"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка Страница 293

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Райан Валруа

Мятые листки, поплывшие от времени чернила… Иногда мелкий, иногда крупный, но такой неразборчивый почерк!

Я словно вернулся на пять месяцев назад, когда сидел в окружении бумаг и чернил. Только на сей раз перо принадлежало не мне, а строки расплывались при прочтении, и разобрать хоть что-нибудь казалось нереальным.

А может, это я не готов воспринимать информацию?

Потому что мысли путались и возвращались к одному — Хейли.

Кто бы мог подумать, что она откажет? И так преподнесет отказ, что итогом станет моя безоговорочная капитуляция и абсолютное счастье?

И все же, кто бы мог подумать, что мне откажут?

Я всегда пользовался успехом у леди. Мое положение являлось завидным, внешность считалась эталоном, даже Элдрон и юный Мэтт проигрывали мне…

Сказать твердое «нет» принцу не может никто. Отвергнуть декана Стражей — немыслимо. Да если отбросить титул и должность, я не был уродом — силен, красив, учтив… Даже здесь я не могу найти причин, по которым можно сказать «нет».

И вот поди ж ты! Она смогла! Да еще разжевала, как маленькому, почему именно сейчас не время для помолвки, вопреки тому, что именно этого я хотел и хочу.

Богиня, да я никогда не подозревал, что настолько самовлюблен!

Рассмеялся хрипло, немного нервно, выплескивая эмоции, которые всегда держал под контролем.

Забавно, но после разговора с Элдроном мне пришлось стоять намертво за свои чувства к Хейли перед госпожой Ратовской. И почему-то именно ей, не своей матери, я открылся полностью, поведав о том, что хотел бы дать избраннице и какой брак заключить.

Софи обладает уникальным даром располагать к себе людей. Ты и моргнуть не успеваешь, как выдаешь ей сокровенное, делишься болью и страхами, ищешь утешения и совета. И получаешь его.

Она не отговаривала, не настаивала на том, что мой выбор ошибка и сейчас он не к месту. Хотя я прекрасно видел, как сильно потряс ее своими намерениями. И в то же время почувствовал, как меняется отношение Софи ко мне, будто я сделал что-то такое, что позволило ей распахнуть мне свои объятия.

Закрывал глаза, и перед взором вставала девушка, чьи сила и мужество покорили меня. Ее хрупкие плечи, виноватый взгляд и робкая улыбка, от которой что-то дрожало внутри. Будто обрывалось и падало, а затем стремительно неслось ввысь, обволакивая меня покрывалом эйфории.

Ее «нет» стоит тысячи «да» от других леди!

— Райан, прекрати!

— Дрейк…

— Райан! Да приди ты в себя!

Обернулся на рык и с изумлением увидел морду дракона в истинной форме, по которой тек пот!

— Я не знал, что вы потеете.

— Я вот тоже! — огрызнулся Коша. — Пока не пришлось сдерживать твой мыслеобраз!

— О чем ты?

— Ты сейчас чуть не выдал всем жрецам и жрицам, где находится Хейли и как она выглядит! Мало того, свое отношение к ней. Это недопустимо! И я устал, имей совесть!

— Ох!

— Вот тебе и «ох»!

Рывком поднялся с пола и заставил себя сделать дыхательную гимнастику, возвращая тело и разум к идеальному состоянию спокойствия.

— Уже лучше.

Дракон задрожал, всего минута, — и передо мной вновь маленькая копия большого Дрейка.

Мне стало стыдно. Я прекрасно понял, сколько сил он потратил.

— Извини.

— Они нашли Пенелопу, Рай, потому что имели ее кровь. И то, что она оказалась в окружении сильных магов, стало для них сюрпризом, несмотря на то, что они знали о боевой пятерке. Ты ведь понимаешь…

— Приспешники Безымянного не уделяют много внимания Сизери, значит, Велиар пока не дал отмашки и молчит о том, какая роль уготована Хейли.

— Именно. И пусть пока так и остается. Чем меньше проблем создадут Хейли, тем лучше.

— Нападение повторится, им нужна Пенелопа.

— Заметил странность?

— Охоту на подругу Хейли, хотя есть еще другие представители? Это не странность, а закономерность. Ему нужны сильнейшие.

— Вряд ли Пенелопа знает, какая сила земли заключена в ней.

Мы помолчали. Я давно понял, что Хейли привлекает не только хороших, но и сильных людей. Причем не только в плане дара, но и по моральным качествам. Они все выносливее, трудолюбивее и отзывчивее, чем многие из моего окружения.

И тот факт, что в Пенелопе заключена мощная стихия земли, для меня не стал сюрпризом. Эта студентка поступила в академию из квартала куртизанок и отстояла свое право на учебу, возглавив список лучших учеников своего потока.

Отчасти она напомнила мне саму Хейли, точнее, ее первый год в стенах альма-матер. Против Пенелопы были все, против Хейли были все, девочки выстояли и доказали, что имеют право на лучшую долю и отношение.

Горько, демоны побери, горько, что я, как и большинство, заблуждался, уделяя внимание обертке, а не внутреннему содержанию.

— Альгар не справляется.

— Его подкосил Айн. — Да, я встал на защиту учителя. Не мог по-другому, потому что бремя, которое он взвалил на свои плечи, должно было разделить на весь состав преподавателей, а не тащить на себе в одиночку. — Но ты прав, слишком многое требуется изменить в академии.

— Прежде нужно победить и выжить. А не раздумывать над тем, как тебе отказала женщина.

В этом весь Дрейк! Ни минуты без иронии и сарказма!

— Ты хоть что-нибудь понял?

Дракон ловко уводил от ссоры, делая вид, что до этого никакую пакость не сказал.

— Почерк неразборчивый, чернила в некоторых местах стерлись, — пришлось «проглотить» его подначку и вернуться к старым записям Безумного Артефактора.

— Тебе нужен декан Ронг.

— Не могу же я его выкрасть и заставить объяснить все, что тут написано?

Огрызнулся, потому что пока не мог никому раскрыться. Мне нужно действовать так, чтобы Велиар считал меня игроком в его команде.

Велиар…

Сколько времени он не выходил на связь и не докучал своим присутствием? И хотелось бы верить в простое злорадство и ожидание свершения его великой цели, но я прекрасно сознавал, что это лишь затишье перед бурей.

Подавив вздох, вновь вчитался в расплывшиеся строки и отмахнулся от ехидного комментария дракона. В чем-то он, конечно, прав, как ограбить пожилого мага, так я вполне готов, а как довериться мудрому человеку…

— Райан, мы не договорили.

— Мы должны понять, как нам бороться и что хотел донести хранитель, Дрейк.

— Но это не значит, что ты должен зарыться в бумаги, которые для тебя равнозначны написанному