Чума Эпсилона - Сергей Сергеевич Мусаниф Страница 21

— Прости, кэп.

— Бильярд — это явно не твоя игра, — сказал я.

По счастью, на ботинках скафандра все-таки были магнитные захваты, так что я без особого труда принял относительно вертикальное положение и доплелся до открытого шлюза.

— Ты еще внукам своим будешь об этом рассказывать, — подбодрил меня Генри, когда я завалился в шлюз. Он сразу же закрыл внешнюю дверь и принялся нагнетать атмосферу. — Добро пожаловать на борт, кэп.

— Ты молодец, — сказал я.

— Ты тоже ничего, — сказал он. — Есть в тебе какое-то благородное безумие.

Атмосфера в шлюзе выровнялась, и я с удовольствием содрал с головы шлем. Если выберемся из всего этого живыми, надо будет оставить скафандр на память. В качестве трофея.

Судя по возникшим перегрузкам, Генри не терял времени даром и принялся разворачиваться, ложась на прежний курс. Расслабляться не стоило.

Мы все еще находились в системе Эпсилона, где нарушили, наверное, под сотню местных законов, и легких проступков, которые можно было бы расценить как обычное хулиганство, в этом списке было не много.

Убийства, саботаж, кибератака, порча чужой собственности, угон корабля…

Нарушение правил стоянки, за которое грозил всего лишь денежный штраф, на этом фоне казалось сущей мелочью.

Глава 9

Если все идет слишком легко, скорее всего, оно идет не туда.

Я мог бы выдать это за очередную цитату Трехглазого Джо, но на самом деле мысль принадлежала мне. Она пришла мне в голову в тот момент, когда я пробирался от шлюза до своего капитанского кресла, то есть, времени на обдумывание у меня было совсем немного.

Учитывая, что против меня выступал не кто-нибудь, а сам «Кэмпбелл» в лице своего вице-президента, мне удалось выбраться с космической станции подозрительно просто. Допустим, сам Трехглазый мог зарасти жирком на кабинетной работе и растратить часть своих навыков, но какого черта он взял с собой только двоих, и какого черта они оказались чуть ли не обычными людьми? Почему мой корабль не взяли на абордаж еще до того, как Джо затащил меня в тот треклятый бар, и как я так легко добрался до грузовика, и никто не пытался остановить меня по дороге?

Этому могло быть только два объяснения.

Либо Трехглазому Джо тупо не хватило времени на нормальную подготовку, либо он хотел посмотреть, куда я побегу. Первый вариант казался мне сомнительным, исходя из всего, что мне было известно о Трехглазом Джо, но я склонялся именно к нему, потому что во втором и вовсе не видел никакого смысла.

К тому, что произошло после, когда я оказался в открытом космосе, у меня вопросов не было. Генри был умнее, быстрее и маневреннее, чем посланные на его поимку перехватчики, поэтому в исходе их сражения я ничего удивительного не видел. Если бы ему не пришлось подбирать меня, сейчас он был бы уже в другой системе и очень скоро и вовсе бы оказался за пределами Содружества.

Я плюхнулся в кресло пилота. На «Старом Генри» оно было куда удобнее, чем на грузовике. И гораздо более современное.

— У нас проблемы, кэп, — доложил Генри. — Они подняли остальные перехватчики и блокировали ближайшую к нам точку перехода.

Он вывел картинку на экран, и я увидел два десятка перехватчиков, образовавших защитную сферу вокруг «кротовой норы». Стандартное построение, легко меняющее конфигурацию в момент непосредственной атаки.

Диспетчерская сеть станции восстановилась куда быстрее, чем должна была это сделать по моим расчетам. То ли в расчеты вкралась ошибка, то ли кто-то помог им избавиться от моего вируса. Даже в условиях цейтнота Трехглазый мог успеть подсадить в местную сеть одного из моих «младших братьев».

Трехглазый Джо был прав. Это командная игра, и зачастую в ней побеждает клуб, располагающий самым большим бюджетом. Выходить против «Кэмпбелла» в одиночку… ну, пусть не в одиночку, а в компании с Генри, было чистой воды безумием, и если бы у меня был выбор, я бы ни за что в это не ввязался.

Но карты уже лежали на столе, и мне предстояло доиграть эту раздачу до конца.

До принятия решения Генри вырубил маршевые двигатели, и теперь мы летели просто по инерции. Космическое пространство вокруг нас было огромно и безжизненно, никто к нам не подбирался и не собирался атаковать прямо сейчас. К чему это все, если выбраться из системы можно через ограниченное число точек перехода?

У местных было время, чтобы скоординировать свои действия и выслать за нами что-нибудь посерьезнее, чем обычные перехватчики.

«Кротовых нор» в системе Эпсилона насчитывалось всего три. Ближайшую к нам уже перекрыли, и я дал Генри задание выяснить, как обстоят дела с оставшимися.

— Ко второй уже направлена группа перехватчиков, кэп, — доложил Генри. — Даже если мы двинем туда прямо сейчас, они опередят нас на семь с половиной минут и успеют построиться.

— Что насчет третьей?

— Мои сканеры туда не дотягиваются, кэп, — сказал Генри. — Но я не думаю, что это наш вариант. Точка перехода находится рядом с Эпсилон-9, а на Эпсилоне-9 базируется Четвертый Военный Флот Содружества. Сейчас большая часть его кораблей вне системы, но я уверен, что на нашу долю хватит и оставшихся. Кроме того, вблизи этой точки расположена автономная боевая станция, чтобы никто не мог подобраться к базе флота незамеченным и безнаказанным.

Значит, драка неизбежна, и я могу выбрать только место, где она состоится.

— Твои предложения, пилот?

— По сути, у нас есть выбор только из двух вариантов, кэп, — сказал Генри. — Или прорываться к ближайшей точке, причем делать это уже прямо сейчас, пока они не сумели подтянуть туда более серьезные силы, или уходить из системы на маршевых.

— На это уйдут недели, — сказал я.

— Пятнадцать дней, если мы направимся к альтернативной точке, — сказал Генри. — И, разумеется, нет никаких гарантий, что нас не будут ждать и там, кэп. Это зависит от того, насколько мы им нужны.

Я задумался.

Пока нам не вменялось ничего серьезнее, чем перестрелка на станции, самовольное покидание места стоянки и угон корабля, и, хотя наказание за все перечисленное довольно серьезное, не факт, что ради этого они поднимут на уши Четвертый флот и попытаются перехватить нас за пределами системы Эпсилона. Но чертовы пятнадцать дней…

Если за это время они узнают, что именно