Алексей Арбузов - Мой бедный Марат

Тут можно читать бесплатно Алексей Арбузов - Мой бедный Марат. Жанр: Поэзия, Драматургия / Драматургия, год неизвестен. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте 500book.ru или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Алексей Арбузов - Мой бедный Марат

Алексей Арбузов - Мой бедный Марат краткое содержание

Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Алексей Арбузов - Мой бедный Марат» бесплатно полную версию:
Действие начинается во время блокады Ленинграда. Но пьесса менее всего о войне – это притча о любви, лишенная каких бы то ни было определенных временных и пространственных границ. Пьеса Арбузова – лишь повод поразмышлять о вечных ценностях. Притчевость постановки пьессы подчеркивают декорации. Представьте, первая "военно-блокадная" часть спектакля разыгрывается в ослепительно белом интерьере – ни одного цветного пятна. Белая кровать и тумбочка, белые валенки и телогрейки – белый как чистый лист бумаги мир. На этом листе герои начинают писать картину своей жизни, оставляя на нем цветными пятнами следы прожитых лет. В финале же мир снова возвращается к цвету начала начал. Финальная точка – живая картина: три полуобнаженные фигуры в белом, застывшие в оконном проеме – три человека, сбросившие груз прожитых лет на пороге новой жизни.я" притча. Что ж, такая трактовка наверное тоже имеет право на существование.

Алексей Арбузов - Мой бедный Марат читать онлайн бесплатно

Алексей Арбузов - Мой бедный Марат - читать книгу онлайн бесплатно, автор Алексей Арбузов

Алексей Николаевич Арбузов


Мой бедный Марат

Диалоги в трех частях


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Марат.

Лика.

Леонидик.

1-я часть: март 1942 года.

2-я часть: март 1946 года.

3-я часть: декабрь 1959 года.

Ленинград.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

30 МАРТА 1942 ГОДА

Одна из немногих уцелевших квартир в полуразрушенном доме на Фонтанке. Комната почти пуста: вещи сожжены, только громоздкий, тяжелый буфет остался и большая, широкая тахта. На ней, укутанная чем попало, Лика. Скоро вечер, и в комнате весенние ленинградские сумерки. Тихонько отворилась дверь, на пороге показался Марат, с некоторым удивлением оглядел комнату, увидел Лику. Молчание длилось недолго.

Лика (обеспокоенно). Вы кто такой?

Марат. А ты кто такая? (Не сразу.) Нет, верно… Ты чего делаешь тут?

Лика. Живу.

Марат. А кто тебя сюда пустил?

Лика. Дворничиха, тетя Настя. В этой квартире никого умерших не было. А потом тут в окошке стекло целое – одно на весь этаж. Просто чудо. (Тихонько.) Вы меня прогнать хотите?

Марат ничего не ответил.

Не надо. Я уже здесь скоро месяц. Привыкла все-таки.

Марат (оглядел комнату). Тут вещи были… Мебель, ну и прочее… Где все?

Лика. Я сожгла.

Марат. Все?

Лика. Все.

Марат молча сел на подоконник.

Лика. А вы кто?

Марат. Я жил здесь. Это наша квартира.

Лика (не сразу). А где же вы были?

Марат. Был где был. (Помолчав.) Слушай, здесь, между окнами, фотография висела – военный моряк, в рамочке… Не видела?

Лика. Сожгла.

Марат (зло). Смотри-ка… не растерялась. А много ли тепла на этом выгадала… Кусочек картона!…

Лика. Я ведь не одну ее сожгла – тут много фотографий висело… (Словно оправдываясь.) Все вместе – кое-что все-таки. А рамочки знаете как отлично горят? Очень хорошая растопочка.

Марат. Буфет-то как измерзавила.

Лика. Зачем? Он цельненький стоит. Я только лучинки от него откалывала.

Марат. Ты деловая. (Негромко.) Спалила, значит, мое детство?

Лика (почему-то повеселела). Вот теперь я вас узнала… по фотографиям. Это вы – мальчик на лодке… и на велосипеде!… И на Стрелке, с моряком… Я ведь не сразу все сожгла… Я их рассматривала сначала.

Марат. Ну и как – хорошо я горел?

Лика. Зачем вы шутите?

Марат (серьезно). Могу заплакать. Хочешь?

Лика (негромко). Вы меня простите.

Марат (обернулся). А ты что валяешься? Сдалась?

Лика. Нет, я только с улицы… Просто согреться захотелось.

Марат (усмехнулся). Согреешься так… (Серьезно.) Буфет-то почему не сожгла?

Лика. Не осилила. Очень уж громадный.

Марат (огляделся). Ты… одна здесь?

Лика. Совсем.

Марат. И не страшно?

Лика. Конечно, страшно, что же я, дура? Когда стреляют – не так: все-таки жизнь какая-то… А вот когда вдруг тишина… тогда страшно. (Недоуменно.) А чего я боюсь – сама не знаю… С улицы никто ведь не зайдет: наш дом, считают, разрушенный. И лестница еле держится, посторонние очень опасаются… А на самом деле она крепкая – у нее только вид такой. На нашей лестничной клетке всего ведь в двух квартирах жильцы остались. Из одной, правда, уже не выходят – я им хлеб из лавки приношу, прибираю… Они мне за это мебель на дрова обещали – если им уже не понадобится… (Замолчала.) Нет. Страшно.

Марат. А в квартире шесть? Никого?

Лика. Пусто. (Не сразу.) Знакомые ваши?

Марат. Была там одна… Леля. Осенью в Тбилиси собиралась.

Лика. Уехала, наверно.

Марат. А ты где жила?

Лика. В шестом подъезде…

Марат. Чего-то я тебя не помню.

Лика. А я до войны маленькая была.

Марат. В шестом… Да, не повезло вам.

Лика. И стен не осталось.

Марат (помолчал). В квартире был кто-нибудь?

Лика. Няня. У меня мама на фронте, военврач. Мы с няней остались. Она у нас уже двенадцать лет, как родная была… Я на Садовую хлеб получить пошла – тут и ударило. Прибежала обратно, а уж и нет ничего – только ваш подъезд стоит. Это первого марта было. Послезавтра месяц исполнится.

Марат. А ты сама как… не очень ослабела?

Лика. Я, в общем, чувствую себя сносно. Мне ведь за зиму три посылки летчики приносили от мамы. (Не сразу.) А теперь больше не будет посылок. Меня уж не найти.

Марат. Захотят – найдут. Ты, видно, удачливая.

Лика. Какой вы недобрый.

Марат. А ты чего мне вы говоришь… Смешно слушать! (Резко.) Тебе сколько лет?

Лика. Через две недели, может быть, шестнадцать исполнится.

Марат. Почему – может быть?

Лика. Все может быть.

Марат. Иди ты… со своим пессимизмом! Мне на будущий год восемнадцать исполниться должно… И то не психую. Уверен – будет.

Лика. Я еще когда совсем маленькая была – мечтала, как мне исполнится шестнадцать… представляла, что тогда со мной случится. Помните – «дети до шестнадцати лет на эту картину не допускаются»? Так бывало всегда обидно!… Хотя я, конечно, проскакивала, – мне ведь на вид можно куда больше дать. (Помолчала.) Обидно было бы… не дожить.

Марат. Теперь доживешь.

Лика. Пожалуй. Я ведь сейчас на две карточки существовала. Целый месяц! Няню еще первого числа убило.

Марат. Тебе потрафило.

Лика (не сразу). Зачем вы так шутите?

Марат. А я веселый. Только не такой удачливый, как ты. (Вынул из кармана две хлебные карточки, поглядел на них.) Мне только один день достался. Тридцать первое. Завтра.

Лика. Не надо… Ты не плачь.

Марат. А я и не плачу. Я уж ко всему привык.

Лика (поглядела на карточку). Мамина?

Марат. Сестры. (Негромко.) Видишь пуговицу на куртке? Она мне ее утром пришила. Еще сегодня.

Лика. Ты жил у нее?

Марат. На Каменном острове. Как война началась – я к ней и переехал. И дом-то маленький, деревянный – всего два этажа… Очень надо было бомбить его. (Не сразу.) В августе у нее муж в ополчение ушел, она, дурашка, одна осталась… Я ей говорил: вернемся, ведь дом родной… А она не хочет – у нас, говорит, на Каменном лучше… и потом, вдруг действительно Коленька вернется, нет, я дома быть должна! (Помолчал.) А послушалась бы меня, здесь сейчас сидела. (Тихо.) Живая.

Лика. Разве это угадаешь. (Посмотрела на Марата внимательно.) А родители где?

Марат. Отец в морской пехоте был. Пятый месяц не пишет. (Не сразу.) И не осталось ничего… Ни одной фотографии. Мне бы снять ее тогда со стены… (Поглядел на Лику.)

Лика (тихо). Я не знала.

Где-то вблизи разорвался снаряд.

Недалеко.

Марат. Ага.

Лика. Мне уходить?

Марат. А куда же ты пойдешь?

Лика (осторожно). Тебе ведь тоже некуда.

Марат. Мне тоже.

Лика. Тут в углу кушеточка маленькая стояла…

Марат. Сейчас бы пригодилась…

Лика. Кто же знал…

Марат (не сразу). Тебя как зовут?

Лика. Лидия Васильевна… Лика. А тебя?

Марат. Марат Евстигнеев. А ласкательное было – Марик.

Лика. Если бы матрасик имелся…

Марат. Ладно – тахта широкая.

Лика. Что ты…

Марат. Поместимся. Ты к стенке головой, а я к двери.

Лика (помолчала). Нельзя.

Марат. Почему?

Лика. Все-таки.

Марат. Девчонка ты.

Лика (с сомнением). Ну уж… (Подумав.) А если ее распилить – тахту?

Марат. Там же пружины… дурочка.

Лика. Все-таки завтра попробуем…

Марат. По квартирам походить надо, может, где что осталось.

Лика. Тут уж ходили.

Марат (сел на краешек тахты). Проживем.

Лика (тихо). Хорошо, две подушки остались. (Протянула ему одну из подушек.) Только ты подальше.

Марат (пренебрежительно). Да ладно…

Молчание.

Ты что… смеешься?

Лика (с радостным удивлением). А ты дышишь.

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы
    Ничего не найдено.
×