Снегурка для миллионера - Ария Гесс Страница 7

— Как? — издевается он. — Так ты согласна?

— Я тебя сейчас прибью, даже до детей не доедем! — шиплю сквозь стиснутые зубы и испепеляю его недовольным взглядом, пока любитель острых ощущений не отсаживается на свое место.

Остаток времени мы едим. Сначала в тишине, потом Антон начинает расспрашивать меня о моей жизни, а я о его.

Рассказываю ему о том, в каком жалком состоянии я осталась и почему приняла предложение подруги, а от Антона узнаю, что он директор какой-то логистической компании. Короче следит за транспортировкой товаров в маркетплейсах. Половину из его рассказа не поняла, но с умным видом кивала.

Короче, работяга он!

Но при этом абсолютно свободный, что и раздражает его мать, пытающуюся «подкинуть» ему невест.

К концу разговора мы уже во всю колим друг друга фразочками о том, у кого скучнее и ужаснее жизнь, чем поднимаем друг другу настроение.

И не только настроение… Потому что как только заходим в его номер, он запирает дверь, обхватывает мою талию и прижимает спиной к своей груди, из-за чего я ощущаю давящее в поясницу непотребство.

— Даш, прошел час с момента нашего поцелуя, но я до сих пор ощущаю след от твоих губ на своих, — хрипит он мне на ухо, заставляя замереть от дикого волнения, охватившего все тело. — Меня давно так не вело от девушки, — резко разворачивает меня, цепляя мои глаза своим темным, полным желания взглядом, а потом наклоняется, выбивая почву из-под моих ног…

Глава 7

Глава 7

Этот поцелуй совсем не похож на тот, что был в ресторане. Он с ходу запускает язык, умело вальсируя с моим, набирает бешеный темп, зарываясь пятерней в мои волосы.

И я отвечаю…

Поддаюсь порыву своего тела, что удовольствие неимоверное получает. Кислорода дико не хватает, он пьет меня до капли, пригвожая к стене и напирая своим телом. Не отрываясь от губ, скользит по бедру вверх, сминая в кулаке платье.

Упираюсь ладошкой в его руку, и получаю рык в губы и ещё больший напор.

Он походит на животное, которое съесть меня хочет… Дико, необузданно, страстно и… неправильно.

Набравшись сил, с трудом отпихиваю его, судорожно вдыхая воздух, а потом даю хлесткую пощечину, от которой у меня тут же начинает гореть рука, а его лицо даже на сантиметр не сдвигается.

— Ай, — трясу рукой и поворачиваюсь к нему спиной.

Он снова дергает меня за талию, но на этот раз не для объятий. Он направляет меня в ванную, включает холодную воду и тянет под неё мою ладонь.

Смотрю на него исподлобья в отражении зеркала. Его щека постепенно приобретает багровый оттенок.

— Извини.

— Прости, — говорим одновременно, замерев, держа ладони друг друга и смотря через блестящее стекло на стене, отражающее наше смущение и… возбуждение.

— Но ты отвечала, — ухмыляется наглец.

— Ты мне выбора не оставил, — прячу взгляд.

— Выбор есть всегда, снегурка Даша, — шепчет мне на ухо, едва касаясь губами чувствительной кожи. — И в тот момент ты свой сделала…

Выхватываю у него ладонь, огибаю его и выбегаю из ванной. Сердце бешено колотится в груди. Падаю на тот самый диван, на котором он сегодня спал, а в голове крутятся неприличные мысли о том, как его обнаженное идеальное тело касалось мягкой обшивки, которую я сейчас ощупываю кончиками пальцев.

Ненормальная…

Зажмуриваюсь. Дыхание в порядок привожу. А когда распахиваю глаза, то натыкаюсь на вид того самого тела, которое минуту назад воображала.

А все потому, что Антон стоит сейчас передо мной в одном лишь полотенце!

— С ума сошел?! — закрываю ладонями лицо и слышу, как наглец смеётся.

— И чего ты там не видела. Уже третий раз перед тобой в таком виде. Причём каждый раз в этом виновата ты!

— Оденься немедленно!

— Оделся, хватит стесняться.

Опускаю ладони и недовольно кривлю губы. Оделся он… Трусы надел и рубашку накинул! Одеты-ы-ый, прямо в свет выводи!

— Ты переодеваться не будешь? — вскидывает нахально бровь.

— Куда ещё?

— Как куда? Машина нас уже ждет. Приедем пораньше, чтобы подготовить праздник и решить вопрос с подарками.

Тут же подлетаю, хватаю свой рюкзак и, не имея запасной одежды, становлюсь возле него.

— Я готова!

— Ты в этом платье второй день, — скептично оглядывает мой наряд.

— Так я и не думала, что мне может понадобиться одежд…

Пока я говорю, Антон, не отрывая от меня взгляд, набирает номер и прикладывает к уху телефон.

— Принесите в мой номер тёплые женские джинсы, футболку и, — он выглядывает в сторону входной двери, — Как я и думал. И пару теплых угг. Ах, да, — оценивающе оглядывает меня сверху вниз, — одежда 42, обувь 37. Спасибо.

— И что это значит? — распахиваю от удивления рот и машинально прикрываюсь. Как он размер мой угадал вообще???

Он строит вопросительную гримасу.

— Я не возьму эту одежду.

— Я тебе ее и не дарю. Вернешь, как обратно приедем. Твое платье как раз высохнет, если ты постираешь его сейчас.

Бешусь, вытягивая губы в тонкую полосочку, но сказать в ответ всё равно ничего не могу.

Он, черт возьми, прав!

— Я верну сразу же!

— Ага, я так и сказал, — продолжает одеваться мужчина.

Спустя минут десять, к нам в номер приносят все то, о чем он попросил: мягкий белый кашемировый свитер, светлые джинсы, угги и ещё шапку с курткой.

Этого я уже не просила…

— Я попросил ещё и куртку, потому что твоя вообще не зимняя, а нам несколько часов ехать придётся.

Выхода нет. Мне нужно спасти детям праздник, а потом уже думать о своей гордости.

Беру пакет с одеждой и иду в ванную.

— Может помочь? — доносится в спину смешок, на что я, не поворачиваясь, показываю ему средний палец.

— Откушу, снегурка Даша!

Захлопываю дверь и прислоняюсь спиной к двери.

— Господи, мне на аттракционе на выносливость вестибулярки, когда вниз головой крутят, так не тошнило от волнения, как сейчас, — шепчу под нос, прикладывая руку к груди.

— Мне тоже… — звучит басом за дверью, заставляя меня подпрыгнуть от неожиданности.

— Идиот! — кричу в дверь.

— Зато ты попалась, и теперь я знаю,