Неоновые огни Орлеана. Преступление - Оксана Бовари Страница 119

— Ты злишься не на бедолагу в фургоне, — сказала она. — Я же вижу, причина в чем-то другом.

Почти не сбавляя скорости, Джон невежливо подрезал элегантный красный седан.

В другом? О, да!

Не будь он за рулем, то наверняка бы что-нибудь сломал. Или даже кому-нибудь. Но катая Миранду по Орлеану, он совмещал приятное с полезным и гасил злость с помощью педали газа. Правда, сейчас этот хорошо проверенный способ помогал плохо.

— Я не понимаю, почему ты до сих пор оставляешь Криса в живых, — сказал Джон. — Это плохо кончится. Убила бы его, как Валериана, и дело с концом.

— Мой план лучше. Я его уничтожу, — ответила Миранда так, что воздух завибрировал от силы этого предзнаменования.

— Он пошел войной на Тимберлейн и вряд ли остановится. Если бы не мой братец, они бы всех поубивали и забрали Мэнди.

— Так вот оно что… Не драматизируй, Джон. Все под контролем и идет так, как должно быть. Мы отстояли Мэнди и сделали бы это и без Солимра. Мои люди справятся. Ты их недооцениваешь.

— А ты переоцениваешь.

Миранда снисходительно улыбнулась, устремила взгляд вперед и вновь растворилась в ускользающей в бесконечность трассе. Подорвать ее приподнятое расположение духа было непросто. Поджог приюта обернулся для Химеры выгодой, несмотря на потерю целого здания и партии Глизерфина.

— Зачем убивать, если можно дискредитировать? — заговорила она вскоре, следя за летящими мимо огнями. — Ривьер уже никогда не станет мэром и не ровен час сам себя угробит… Ты знал, что с некоторых пор его совет предпочитает проводить собрания без него? Занимательно, правда? Но мой личный фаворит это слухи о том, что у него кишка тонка, чтобы убивать. Он боится крови.

— Он отлично компенсирует кишку своими указаниями и кровожадными наемниками. Его не тормознуло даже то, что в пожаре могли погибнуть дети. Не окажись в приюте «крокодилов», даже не знаю… Одним только Глизерфином ты бы не отделалась.

Улыбка Миранды стала шире, а взгляд — довольнее.

— Я предвидела, что Ривьер психанет и отправит ко мне карателей, поэтому Глизерфин не повезли в приют. Грузовик был пуст.

До Джона не сразу дошел истинный смысл ее слов, а когда дошел, его нога со всей силы вдавила в пол педаль тормоза. Ремень безопасности врезался в плечо, из-под визжащих колес повалил дым. «Мустанг» натужно зашлифовал на бетонном покрытии и застыл, окруженный возмущенными сигналами клаксонов.

Джон с негодованием повернулся к Миранде, пропуская мимо ушей ругань водителей.

— Ты знала и побеспокоилась о Глизерфине, а людей оставила там? — не поверил он. — И детей? Я не ослышался?

— Им ничего не угрожало, и детей там не было…

— Ничего не угрожало?!

— Абсолютно. А ты думал, что это счастливая случайность, что мирные не пострадали? Увы, это все мой холодный расчет и предусмотрительность. О поджоге я не думала, но, тем не менее, мои люди были готовы к нападению. Это игра в Го, Джон. Я позволила Ривьеру совершить ошибку, и за его счет получила преимущество. Для Орлеана он теперь не кто иной, как последний подонок.

— А ты спасительница, значит?

Миранда слегка пожала плечами, хладнокровно выдерживая натиск его огненного взгляда.

— Мэнди назвала меня хранителем, так почему бы и не принять этот пост. Не то чтобы на него выстроилась очередь, не так ли?

Сталкиваясь с жидким металлом в глазах Химеры, Джон не в силах был направить гнев против нее. Одного ее взгляда всегда хватало, чтобы остановить его. Чтобы попросить, чтобы повелевать. Чтобы возбудить. Она достигла в этом совершенства: управляла окружающими своей энергетикой и голосом. Гипнотизирующим. Подавляющим. Здравомыслящим. И не было для Джона голоса роднее, даже если она тысячу раз не права.

— Ты сомневаешься во мне? — полу-утвердительно спросила Миранда. Ее потеплевший взгляд с сожалением блуждал по угрюмому лицу Джона. — Понимаю. Это твое право, и не ты один. Но я делаю то, что необходимо и что никто кроме меня не сделает. Ради будущего.

— Я не сомневаюсь, я просто не могу привыкнуть к твоим методам.

— За все приходится платить. Я освободила Орлеан от долгов, пожертвовав зданием, и думай что хочешь, но оно того стоило.

Миранда предпочитала оставаться реалисткой, и гипотетическая гибель людей оставалась для нее управляемой маловероятной переменной. Отчасти Джон был с ней согласен. Деньги по кредитам уплыли мимо кармана Криса, а его драгоценная репутация отправилась псу под хвост — не это ли событие, достойное переворота в людских умах? Возмущенные избиратели явно не будут носить Криса на руках, и никакая жалость к убитому отцу уже не добавит ему очков.

Да и с каких пор, в самом деле, Джона заботят проблемы Столицы убийств, которые наверняка никуда не денутся и через сто, и через тысячу лет?

Гнев Джона сменился на растерянность. Ему ничего не оставалось, кроме как снова запустить мотор и встречно выматерить недовольного таксиста.

Но «Мустанг», казалось, перенял его эмоции и спустя несколько минут издал громкий хлопок. Было похоже, словно кто-то стрелял, но оказалось, что это лопнуло переднее колесо. Машину перекосило, и Джон торопливо сбросил скорость. С тяжким вздохом он съехал к безлюдной обочине, вышел, со злости пнул сдутое колесо и полез в багажник за домкратом и запаской.

Спор был улажен, однако в глазах Миранды крутился иной вопрос. Не пугаясь дорожной пыли, она присела на отбойник и наблюдала за тем, как в свете фонаря Джон поднимал машину и откручивал у колеса гайки.

— Кто-то навел Ривьера на приют, — поделилась она переживаниями. — У меня в команде крыса.

— Ты ожидала, что он нападет на приют, а теперь говоришь, что кто-то дал ему наводку.

— Это был не просто поджог. Они знали, где висят камеры и где сидит охрана. Но главное — они целенаправленно пришли за Глизерфином и, устроив пожар, взломали грузовик. Немногие знают про транзитную точку в приюте. Ривьеру сообщил кто-то из своих.

— И почему ты так смотришь на меня?

— Я рассматриваю все варианты. Кармин в Европе. Естественно, не Финндо. Джи не лезет в дела с пассифлорой. Есть ты и Авелин. Она со мной с самого начала и не раз доказывала свою верность.

— А я нет? — грозно сорвалось с губ Джона. Он уставился на Миранду, но она не испугалась.

— Твоя верность священна. Но за тобой могли следить…

— Я бы заметил. Ставлю на Авелин, кем бы она ни