Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер Страница 20

— Готовы, орлы? — спросил Орлов в своей манере, благосклонно оглядывая заулыбавшихся унтеров. На его руке поблескивал массивный браслет электронных часов, и Ольга расстроилась, что не догадалась приобрести такие же. Она часы не носили и поэтому упустила их из виду. Капитан, не дожидаясь ответа скомандовал:

— Бегом марш!

И они побежали. Орлов нёсся легко. Патрулирование улиц приучило его к подвижности. Ольга, к собственному удивлению, с неменьшей легкостью держалась рядом, остальные тоже не жаловались и, кажется, не ожидали от себя такой прыти.

Несколько кварталов они пробежали без проблем, но потом пришлось спрятаться в доме, и чтобы не терять время на схватку с попавшимися по дороге тварями, выйти на крышу. По крыше они обошли рыскающих тварюшек и, спустившись, продолжили свой путь. Меньше чем за час добрались до северной части города.

— Вижу только одну тварь, — коротко сообщил Орлов и тут же срывающимся шепотом добавил: — Портал! Он открыт!

Никто не удержался от счастливой улыбки.

— Там стреляют! — воскликнул Ежов. — Это точно наши!!!

Ольга увидела, как по щекам здоровяка Кабанова потекли слезы радости. У остальных тоже едва хватало выдержки стоять и ждать команды.

— Надо подать знак, чтобы нас не подстрелили, — заволновался Полозов.

Капитан достал бережно хранимую им капсулу, вложил её в своё оружие и выстрелил прямо в портал. Она со свистом и подсветкой пролетела мимо протискивающейся в проход крупной твари, а потом он закричал:

— Ур-р-ра! Во славу Перуна! — и бросился бить последнюю тварь, переваливающую свою тушу через портал.

— Боже, ну куда же ты? — застонала Ольга, но побежала за всеми.

Благодаря яростному напору капитана тварь не смогла заползти на Землю, но и обратно у неё не получалось развернуться. Существо застряло, отчаянно вереща и перекрывая проход. Унтеры принялись палить в неё, колоть, резать… Ольга стояла позади и нервно оглядывалась, боясь, что сюда вскоре подтянутся новые монстры.

Наконец в огромного зелёного мясистого уродца пальнули чем-то мощным с другой стороны и тварь разорвало на части. Капитан полез в портал прямо по останкам. Унтеры без колебаний последовали за Орловым, карабкаясь через развороченное мясо, и Ольге ничего не оставалось, как поспешить за ними.

В какой-то момент она провалилась в брюхо зеленого монстра и в панике, захлебываясь рыданиями, начала карабкаться наверх. Ей показалось, что в своих беспорядочных хватаниях за мышцы твари она окажется погребена в них, но в следующий миг тело существа высохло и обратилось в пыль. Подобное случалось редко и каждый раз вскоре появлялись искорки. Пока что она не видела в них вреда, но лишний раз не лезла. Здесь же ей некуда было деваться.

Ольга плотно сжала губы и закрыла глаза, чтобы останки дряни не попали ей на слизистую и сделала несколько шагов вперёд, но, боясь сбиться с пути, она подглядела сквозь ресницы и увидела, что пробирается сквозь появившиеся сине-зелёные искры. Часть из них гасла при приближении к ней, но остальные впитались, заряжая бодростью. Мысленно проклиная всё на свете, она побежала вперёд, попутно замечая, что на Земле убитые зеленые твари ни во что не преобразуются.

Орлова с группой встретили настороженно, но он был счастлив оказаться на родной земле. Ольга держалась рядом со всеми и с любопытством осматривалась.

Ей казалось, что она попала в декорации середины девятнадцатого века. Несколько женщин, испуганно замерших в отдалении, выделялись широкими куполообразными юбками и округлыми шляпками, прячущими лицо как в домике. У мужчин на голове возвышались цилиндры. Подробностей Ольга не разглядела. Случайных прохожих было немного, и они держались позади военных, которые всё прибывали и прибывали.

Ольга увидела раненых и погибших, ими пока никто не занимался. Зато к Орлову подошла парочка жрецов, потыкали в него звериными лапками и рогатыми посохами, переговорили между собою и ушли. На унтеров и Ольгу они не обратили внимания.

Оле потом подсказал Васильчиков, что жрецы побрезговали проверить остальных. Вся группа была настолько грязной и жалкой, что на неё не стали тратить время и божественные силы.

А пока Ольга вертела головой, мечтая, чтобы её полили из шланга и дали чистую одежду. Однако, некоторые солдатики держали её на прицеле, считая увязавшейся за группой горбатой тварью.

Орлов направился к старшему офицеру, а Оля стояла, совершенно разочарованная встречей. Вместо радости она видела ленивое любопытство.

Военные перешучивались по поводу внешнего вида и запаха капитана, унтеров, а в её сторону бросали недоумевающие взгляды. И каково же было её удивление, когда подъехали высшие чины, накинули на капитана плащ, посадили в закрытую карету и увезли, а унтеры начали расходиться по домам и казармам.

— Э-э, сударь, вам бы в баньку, — посоветовал ей какой-то седенький господин, вежливо приподняв котелок и обходя стороной. Его обращение к ней успокоило таращившихся на нее солдат. Они опустили ружья и отошли.

Все внимание седого господина было сосредоточено на раненых. Он смотрел, как их грузят на носилки, печально покачивал головой и изредка морщился, когда со стороны взявшихся за дело рубщиков тварей доносились ругательства. Оля оглянулась на портал, но от него не осталось и следа.

Никогда ещё она не ощущала себя настолько чужой.

— Барынька, — услышала она знакомый голос, — что же вы тут… — смущаясь, попенял ей Васильчиков. А седенький господин с удивлением пригляделся к ней, а после смущенно кашлянул и укоризненно покачал головой.

— А куда мне в таком виде? — чуть не плача, спросила она.

— Да, видок у нас всех… — унтер приподнял фуражку, пригладил взъерошенные волосы и хмыкнул. Он выглядел ненамного лучше, но голова у него осталась чистой. Ольга же с головы до ног была заляпана высохшим нутром монстра.

— Может, погостите у меня? У нас с жёнкой своя комната и… обмыться она поможет, — стесняясь собственного порыва, произнёс Демьян, — …а потом в баньку сходите. Настька будет рада угодить, особенно когда узнает, что благодаря вам я домой вернулся.

Ольга была растрогана его предложением. Она мысленно готовилась к любому приёму, даже самому драматическому, где ее будут допрашивать денно и нощно, но не к полному безразличию.

— Спасибо, Демьян Порфирьевич, мне ужасно не хочется вас стеснять, но признаюсь, что ночевать под каким-либо кустом в этом парке страшно.

— Упаси бог! Куда ж вам под куст! Вы же барыня! И опять вы за своё… зовите просто