А. Смолин, ведьмак - Андрей Александрович Васильев Страница 378

Нож. Где мой нож? Я попытался вспомнить, куда именно его отбросил в тот момент, когда мы сшиблись, но не смог. Разглядеть же чего-либо мне сейчас было затруднительно, после яркого огня глаза никак не могли приспособиться к темноте.

Полусогнувшись, пятная пол кровью, сочившейся из подранного бока, я подошел к «пиявцу», а после, преодолевая отвращение и, чего уж там скрывать, страх, склонился над ним.

Мертв. Точно мертв. Никакая колдовская жизнь не может удержаться в теле, у которого выжжены глаза и от которого так мерзко смердит горелой плотью.

Вот тут меня и накрыло. Если точнее — вырвало. И от запаха этого, и от пережитого безумия, и от осознания того, что только что я убил… Нет не человека, разумеется, но… Убил же?

Желудок скручивали спазмы, горло саднило, я уперся рукой в стену, чтобы не упасть. Мне было очень, очень хреново. Не морально — физически.

Хотя и морально тоже. Пес с ним, с «пиявцем», такую паскудину хоть десять раз прикончи — и все мало будет по делам его. Но — Николай, Женька, даже черт с ней, Стелла. Все мертвы. И что мне теперь делать? Ровнину звонить?

Даже если абстрагироваться от того, что мне жалко погибших, то все равно выходит очень неприятная история. Столько трупов в одном месте и везде мои следы. Черт, это пожизненное!

— Убил? — неимоверно удивленный голос Стеллы вырвал меня из плена невеселых мыслей. — Вот не ожидала! Ведьмак, ты полон сюрпризов.

Ведьма сидела на подоконнике и с изумлением смотрела на меня. Выглядела она не ахти, была все перепачкана в цементной пыли, с набухающим синяком на скуле и жутко растрепанная.

— Случаются на свете чудеса, — прохрипел я и сплюнул.

Одним покойником меньше. Уже хорошо.

— Первый раз, да? — подмигнула мне Стелла. — До сегодняшней ночи не убивал никогда? Правда это приятно?

Она спрыгнула с подоконника, подошла к телу колдуна и потыкала острым носочком сапожка в его голову. Изо рта мертвеца вылетел небольшой фонтанчик пепла.

И тут меня повторно вывернуло. То ли от этого зрелища, то ли еще от чего.

— Башка этого урода моя по праву, — деловито напомнила мне ведьма. — Таков договор!

— Да бери, — вытер я рукавом рот. — Не претендую на этот трофей.

— Попробовал бы только, — сморщила носик Стелла. — Фу, как он воняет.

Она склонилась над мертвым колдуном, двумя очень умелыми движениями отделила его голову от туловища, а после ловко засунула ее в черный мешок с длинными завязками, который извлекла из напоясной сумки.

— Вот и ладушки, — Стелла перекинула завязки мешка через левое плечо. — Вот и славно. Ой, смотри-ка, а этот красавец жив, оказывается.

И верно — ноги Нифонтова дернулись, словно в конвульсии.

Уф, от сердца отлегло. Я по-прежнему не мог себе представить, как скажу Олегу Георгиевичу о смерти Николая и Женьки.

Да, Женька. Как я мог о ней забыть? Надо же к ней бежать срочно! Правда бок саднит все сильнее…

— Как интересно, — Стелла склонила голову к плечу и сделала несколько мелких шажков, смещаясь к оперативнику. — Живуч до чего. Такой удар даже меня мог бы на тот свет отправить.

Она умело крутанула в руке нож, и лунный свет отразился от его лезвия.

А еще в этом свете я отлично разглядел выражение ее лица. Мне даже спрашивать ничего не надо было, все было ясно без слов.

— Отошла от него. — Я наконец подобрал свой нож с пола. — Пока прошу по-хорошему.

— Ведьмак, только не говори, что он твой друг. — Лезвие показало на Николая. — Не могут волк и теленок дружить, это сказки для детей младшего школьного возраста. Они — это они. Мы — это мы. И если надо будет для дела, они перебьют нас не задумываясь.

— Возможно, — признал я. — Не от тебя первой это слышу. Но здесь и сейчас ты его не тронешь.

— Очень многие из тех, что живут под Луной, когда узнают о данном разговоре, останутся недовольны подобным решением, — вкрадчиво произнесла Стелла. — А они узнают, смею заверить.

— Лишняя болтовня никогда никого до хорошего не доводила, — приложил я руку к боку. — Так что давай уже что-то делать. У тебя на выбор три варианта. Первый — ты продолжаешь упорствовать, и все кончается безобразной сценой, в которой ты захлебываешься своей кровью из перерезанного горла. Второй — ты поддерживаешь свой имидж деловой и, самое главное, разумной женщины, и мы расстаемся полюбовно.

— А третий? — светло улыбнулась ведьма.

— Можем переспать прямо здесь и сейчас, — предложил я. — Есть в этом нечто нездоровое, но зато какие воспоминания об этой ночи останутся!

— Прозвучит забавно, но третье предложение весьма любопытно, — призадумалась ведьма. — Знаешь, а я…

— Как Мезенцева? — глухо спросил Нифонтов, не открывая глаз. — Жива?

— Жива, — послышался Женькин голос из коридора. — Смолин, ты гребаный извращенец!

— Не получится, — как мне показалось, искренне опечалилась Стелла. — Но ничего, какие наши годы! До встречи, ведьмак.

Ведьма подбежала к окну, и выпрыгнула в него «рыбкой». Какой-то «ангел Чарли» просто!

— Она забрала его голову? — Нифонтов наконец посмотрел на меня.

— А то. — Я рукавом вытер кровь, стекающую у него по лицу из уголка рта. — Отчекрыжила сразу же после того, как я этого злодея грохнул.

— Плохо, — поморщился оперативник. — Не хотел я ее таким подарком баловать.

— А договор? — уточнил я.

Ответа я не получил, из чего сделал вывод, что эти двое — Стелла и Нифонтов — друг друга стоят. Это не мне надо с ней спать, а ему. Ух, какие хитроумные детишки могли бы пойти от союза этих двоих!

Женька выглядела не лучше, чем мы с Николаем, она тоже была изгваздана в пыли, куртка ее обзавелась несколькими прорехами, а на лице имелись изрядных размеров кровоподтеки.

Но самое главное — мы остались живы. И, слава богу, Николай отделался только ушибами. Я, грешным делом, поначалу боялся, что он позвоночник повредил.

— Знал, что ты справишься. — Нифонтов, охнув, уселся поудобнее. — Ох, как все болит!

— Еще бы, — поддакнул я, прикладывая платок к боку, который не переставал кровоточить. — Вон даже Стелла признала, что таким ударом о стену кого хочешь убить можно!

— Ведьма есть ведьма, — буркнула Мезенцева, подходя к телу «пиявца». — Ее приятельницу на лестнице препарировали, а она даже не потрудилась тело забрать, придется нам самим его утилизировать.

— Позвони, скажи, чтобы приехали и прибрались, — попросил ее Николай. — Тела забрали, кровь затерли. Сюда, понятно, никто не заглядывает, но мало ли?

Кстати — кровь. Надо хоть маленько ее затоптать. А ну