Друзья познаются в огне [litres] - Леонид Андреевич Андреев Страница 43

— И не подумаю, пока не разрешу кучу дел, которые ты, кстати, перевалил мне со своего дежурства, Паша.

— Ну и скотина же ты бесчувственная, Вася, — произнёс Паша и покинул отделение милиции, услышав в свой адрес оскорбления Васи.

Артём, хоть и не надеялся сам на себя, всё же уговорил себя встать рано утром, памятуя о том, чтобы помочь Петру «усесться» в вагон. Продрав глаза после вечернего возлияния, он медленно шёл к выходу из зала ожидания, когда увидел двоих молодцев, катящих спящего Петра в неизвестном направлении. Крадучись, он всё время следовал за ними и был свидетелем жестокого избиения.

И уже через час, чавкая ногами по грязи от разразившегося ливня, Петра волокли пятеро бомжей, которых привёл Артём. Неимоверно ругаясь и матерясь, они тащили бесчувственного Петра окольными путями в свою вотчину. Помогавший тащить Петра поп-расстрига постоянно сдерживал и пресекал матерную ругань своих товарищей по несчастью.

В это же самое время, под проливным дождём, лейтенант милиции Павел Прохоров вместе с двумя сержантами безуспешно пытался обнаружить избитого инвалида. Не найдя его, милиционеры, тоже ругаясь и матерясь, вернулись в отделение.

Глава 9

Виолетта и Виктор поселились в такой глухомани сибирского края, что сам чёрт не смог бы их разыскать. Вот насколько был велик их страх перед мщением подельников Матёрого. Но с течением времени страх притупился, а деревенский образ жизни настолько осточертел, что уже через месяц Виолетта всё чаще стала напоминать Виктору о возвращении в Москву по той причине, что она соскучилась по дочке и желает забрать её. На что Виктор всегда резко отвечал:

— Тебе надоела жизнь, Виолетта? Не надо играть с огнём!

Виолетта, как всегда, огрызалась:

— Да, надоела такая жизнь! Я с детства росла в городе и не привыкла крутить хвосты коровам и чесать свиньям спины. В этой деревне, куда ты меня затащил, я скоро сойду с ума от тупого времяпрепровождения.

— Так работай, и всё образуется. А к вечеру будешь валиться с ног от усталости. Так что некогда будет сходить с ума.

В общем, подобные перепалки стали учащаться с каждым днём. Проживали они в небольшом деревенском домишке, любезно предоставленном родным дядей Виктора, которого нелёгкая занесла в Сибирь и который уже давно звал своего племянника посетить замечательные прибайкальские просторы. На некоторое время Виктор вновь приноровился к нелёгкому крестьянскому труду. Он сам был сельский парень, но, как и большинство молодёжи, не выдержал серой деревенской обыденности и укатил в столицу за красивой жизнью. Общие трудности и совместная жизнь помаленьку сблизили Виктора и Виоллетту. Тем не менее Виолетта всегда держала дистанцию, позволяя Виктору находиться рядом с собой только на дружеской ноге, не более того. Она жила только одним — поскорее уехать из этой глухомани и забрать дочурку. Виктор тоже не собирался долго задерживаться в этой затерянной сибирской деревеньке. Он наметил определённый срок, который они с Виолеттой должны выдержать, а затем вновь вернуться в Москву, когда всё успокоится и про них забудут. Виолетту волновал законный вопрос: чем они будут заниматься по возвращении в столицу? На что однажды Виктор уверенно ответил:

— Мы славно заживем, Виолеточка, и я знаю как. Я открою финансовый филиал, куда будут большим потоком стекаться огромные деньги от граждан. Как только соберётся большая сумма, я буду возвращать деньги вкладчикам с большими процентами. В результате ко мне польются ещё более крупные вклады. И так далее. Этому меня один дружок надоумил, который недавно приехал из Америки. Говорит, очень выгодное дело. Нужна только первоначальная сумма, чтобы открыть и зарегистрировать этот филиал.

— И где же ты возьмёшь эту первоначальную сумму денег? — насмешливо произнесла Виолетта. — Разве что займёшь у коров или у свиней с петухами.

— Не смейся, Виолетта. Раз я так говорю, значит, найду эти деньги.

И не выдержав, он тихо произнёс:

— У меня они уже есть, осталось дело за малым — перебраться в столицу либо в какой-нибудь областной крупный город.

— Ну-ну, колись, коль проговорился. И где же ты их добыл? Под своими долбаными напёрстками?

Виктор огляделся по сторонам и, придвинувшись к Виолетте, тихо произнёс:

— Я их взял у Матёрого, они ему тогда уже были не нужны. Зачем пропадать добру?

— Обалдеть! — качая головой, произнесла Виолетта. — Какой же ты после этого идиот. Ты представляешь, какую страшную беду ты навлёк на себя, да и на меня теперь? Да за эти деньги подельники Матёрого в два счёта вытащат нас из твоей навозной деревни и разорвут на части.

— Не разорвут. Я когда встану на ноги и разбогатею, сам верну им эти деньги, с лихвой.

— Боже, какой же ты дурак! Да пока ты разбогатеешь, твою голову точно снесут.

Немного успокоившись, Виолетта произнесла:

— Ну, и какая же у тебя сумма, и где ты её прячешь? Надеюсь, не в свинарнике и не в навозной куче?

Виктор отдёрнул половицу возле печки и достал из тайника борсетку Матёрого. Открыл её и выложил содержимое перед Виолеттой. Взглянув на деньги, преимущественно валюту, женщина присвистнула.

— Вот это да! С такими-то деньгами не то что филиал открывать — на них можно остров в Тихом океане купить у проклятых буржуев.

— А я тебе что говорю, Вилка, — весело подмигнул Виктор.

— Какая я тебе Вилка, деревенщина ты неотёсанная, — возмутилась Виолетта. — До каких пор ты будешь унижать меня этим оскорбительным прозвищем?

Виктор упал на колени перед Виолеттой и нежно промурлыкал:

— Прости меня, милая моя бурёнушка, впредь буду только ласково называть тебя. Василёк мой ненаглядный.

Виолетта от души рассмеялась и ласково глянула на Виктора:

— Всю жизнь мечтала быть бурёнкой с большим выменем. Ох, бычок ты мой бурёночный. Ладно, хоть так называй, по-деревенски.

В свою очередь, Виктор нежно посмотрел на красивую женщину и вознамерился обнять её за талию, сгорая от страсти.

Виолетта вскочила со стула и зло произнесла:

— Не приближайся! После того как надо мной надругался Матёрый, я вас, мужиков, на нюх не переношу. Сволочи!

Затем она вновь присела и, помолчав, примирительно произнесла:

— Наверное, должно пройти немало времени.

Виктор понял, что этим хотела сказать женщина. Он тяжело вздохнул и вышел во двор колоть дрова.

Не прошло и двух дней, как Виктор передал деньги на сохранение Виолетте, и та резко засобиралась в Москву, тем самым нарушив все сроки по конспирации, которые намечал Виктор. Женщина мотивировала это тем, что, во-первых, не хочет потерять дочь, с которой может всякое случиться. Во-вторых, сколько ни