Мое маленькое счастье. Книга 1 - Дунбэнь Сигу Страница 25

– Шеф, можно я сегодня пораньше уйду с работы?

Профессор Вэнь только что провел две операции подряд. Он устало размял шею и искоса взглянул на своего аспиранта.

– Шеф еще на работе, а ты уже домой собрался?

– Нет-нет… – Чжун Чжэнь нервно взъерошил волосы. – Я должен купить сестре плюшевого медвежонка, а магазины скоро закроются.

– Зачем ей медвежонок? – удивился Вэнь Шаоцин.

– Не знаю.

И тут Чжун Чжэня осенило:

– Шеф, может, у вас есть неженатые друзья примерно того же возраста, что и моя сестра?

– Что это ты задумал?

– Вам не кажется странным ее поведение? Я думаю, все из-за того, что у нее нет парня. Вот я и хочу ей помочь, а у вас ведь так много друзей. Наверняка найдется подходящий, правда? Я слышал, что комната в общежитии, в которой вы жили, была самой популярной и у всех ваших соседей по комнате были девушки.

Услышав это, наставник нахмурился и ледяным тоном спросил:

– О чем ты?

Но Чжун Чжэнь особой чуткостью не отличался и потому, ничего не подозревая, продолжил воодушевленно болтать:

– Я говорю, может, среди ваших друзей или соседей по комнате есть кто-нибудь неженатый? Лучше, конечно, из тех, кто изучал право. Тогда у них с сестрой найдется общий язык.

Сосед по комнате, желательно изучавший право.

Вэнь Шаоцин прищурил глаза и коварно улыбнулся.

– А твоя статья готова? Она должна быть опубликована в этом месяце.

– Уже в этом? Но сейчас уже конец! – От неожиданности у парня отвисла челюсть.

Профессор Вэнь смерил его недобрым взглядом.

– Я вижу, у тебя чересчур много свободного времени, так что до конца этого месяца статья должна быть опубликована. Иначе твои оценки изрядно подпортятся, и в следующем семестре тебе придется забыть о стипендии и доплатах.

Чжун Чжэнь перепугался не на шутку. И, когда наставник, довольный произведенным эффектом, спокойно ушел, парень еще долго ошарашенно глядел ему вслед, размышляя о сказанном.

Когда и чем он не угодил Вэнь Шаоцину?!

Прежде чем уехать с работы, Вэнь Шаоцин передал дежурному врачу всю необходимую информацию о пациенте, которого оперировал. Подъезжая к дому, он увидел Чжун Чжэня: тот выходил из метро с плюшевой игрушкой на спине. Огромный медведь полностью закрывал спину юноши, и издалека казалось, что у него отросли человеческие ноги. Поравнявшись с учеником, Вэнь Шаоцин открыл окно машины.

– Идешь к сестре? Приходите ко мне ужинать.

Чжун Чжэнь от усталости еле передвигал ноги. Поймать такси ему не удалось – пришлось ехать на метро. Всю дорогу на него глазели люди. Он готов был расплакаться от одной мысли, что ему еще нужно тащить эту громадину до дома сестры, поэтому, встретив наставника, взмолился:

– Шеф! Возьмите, пожалуйста, меня с собой!

Тот медленно оглядел его сверху донизу и ласково улыбнулся.

– Нет.

Затем закрыл окно, нажал на педаль газа и уехал.

Чжун Чжэнь, глубоко потрясенный, стоял и смотрел, как машина наставника, свернув на перекрестке, исчезла за поворотом. У него чуть слезы из глаз не брызнули от обиды. Разве не говорят, что у врачей должно быть родительское сердце?[7] Кто же так обращается со своим ребенком?

Когда спустя полчаса он наконец с огромным трудом дотащил плюшевого медведя до порога сестры, та, открыв дверь, только недовольно спросила:

– Почему ты так поздно?

Юношу захлестнула жгучая обида, у него задрожали губы. Сев на диван, Чжун Чжэнь громко зашмыгал носом. С видом обиженного ребенка он молча ждал, когда сестра спросит, что с ним.

Цун Жун вздохнула.

– Ну, что случилось? – спросила она неохотно.

Услышав то, что хотел, убитый горем Чжун Чжэнь тут же принялся горько жаловаться на то, как тяжело ему было тащить на горбу огромного медведя, как неловко было чувствовать на себе удивленные взгляды прохожих, как он вызвал недовольство наставника своей просьбой уйти пораньше с работы, чтобы успеть купить игрушку.

Сестра, рассеянно слушая, возилась с плюшевым медведем, а потом, даже не поднимая головы, спокойно сказала:

– Ладно, в следующем месяце я дам тебе больше карманных денег.

– Правда? – просиял Чжун Чжэнь.

Цун Жун молча взглянула на брата, не зная, что сказать. Каким образом у серьезных и уравновешенных родителей мог родиться сын с такой до комичности выразительной мимикой?

Мысли о дополнительных карманных деньгах оказалось достаточно, чтобы Чжун Чжэнь приободрился и его плохое настроение улетучилось.

– Сестра, а зачем тебе плюшевый медведь? – спросил он с любопытством.

Она задумалась.

– Для демонстрации своей силы.

Брат ничего не понял. Взглянув на часы, он суетливо вскочил с дивана.

– Ой, уже поздно. Профессор Вэнь пригласил нас на ужин. Пойдем скорее.

– Не пойду! – нахмурилась она, но затем вдруг кивнула на плюшевого медведя, лежащего на диване. – А впрочем, идем! Возьми его!

Лицо Чжун Чжэня омрачилось.

– Это еще зачем?

– Чтобы познакомить с соседом.

Юноша был озадачен: его сестра не была склонна к подобному ребячеству.

Когда Вэнь Шаоцин открыл дверь, Цун Жун вошла первой. В ее бодром и даже немного самоуверенном виде не было и следа от вчерашней растерянности. Она решительно прошагала в комнату и жестом указала себе за спину:

– Вот мой питомец.

Хозяин дома озадаченно перевел взгляд на Чжун Чжэня, который медленно брел вслед за сестрой с огромным плюшевым медведем на спине.

– Приравнивание человека к домашнему животному отдает грубым нарушением прав, адвокат Цун.

У девушки дернулся уголок губ.

– Не Чжун Чжэнь! А тот, что у него на спине, – холодно пояснила она.

Наконец Чжун Чжэнь кое-как протиснулся в дверь и с трудом помахал рукой:

– Привет, шеф! Мы пришли на ужин.

Вэнь Шаоцин кивнул ему и улыбнулся:

– Славно. Как поужинаем, скорее садись за статью.

При упоминании о статье лицо Чжэня омрачилось, и он, понуро опустив голову, продолжил затаскивать медведя в квартиру.

Цун Жун села за обеденный стол, втиснув огромную игрушку на соседний стул. Туда собрался было сесть Чжун Чжэнь, но она грубо его оттолкнула:

– Тут занято, сядь на другое место.

Брат обиженно фыркнул и сел рядом с хозяином дома.

– Жан-Иди-Прочь, как тебе повезло! – нарочито громко произнес он, глядя на собаку. – У тебя нет сестры, которая третирует тебя. Твоя жизнь так беззаботна и прекрасна…

Вероятно, Жан-Иди-Прочь уловил неприкрытую обиду в голосе парня, опасливо взглянул на него и отодвинулся поближе к Вэнь Шаоцину.

Девушка, не обращая внимания на брата, кивнула на плюшевого медведя:

– Я хочу познакомить тебя с моим питомцем.

Она нежно погладила игрушку