Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых? - Ирайра Конири

Ирайра Конири

Дикса. Второй шанс… или истинная для пятерых?

Глава 1

— Да уж, вляпалась, — пробормотала я, содрогаясь от отвращения. Неужели нельзя было найти место приличнее для перемещения? Непременно нужно было швырнуть меня в эту мерзкую лужу?

— Да что ж такое! За что мне всё это, куда хоть идти? — взвыла я в пустоту, надеясь, что хоть кто-нибудь проявит милосердие и подскажет.

Тишина. Гнетущая, всепоглощающая.

— Куда идти-то, где взять хоть немного денег?

И снова тишина, словно меня нарочно игнорируют, будто я — невидимка, проклятая скитаться в этом забытом богом месте.

Обречённо откинувшись назад, я совсем забыла о своём злополучном купании в луже. И тут же, спиной почувствовав мерзкую влажную жижу, поморщилась и прошипела сквозь зубы: — Вот чёрт!

Словно ужаленная, я вскочила на ноги и огляделась. Вокруг — лишь бесконечные леса и поля. Спасибо хоть, лужа эта оказалась на дороге, а не посреди непроходимого болота.

Выбрать направление для дальнейшего пути я решила при помощи нехитрой считалочки: «лево-право-лево-право-лево», где неизменно побеждала левая сторона. Такая уж у меня дурацкая примета.

— Ну что ж, лево так лево, — проговорила я, выбираясь из липкой трясины. С нескрываемой тоской посмотрела на свои почти новые белые кроссовки, купленные всего неделю назад. Притворно засопела, стараясь сдержать подступающие слёзы.

— Скотина ты, а не божок! Мог бы хоть их пожалеть! — заорала я в небеса, показывая руками на свою истерзанную обувь.

И вот я поплелась по дороге, ощущая, как противно джинсы прилипли к коже и как ледяной летний ветерок обдувает мою несчастную задницу.

«Ну, хоть высохнут быстро», — промелькнула слабая искорка надежды.

Пока шла, решила подвести печальные итоги этого безумного кошмара: — Итак, что я имею? Меня зовут Ириния Хок, и сейчас я нахожусь на какой-то задрипанной планете под названием Дикса или Диксин, неважно. А оказалась я здесь, потому что какой-то бестолковый божок перепутал время смерти! И не моё, а время смерти водителя грузовика! Забрал его на жалкие тридцать секунд раньше, в результате чего этот идиот наехал на меня, а не проехал мимо, как и было предначертано судьбой!

И мне, видите ли, даровали второй шанс на жизнь, хотя, по правде говоря, я бы и от первого не отказалась! Но тогда бы ему всыпали по первое число за халтуру!

И чтобы я не болтала лишнего и не вспоминала о его существовании, божок решил откупиться. Поэтому мне подарили магию и целых две предрасположенности!

Первую выбрали случайным образом: свет, тьма, вода, земля, огонь, воздух и более редкий — целительство. Мне выпал воздух. А вторую я выбирала сама и, разумеется, не стала скромничать и взяла целительство! Ведь божок заверил, что на всей планете всего двенадцать магов-целителей, а значит, я буду тринадцатой! Число, конечно, не самое счастливое, но надеюсь, выгодное.

А дальше он мне сказал: — Я и так слишком много для тебя сделал, но дам ещё один совет. Не показывай открыто, что ты целитель, если не хочешь стать заложником профессии и королевства, в котором окажешься, — передразнила я его противным голосом. Вот же гадёныш, раньше сказать не мог? До того, как я выбрала целительство!

Так я и шла, погружённая в свои мрачные мысли, не слыша ничего вокруг, пока вдруг кто-то не окликнул: — Девонька, тебя подвезти?

Я оглянулась и увидела старенькую деревянную телегу, запряженную вороным конём. На телеге сидел дедушка лет семидесяти, одетый в старую, но чистую одежду серых тонов. Сзади телеги лежал набитый мешок.

«Оу, какой сейчас век? Неужели такие повозки ещё в ходу?» — пронеслось у меня в голове. Но вслух я произнесла: — Спасибо, дедуль, не откажусь, — ну а чего отказываться, если халява сама плывёт в руки?

Я устроилась возле мешка, и телега снова тронулась в путь.

— Куда же ты, девонька, в таком виде направляешься?

А что не так с моим видом? Кожаная синяя куртка, джинсы и уже совсем не белые кроссовки. Но я решила не огрызаться и принялась сочинять историю на ходу: — Да вот, представляешь, дедуль, направлялась я в столицу, остановилась передохнуть, а меня ограбить решили. Забрали всё, что было. Повезло, что жива осталась. А как увидели мои шмотки, сказали: «Снимай, больно у тебя они хороши!». А взамен мне кинули свои тряпки, — я печально вздохнула, пытаясь выдавить слезу, хотя он и не видел моего лица. Ну а что? Вдруг получится надавить на жалость, может, ещё и накормят.

— Да уж, девонька, правда что, хорошо, что не убили и ничего скверного не сделали. А остальное наживное.

— Только где? Даже если на еду денег нет, я скорее с голоду умру, чем заработаю на эту самую еду, — продолжала я давить на жалость.

— Нууу, думаю, я смогу тебе в этом немного помочь. Поживёшь пару дней у меня, глядишь, и работу тебе найдём. Деревня у нас небольшая, да почти все старики. Вот и сил у людей нет, и возможности по дому дела делать. Глядишь, и пригодишься.

— Спасибо тебе, дедуль! А как тебя звать-то?

— Жан Бронсель. А тебя, девонька?

— Ириния, Ириния Хок, дедуль, приятно познакомиться.

— Откуда же ты такая простая и добродушная-то?

— Дааа… из села, глухого, на самой окраине страны, — поспешно добавила я. — А что, тут проблемы с простотой?

— Да уж, видимо, очень глухое село, раз такого не встречала. Когда после совершеннолетия проявляется магия, как-то резко все становятся высокомерными. Только из села выехали, а уже пальцы веером.

— Я не понимаю, а что, магия тут редкость? И куда они уезжают сразу после её появления? — Что ж за село у тебя такое? — усмехнулся дед.

— По наступлении совершеннолетия проявляется магия. Да не у всех, а только у двадцати процентов всего населения. А около одного-двух процентов рождаются маги с магической предрасположенностью к стихии. Остальные же — обычные люди. А уезжают в основном все в академию «Савайтес» в столицу, чтобы потом получше пристроиться в жизни.

Я сидела, разинув рот от изумления. Благо дед не видел меня. Ничего себе божок меня наградил! Я-то думала, магия есть у всех, а оказывается, я вхожу в эти один-два процента предрасположенников! Да ещё и магии целых две! Я прямо какой-то уникум для этой планеты! Однако, поняв, к чему дед задал свой вопрос про доброту, я решила спросить: — А как вы поняли, что во мне магия