Чудовищная алхимия. Том 5 - Борис Фёдорович Тролль Страница 47

— Вот же… — прикрыла глаза девушка.

— Я так понял, ты пока не была в здешнем храме?

— Нет, после «приключения» на судне я решила отдохнуть, прежде чем меня опять запрягут, как лошадь.

Зефир улыбнулся такому сравнению и нежно провёл рукой по её волосам. Мила подняла на него свои голубые глаза, в которых мгновенно заплясали озорные искорки, и потянулась к губам юноши.

Внезапно рядом с ними, прямо из воздуха, появился незваный гость. Блондинка отпрянула от командира и испуганно уставилась на призрачную девушку с волчьими ушами. Зефир впервые увидел у неё такое беспомощное выражение лица.

— Это наше милое домашнее привидение, не нужно бояться, — поспешил успокоить её парень и мысленно добавил: «Наверное».

Потому что до него только сейчас дошло, как это может выглядеть для призрачной девушки со стороны. Он же с ней никогда по душам не разговаривал — только спал! И, в принципе, не представлял, как она воспринимает их связь.

Ладошки командира моментально вспотели.

— Милое? — произнесла взявшая себя в руки Милажена очень странным тоном, пристально изучая полуматериальную девицу в провокационной ночнушке, через которую были видны все её шикарные изгибы.

Та, слава Бойне, ничего не предпринимала, с интересом рассматривая блондинку в ответ.

Следовало признать: план «успокоить Милу» сработал с точностью до наоборот. Фраза «милое домашнее привидение», произнесённая в комнате, где витала полуобнажённая девица, была не объяснением, а натуральным пинком под зад мирно спящей медвежути.

Как назло, ни одной идеи, как выйти из щекотливой ситуации, не получив в глаз, у парня не было. Причём, по скромному мнению Зефира, угроза насильственных действий по его адресу исходила сразу с двух сторон. А избитая фраза: «Это не то, что ты думаешь» без указания конкретного адресата могла вообще привести к тяжким телесным повреждениям.

Чем дольше длилась угрожающая пауза, тем сильнее ныл затылок командира. Как вдруг привидение, закончив игру в гляделки с Милой, развернулось и направилось к зашторенному окну. Резкое движение призрачными руками в стороны — и перед взором парочки людей появилась темнокожая девица с длинными пепельными волосами, сидевшая на подоконнике второго этажа, по ту сторону стекла, словно птичка.

Глаза у Ночки были испуганными и напоминали по размеру блюдца. Она явно не ожидала такого развития событий. Да, в общем-то, его вообще никто не ожидал.

Через миг лицо девушки за окном приобрело решительное выражение, и та настойчиво постучала в стекло.

— Э-м-м… — протянул командир. — Впусти её, пожалуйста… что ли…

Романтическое свидание с Милой постепенно приобретало очертания чего-то гротескного с небольшими нотками сумасшествия. Вообще, вспоминая свою не очень долгую жизнь, парень замечал: у него всегда так было — если что-то могло пойти наперекосяк, оно обязательно шло наперекосяк.

Поэтому, вздохнув, словно смертник, Зефир просто расслабился, наблюдая, как призрачная девушка открыла одну из створок и впустила Ночку.

Попав внутрь, та быстро огляделась, уделив особое внимание привидению и Миле, сидевшей с бокалом в руке рядом с парнем. Лицо блондинки в этот момент было похоже на маску, и командир не понимал, что творится у неё на душе. Призрачная девушка тоже оказалась подозрительно спокойна, и только пепельноволосая была крайне напряжена.

Зефир бы даже сказал — на взводе, готовая разразиться чем-то в любой момент. Но так как он уже со всем смирился, то просто ждал этого взрыва.

— Так вот что это была за простыня с глазами у Брута! — внезапно проговорила осенённая осознанием Ночка, рассматривая призрака, а затем выпалила, — ты с ней спал!

Девушка обвиняюще указала пальцем на командира, а тот попросту кивнул. Её, похоже, даже не волновало, что она встретила привидение, — будто бы видела их каждый день.

— И с ней ты спал! — палец был переведён на блондинку, в то время как пепельноволосая подошла к дивану и наклонилась, оказавшись совсем близко от Зефира, и пристально посмотрела ему в глаза.

Парень опять кивнул и спокойно заметил:

— А с тобой не спал. У нас, в принципе, ничего и никогда не было.

Намек был прозрачнее некуда.

По наскоро составленному плану, первым делом следовало разобраться с нежданной визитершей и выпроводить её — как бы ни нравилась ему Ночка, но Зефиру уже давно стало ясно, что у них ничего не выйдет. И то, что она вообще заявилась, причём таким странным образом, несколько сбивало с толку.

Потом было необходимо попытаться сгладить углы с Милой и объясниться наконец с призраком. Ну и четвёртым пунктом стояло: «Надавать по заднице еноту», который, судя по всему, одолжил свою записную книжку кому не следовало. В принципе, этот компрометирующий трактат вообще нужно было сжечь…

— Ах так⁈ — раздражённо выдохнула пепельноволосая.

Её ноздри гневно раздувались, а брови сошлись у переносицы. Но выглядело это скорее мило, чем устрашающе — Зефир даже на мгновение залюбовался ею.

И вдруг Ночка резко наклонилась и поцеловала парня!

— Э-э-эй! — послышался возмущённый выкрик Милы, которая бросилась разнимать их, а стоявшая рядом призрачная девушка издала негодующий возглас и тоже попыталась оттащить назойливую гостью от командира…

Глава 15

Сладко зевнув, енот высунул голову из гнезда, которое он устроил из одеяла, подушки и нижнего белья прямо на кровати.

Брут ушел в свою комнату сразу после ужина и спал без задних ног, сильно вымотавшись накануне. Однако сон сделал свое дело: теперь, полный сил, мохнатый выбрался из своего лежбища и направился мыть лапки перед завтраком.

Немного поплескавшись в воде, енот посмотрел на себя в небольшое зеркальце, висевшее в их купальне. Серые корни стали еще заметнее на его шерстке, но, если не приглядываться, этого было не видно. И хотя его раздражало такое двухцветное сочетание, зверь пока решил повременить с покраской.

Покривлявшись вместе со своим отражением, мохнатый выбрался из комнаты и сразу наткнулся на Леопольда. Тот направлялся будить Зефира на завтрак и уже стучался в дверь. Однако из комнаты никто не отозвался. Парень постучал еще раз, более настойчиво, а Брут подошел к нему, озадаченно тявкнув.

— Он там не один, — пояснил Леопольд свою деликатность, ведь обычно они спокойно врывались к их командиру. — Мила вчера осталась у нас на ночь.

Новость была интересной, и зверь пожалел, что так быстро ушел спать.

Он пакостно ухмыльнулся и рывком дернул на себя ручку. Дверь отворилась легко и бесшумно, и в тот же миг, будто по