"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев Страница 205

нашими мечтами. Они питают нас, дают стимул жить и творить, дают нам цели, к чему хотелось бы стремиться. Движение всегда должно иметь вектор, зримую, но недостижимую цель. Тогда именно в этом движении мы обретём своё будущее, наши душевные порывы тесно переплетутся с самой жизнью, станут основой нашего существования и сбывшейся мечтой. Мы должны стремиться к этому, становиться лучше с каждым днём, и только в созидательном труде над Системой мы обретём свою мечту и самих себя. Будущее не конечная цель, мой друг, а всего лишь вектор развития.

– Я не до конца понимаю, так в чём же моя роль во всей этой затее? – уже с некой грустью и смирением спросил я.

– Я хочу сказать только одно, что такие люди, как этот Наблюдатель, будут всегда. Они большинство, они питают всё это движение и являются для него основой. Но они сами не могут понять, что, когда сбудется их мечта, они станут по-настоящему несчастными, погибнет то единственное, ради чего они жили. Поэтому мы даём им то, чего они желают на самом деле, что делает их счастливыми. Мы даём им надежду, под флагом которой они плывут по жизни, а взамен они горят своей отведённой ролью, трудятся не покладая рук и строят наше совместное будущее.

– Больше похоже на золотую клетку.

– Да, именно так, – с грустью подтвердил Наставник. – Все мы живём в клетках собственных желаний и амбиций, что поделать… Моя мечта несколько шире, чем у простого Наблюдателя, моя клетка немного просторнее, но мы все рабы своих желаний.

Верховный Страж закашлялся, устав от долгого разговора, и склонился над столом. Его силы почти иссякли, и долгие лекции уже не давались так легко, как в былые времена. Вергилий испугался за его здоровье, приблизился, чтобы помочь. Но тот отмахнулся от своего Хранителя и снова обратился ко мне:

– Мы слишком отклонились от темы нашей встречи, но надеюсь, что теперь ты поймёшь, зачем я тебя позвал. Всё это стремление возродить Систему, сделать её лучше, избавить от поразившей её скверны – это наша общая мечта, вектор движения, но ему нужны проводники, маяки, что будут светить во тьме всеобщего невежества. Мы заплутали, Стил, потерялись в этой тьме, а всё из-за того, что не стало больше истинных Творцов и людей, не занятых своими жалкими и мелочными интересами, кто ставил бы судьбу и жизнь общества превыше своих собственных. Я искал частицу того самого огня Творцов, которую помнил с детства, её свет, тепло и светлые порывы, я видел всё это в глазах отца, пока его не стало. Но теперь я нашёл это в вас. Такие люди встречаются даже сейчас, они заблудились, как и все, блуждают во тьме среди других потерянных кораблей, но нужно их только разглядеть, обуздать их пламя и направить по правильному пути. Я хочу воссоздать Совет Творцов в том виде, в каком он задумывался изначально. Я уверен, что только вы сможете обуздать эту скверну, найти выход из сложившейся ситуации и спасти Систему. На вас я возлагаю всю надежду, именно в вас я вижу новых Творцов.

– Во мне?! – ошарашено пискнул я.

– Да-да, именно в тебе, мой друг, – с восхищением ответил Наставник, и от его былого грустного настроения ничего не осталось. – Ты и Вергилий должны заменить Хранителей, стать новым Советом Творцов, его ядром, взять бразды правления и навести порядок. Два Хранителя и старший Техник, вы создадите новый Совет, союз ума и силы в новом качестве, именно для этого я пригласил тебя. Ты последнее звено, Стил, и именно сейчас пришло ваше время. На карту поставлено всё.

– Это безумие, я не… – пробормотал я себе под нос, затем вернулся к столу и присел в кресло.

Хранитель? Я? Это, в самом деле, было откровенным безумием – мечтать о таком. В минуты обыденной жизни или в дружеских разговорах с Кирой мы иногда говорили об этом, представляли, каково это – стать Хранителем, достигнуть всего, о чём может мечтать простой Страж. Все в тайне желают этого, но вполне осознают, насколько нереальны эти мысли, будто вершина нашей башни сияет не где-то далеко в облаках, а в другом измерении, Вселенной, иной жизни. Мы могли шутить об этом, с благоговением смотреть на светлый лик Хранителей, восхищаться одним их образом, суровостью и белоснежным оттенком волос, но никогда не видели себя на этом месте. Это был другой мир, чуждый для нас, странный и пугающий. Быть может, Наставник прав, и сама мысль о том, что мечта может сбыться, пугает намного сильнее, чем страх её не достичь. Возможно, наши мечты и правда не должны сбываться, ведь мы жили в этих грёзах, понимали их эфемерность, но всё же некая незримая и невесомая надежда питала нас все эти годы, поддерживала и заставляла двигаться вперёд, становиться лучше и сильнее с каждым шагом. Тогда всякий человек должен быть на своём месте, там, где наши мечты горят сильнее всего и где мы действительно счастливы. Пока этот огонь горит внутри нас, наша роль состоит только в том, чтобы не дать ему погаснуть.

Всё негодование прошедшего часа начинало остывать во мне, а мысли принимали чёткие и осязаемые формы. Каждое слово, которое я встречал с негодованием, каждая мысль, которую я считал враждебной, всё более убедительно звучали в моей голове, складывались в понятную и очевидную картину. Может, всю свою жизнь я шёл именно к этому моменту и в этом заключается моя судьба, моя роль и предназначение, и всё, что я делал до этого, не имеет смысла. Границы прошлого начинают размываться у дверей будущего и теряют яркие краски. Именно так умирает мечта? Растворяется в повседневности, блекнет, теряется в шумном потоке дней, а впереди только страх и нерешимость, потерянность и непредсказуемость. Нет… мечты не должны сбываться! Теперь я понял, откуда эта ненависть в глазах Хранителей, откуда такое пренебрежение к Вергилию: он не был один из них. Несмотря на свой фанатизм, они всё ещё люди и прекрасно понимают всё происходящее. Неожиданно я вспомнил, что Хранителей в истории всегда было двое, Вергилий лишний, помеха для их работы. Он должен стать их преемником и заменой, от чего они источали естественное и порой открытое неприятие к своему напарнику.

– Что я должен сделать? – со смирением в голосе спросил я.

Внезапно я ощутил, как начинают расплываться мои мысли, с каждой секундой я всё больше терял связь с реальностью. Слишком много информации, слишком многое изменилось в моей жизни.