Сын помещика – 9 - Никита Васильевич Семин Страница 3

Пелагея очень удивилась, когда перс приказал бабке раздеться полностью и лечь не животом вниз, а на спину. И затем все шло не так, как объяснял господин девушке раньше. Мастер начал массаж с рук. Прошелся по кистям, объясняя, что на них есть определенные точки, при нажатии на которые можно как расслабить пациента, так и напрячь его тело. Потом перешел выше — к шее. Тут тоже были особые точки. Спустился к ногам. И лишь в достаточной мере «подготовив и расслабив» тело Авдотьи он перешел к массажу. Но не спины, а снова вернулся к рукам. Стал вытягивать их, потому что по словам мастера Бахтияра — у бабки был зажат какой-то нерв. И он таким образом его «освобождал». Еще и за голову потом тянул, словно оторвать ее хочет. Авдотья кряхтела, стонала, но на удивление не кричала диким воем, как раньше. А затем уж ее и на живот перевернули. И — о чудо! — на этот раз к ее спине можно было прикоснуться, не вызвав дикого крика.

После первого сеанса бабка сама встала с кровати и удивленно охала — прежней боли не было! Она даже могла сама сгибаться и медленно двигаться, что раньше давалось ей с огромным трудом. Сейчас же, во второй сеанс, мастер стал привлекать девушек к массажу. Сначала показывал точку, затем давал ее нащупать и объяснял, как правильно на нее давить. Занятие из-за этого растягивалось, зато запоминалось больше. Пелагея раньше и не подозревала, что массаж — это целая наука, да еще и медицинская. И думала, что довольно быстро освоит то, что иноземец ей покажет. Но сейчас понимала — освоить эту науку и за несколько лет может не получиться. Зато была среди обучающихся девиц одна, жадно внимающая каждому слову наставника и постоянно рвущаяся первой опробовать его науку. Алена.

Про нее много чего нелестного рассказали девушки из ее деревни. И ленивая, и в кровать к господину пыталась пробраться, и дерзкая. Пока Пелагея была согласна лишь с последним утверждением. Ленивая? Да она старается больше всех остальных учениц! В кровать пыталась пробиться? Так лишь по слухам. Хотя и поведение Романа Сергеевича говорит о том, что такие попытки были. Дерзкая? Вот тут девушка была полностью согласна с мнением большинства. Алена не стеснялась переспросить, если чего-то не поняла, отодвинуть других учениц в сторону — мастеру даже пришлось ее одергивать из-за этого. Он ведь свою науку всем, а не только Алене передает. И на мастериц Алена покрикивала, если считала, что те плохо работают. Но в последнее время это делала лишь по привычке. И тут она с Матреной даже поцапалась — та спешила оправдать доверие господина, и притязания Алены на свои полномочия воспринимала ревностно. Да и натерпелась под ее руководством, и даже замечания Алены, что лишь по ее слову Матрену старшей поставили, на последнюю не действовали.

Однако Роман Сергеевич приказал присмотреться к ней и оценивать без оглядки на чужое мнение. И Пелагея старалась. Но видит бог — раздражала ее эта девица страшно. Иметь такую в подчиненных не хотелось совершенно.

Тут мастер начал объяснять, как правильно давить на очередную точку, но уже на спине, и Пелагея отвлеклась от разглядывания наглой девушки. Она должна выучить преподаваемую науку ничуть не хуже остальных! Даже лучше! Ведь Роман Сергеевич ее главной над всеми ставит.

Глава 2

14 — 15 октября 1859 года

— Что творите? — с такими словами я зашел на кухню.

Марфа возилась с ужином, а Прасковья в уголке сидела и суп хлебала. При моем появлении она ойкнула и поперхнулась.

— Кха-кха-кха, — закашлялась девушка.

— Господин, — укоризненно посмотрела на меня Марфа, — зачем вы девочку пугаете?

Стало немного стыдно. Но в то же время — я разве виноват, что она так реагирует?

— Пусть закаляет свою нервную систему. Будет спокойной, как Евдокия, — заявил я.

— Не дай бог ей пережить то же самое, — вдруг перекрестилась Марфа.

Что ж это с нашей служанкой случилось, что кухарка испугалась подобной судьбы для Прасковьи? Я как-то прошлым Евдокии не интересовался, и даже не знаю — стоит ли? Но уж точно не сейчас.

— Прасковья, ты уже думала, какой торт на день рождения моего отца испечь? — решил я замять тему моего появления и переключить девушку в конструктивное русло.

— Да, барин, — закивала она. — Я хотела замок сделать. Он же на конкурсе всем очень понравился. У нас выиграть мог.

Идея неплохая. Но я и не сомневался, что девчонка и сама придумает что-нибудь, без моего вмешательства. Лишь слегка скорректировал ее идею.

— Только не замок-крепость делай, а иной. У Людмилы попроси ее атлас. Какой-нибудь прямоугольной формы, чтобы тебе на внешнем оформлении сосредоточиться, а не корпеть над пушками и прочим. И еще — сделай кроме бисквитных коржей еще и слои из желе. Только тонкие и с разными вкусами. Уверен, такого не ждут и многим понравится начинка.

— Но я не знаю, как-то желе готовить, — смутилась Прасковья.

Пришлось ей объяснять. Хорошо, что я поинтересовался, как его готовят в нынешнее время. Впечатлила меня задумка повара Кулакова. После этого я с чистой совестью отправился отдыхать. Возвращение домой выдалось каким-то суматошным.

Из окна я видел, как на задний двор зашел Михайло с мешком в руках. Они поговорили с Митрофаном, и конюх принялся запрягать Пятнышко в мою карету. Чуть подумав, я написал записку для тети — чтобы дала место под ночлег плотнику, да отнес ее мужику. Заодно и десять рублей дал — на еду. Все, теперь осталось лишь ждать.

На следующее утро я впервые проснулся с мыслью, что мне никуда не надо спешить и что-то делать. Аж непривычно как-то. До дня рождения отца еще два дня, и чем мне заняться в это время — не знаю. Вроде сам же столько мечтал поскорее домой попасть, отдохнуть… Но оказалось, что мне и вчерашнего вечернего безделья хватило, чтобы восстановиться морально. Тело, а главное — голова — требовали нагрузки. Но тут долго думать не пришлось. У меня же до сих пор толкового бизнес-плана не написано ни для мастерской, ни тем более для салона. Вот этим и займусь.

Начать я