образом. Если вы чувствуете себя достаточно уверенно, то он вас не задерживает. Вы свободны. Ваша одежда на стуле, такси я вызову прямо сейчас.

Медсестра улыбнулась и подошла